высокообразованным женщинам с высокими доходами нелегко найти себе подходящего партнера. Кроме того, Фостер и Стрэттон утверждают, что, хоть социальные нормы, касающиеся гендера, могут меняться, экономическая реальность и традиционные подходы к выбору партнера останутся неизменными в течение еще долгого времени.30
Схожие паттерны выявила и Маргарита Чудновская, демограф из Института социальных исследований Стокгольмского университета. Используя данные Центрального статистического бюро (SCB), она изучила, кто из всех мужчин и женщин, родившихся в Швеции с 1940 по 1970 год, завел детей, а кто нет. Результаты показали, что у мужчин с низкими доходами выше риск остаться бездетными и что при выборе женщиной партнера доходы мужчины имели большее значение, чем уровень образования. Предположительно, женщины приспособились, что мужчин с высшим образованием становится меньше, и стали выбирать в качестве партнеров мужчин с уровнем образования ниже, чем у них самих, однако исследование показывает, что в этих парах мужчины всё же зарабатывали больше, чем женщины.31 Таким образом, всё указывает на то, что при выборе партнера способность мужчины зарабатывать деньги остается для женщины важным, даже решающим фактором. Выходит, даже в такой равноправной стране, как Швеция, выбор партнера по-прежнему происходит в соответствии с традиционными паттернами.
Когда я беру интервью у Бу Ротштайна, профессора, политолога из Гётеборгского университета, он описывает этот феномен так:
– Речь идет о том, что многие профессии, требующие высшего образования, такие как, например, библиотекари, социальные работники и воспитатели детских садов, не отличаются высоким уровнем зарплат. Женщины этих профессий могут быть замужем за мужчинами, у которых хуже образование, но они при этом успешные предприниматели. Но закономерности те же самые, а именно: мужчины и женщины ищут в будущем спутнике жизни одни и те же качества, за одним исключением – женщины заинтересованы в перспективных мужчинах, способных зарабатывать деньги.
Исследуя вопросы гендерного равенства, Бу Ротштайн обнаружил еще одну крайне стабильную закономерность – разницу в возрасте в супружеских парах. По его словам, у молодоженов она обычно составляет от 2,5 до 3 лет в пользу мужчины, и это имеет куда большее значение, чем кажется на первый взгляд:
– Когда мужчина и женщина в Швеции начинают жить вместе, они обычно придерживаются идей равенства и у них получается устроить быт так, чтобы каждый сохранял приемлемый баланс между оплачиваемым трудом и работой по дому. А потом рождается первый ребенок – и всё идет вкривь и вкось. Это видно по статистике: в Швеции активнее всех работают молодые отцы. Что же происходит? С рождением ребенка семья подвергается экономическому прессингу: нужно жилье большего размера, более безопасная машина и т. д. Кто же тогда больше всех должен напрягаться на рынке оплачиваемого труда? Конечно же тот, кто на два-три года старше и имеет больше возможностей заработать. Это обычно означает, что работать будет мужчина. Получается, тут женщина проигрывает уже в первом раунде переговоров. А согласно математической теории увеличения отдачи, выигрыш на первых переговорах исключительно важен, так как повышает вероятность выигрыша во втором раунде и так далее.
Одновременно с этим в последние годы распространяется еще один феномен: добровольно одинокие матери, то есть женщины, которые завели детей при помощи донорства спермы. Количество случаев искусственного оплодотворения в Швеции сильно выросло с тех пор, как в 2016 году одинокие женщины получили возможность подавать заявки на инсеминацию донорской спермой за счет финансирования со стороны региональных властей. С 1 января 2019 года законным стало и двойное донорство, когда женщине вводят и яйцеклетку, и донорскую сперму. Согласно последнему отчету Национального реестра качества искусственного оплодотворения, в 2018 году было начато 2237 кейсов инсеминации, при этом в 45 % случаев речь шла об одиноких женщинах. Растущий интерес привел к тому, что во многих частях Швеции сформировались длинные очереди в донорские центры. А в период пандемии во многих регионах возник дефицит спермы.
В данном случае подвергаются пересмотру и нормы деторождения, и идеал нуклеарной семьи. Многие женщины на сегодняшний день не просто экономически независимы от мужчин – они могут завести детей, даже не встречаясь с мужчиной. Иными словами, развитие репродуктивных технологий резко повысило независимость женщин, как когда-то оральные контрацептивы. Но почему всё больше женщин выбирают одиночество? Ответ Росанны Херц, профессора, социолога, специализирующейся на женских исследований, из американского колледжа Уэллсли, которая провела 65 глубинных интервью с добровольно одинокими матерями, таков: из-за нехватки образованных мужчин, готовых поровну разделить с ними семейные обязанности.
Ожидания женщин от потенциальных избранников растут прямо пропорционально росту их независимости. Раньше женщина по традиции выходила замуж за мужчину, находящегося выше нее в социальной иерархии: супруг, как правило, имел такой же или более высокий уровень образования и доходов, как и она сама. Но по мере того как всё больше женщин получают высшее образование и поднимаются всё выше по карьерной лестнице, мужчин, соответствующих их требованиям, становится всё меньше.32
Некоторые исследователи и вовсе считают, что женщинам лучше без мужа и детей. Пол Долан, профессор, специалист по поведенческим наукам лондонской Высшей школы экономики, советует мужчинам жениться и заводить детей, поскольку это ведет к большей продолжительности жизни, более высоким доходам и менее рискованному поведению. А женщины, напротив, умирают раньше, если выходят замуж. По мнению Пола Долана, самая здоровая и счастливая группа женщин – те, кто никогда не выходил замуж и не заводил детей.33 Если посмотреть на существующие тенденции, вполне вероятно, численность этой группы будет увеличиваться.
Но как это скажется на жизни детей, воспитанных матерями-одиночками, число которых будет только расти? Особенно если речь о сыновьях?
12. Фредрик
Больше всего на свете мне хотелось бы создать семью, завести детей, купить дом, но эта мечта кажется совершенно нереальной.
Инцел Фредрик
Мы встречаемся в кафе в центре Стокгольма. Фредрик – мужчина 28 лет, считающий себя инцелом. Еще когда мы только познакомились и переписывались по электронной почте, он счел важным прояснить следующее:
В какой-то статье, ссылку на которую ты мне прислал, написано, что инцелы – женоненавистники. Это неправда. Слово «инцел» обозначает лишь «недобровольное воздержание», им называют людей, которые никогда не занимались сексом, но хотят секса и близости.
На встречу я пришел чуть раньше, выбираю столик у окна. Кафе почти заполнено народом, и гомон остальных посетителей создает звуковую завесу, которая, надеюсь, поглотит наш разговор. За столиком неподалеку от меня сидит одинокий мужчина, и я думаю: вдруг это Фредрик? Я ведь не знаю, как он выглядит, но понадеялся, что он сам узнает меня. Едва я решаю
