Во второй половине дня, вместо традиционной отработки ударов по воздуху или по вкопанным в землю деревянным столбам, были спарринги в борьбе. Даже и не думал, что правильное падение, это почти искусство, а ведь в прошлой жизни приходилось ни раз прыгать с большой высоты, или выпрыгивать из движущегося транспорта.
На ужин мы пришли усталые, местами исцарапанные, с наливающимися синевой ушибами, но чрезвычайно довольными лицами. Впервые с момента попадания в монастырь, нам позволили повалять друг друга по земле, и даже хвалили за особенно удачные подножки и броски... а что еще мальчишкам для счастья надо?
В этот вечер, в банной комнате царила умиротворенная атмосфера, и даже раздавались шутки и смех. Парни брызгались мыльной водой и кидались мочалками, в общем вели себя так, как обычные дети.
После возвращения в комнату, я был подвергнут тщательному осмотру, а затем обмазыванию мазью, остро пахнущей травами. Даже глаза немного слезились от этого аромата, а ведь у Пинки обоняние намного более острое, так что ей должно было быть намного хуже.
- умница. - Треплю кошку по голове.
- мряу. - Недовольно отозвалась питомица, и убрав баночку с мазью на сундук, решительно задернула штору, заменяющую дверь.
Под напором превосходящих сил, пришлось завернуться в простыню, и улечься на скамью, заменяющую постель.
"вот так... еще немного и слушаться ее во всем буду. Хорошо что она по человечески говорить не умеет".
***
Как описывать жизнь в монастыре, если каждый следующий день, отличался от уже прошедшего лишь тем, что ученикам предстояло сделать на одно отжимание, приседание, прыжок и подтягивание больше, чем в прошлый раз? Можно наверное сделать акцент на том, что вчера нам давали картофель с мясом, сегодня мясо с овощами, завтра обещали свежую выпечку все с тем же мясом и молоком...
У нас не было каких-то приключений просто потому, что на них не хватало сил и времени, ведь приходя в комнату после ужина и мытья, хотелось только упасть в постель и больше никогда не подниматься, а ранним утром нужно было вставать на пробежку. Что говорить, если с так называемыми "братьями", я стал просто знакомым, а друзьями вообще никто не смог обзавестись.
Время от времени, наставники устраивали демонстрационные спарринги, после чего мы играли в спортивные игры, но как-то без "огонька". Из-за чувства усталости, ставшего почти постоянным спутником для каждого из нас, любая не занятая тренировками минута, использовалась для того что бы полежать на земле или какой ни будь другой поверхности. Возможно нас специально держали в подобном напряжении, что бы у детей лишних мыслей в головах не появлялось, да и в усталый разум, гораздо проще проникает пропаганда призывающая к взаимопомощи, поддержке, защите, но относилось это все к ученикам и выпускникам "школы меча". Всем остальным услуги можно оказывать только за плату, и-то после разрешения от старшего товарища, каковыми являются наставники и мастера.
"неужели императора устраивает, как детям в монастыре "промывают" мозги? Или он просто не знает об этом? Да ну, бред".
Такие мысли изредка проникали в мою голову, в редкие моменты отдыха и блаженного ничего не делания. В остальное время разум был занят направлением и дозированием "псионики", укрепляющей и усиляющей тело, ну или отключался для отдыха по ночам.
Стоит наверное заметить, что мне перестали сниться сны, но наставник говорит что это нормально, и когда организм окрепнет, все наладится. Вопрос, "и когда же он окрепнет?", так и не был мной задан, так как после первого вопроса раздалась фраза, "разговариваешь, значит не устал. Давай еще пятьдесят отжиманий, а ребята тебя поддержат". Взгляды парней, которым так же пришлось принять позу "упор лежа", обещали мне все возможные кары, если еще хоть одно лишнее слово сорвется с губ.
Второй год, как и первый, прошел в изнуряющих тренировках, а в дни, когда нам давали выходные, абсолютно все ученики предпочитали высыпаться, разве что прием пищи не пропуская.
Становились ли мы сильней? Несомненно да, и это было заметно. Кроме того, для меня стало очевидно, что выращивают из нас бойцов, опасных и без сомнений выполняющих приказы, над смыслом которых не будут задумываться. В подобных условиях, даже задумываться о создании культа какого-то языческого божка, было бы глупо, а возможно что и опасно.
Перспектива превратиться в "мясного дроида", меня мягко говоря не радовала, только вот других вариантов не представлялось. В итоге, после недолгих сомнений, я решил со всем возможным энтузиазмом отдаться учебе, а после завершения восьми обязательных лет, можно будет покинуть монастырь и наняться к кому ни будь на службу. Главное к тому моменту, сохранить свою волю, а там и перспективы появятся.
***
- бой!
Я и мой противник, совершили одновременный рывок на встречу друг другу, но только мои шаги были чуть короче, а потому встретились мы не в центре поляны. В последний момент, ставлю левую ногу чуть в сторону и разворачиваю стопу под углом почти в девяносто градусов относительно траектории движения, и тут же переношу на нее вес. От напряжения, мышцы стали твердыми как камень, а сухожилия натянулись подобно струнам, но все же корпус удалось развернуть как раз в ту секунду, когда оппонент уже наносил быстрый сильный, и настолько же прямолинейный удар, а когда кулак промахнулся мимо цели, он не успевая погасить инерцию, "провалился" вперед, открывая свой правый бок для моей атаки.
"левой-правой, левой...".
Тычок левым кулаком попал точно под ребра, но вложенной силы не хватило, что бы пробить мышечный каркас, да еще и укрепленный "псионикой". Правый кулак обрушился на прижатое к торсу плечо, ну а третий выпад ушел в "молоко", так как противник совершенно не собирался стоять на месте, изображая из себя манекен.
"не уйдешь".
Шаг вперед и вправо, вновь с разворотом корпуса, и еще одна "двойка" уже по левому боку парня... на этот раз более удачно. Резкий шаг вперед, и попытка достать оппонента правым кулаком в нижнюю челюсть, но вместо этого, сам получаю чувствительный тычок в солнечное сплетение, затем в правую часть груди, и в живот. Попытка отмахнуться неглядя, выглядела нелепо, но по какой-то причине сработала, позволив мне отступить и перевести дыхание.
"больно б*ядь!".
Замираем друг напротив друга, ровно на одну секунду, а затем резко совершаем шаг вперед. Удары кулаков посыпались уже без уловок, только подставленные вовремя руки, позволяли спасти лицо от участи превращения в кровавое месиво. Отклоняюсь влево, на мгновение открывая голову для атаки... но соперник не успел этим воспользоваться, так как мой кулак "вонзился" в его правое подреберье.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
