Читаем без скачивания Вне морали - Брайан Фриман

Хизер приблизилась к ней, поправила одеяло, укрыв дочь. По радио сообщили, что ночью мороз усилится. Она постояла у кровати, изучая спокойное лицо Лиссы, улыбнулась, услышав ее смешное бормотание во сне, нагнулась и тихо поцеловала в лоб.

Она чуть подтянула одеяло, обернула им плечики девочки.

И в этот момент из-под него что-то выскользнуло и упало на ковер. Хизер посмотрела вниз, заметила на пересечении теней неясный блеск. Удивившись, она присела на корточки, пошарила по ковру рукой и нащупала какой-то предмет в форме тонкой подковы. Хизер подобрала его, поднесла к глазам. Это был золотой браслет.

Хизер не припоминала, чтобы она покупала его Лиссе, и не видела его у нее прежде. Нахмурившись, она стала соображать, откуда он мог взяться. Хорошо зная дочку, она не исключала, что появиться он мог и из сомнительного источника.

Так же бесшумно она вышла из комнаты, держа в руках браслет, и направилась в свою спальню.

Там она положила браслет на хрупкое бюро с пятью ящиками, некоторое время внимательно изучала его, затем, пожав плечами, отложила в сторону и начала переодеваться ко сну. Расстегнула красную клетчатую рубашку и бросила ее в корзину для белья, предназначенного в стирку. Бюстгальтера она не носила. Хизер стянула джинсы и носки, оставив одни трусики, и быстро натянула на себя ночную рубашку.

Она быстро заползла под шесть тонких одеял, подоткнула их под себя и замерла. Немного согревшись, протянула руку к радиоприемнику и включила его. Она всегда на ночь слушала музыку. По радио передавали часовые новости. Хизер старалась не обращать на них внимания, они были слишком угнетающими. Сгорел дом. В пожаре погибла древняя старушка. Полиция продолжает разыскивать Рейчел Диз, молодую девушку из города Дулут, пропавшую недавно. «Троянцы» выиграли полуфинальный матч…

Хизер разглядывала свои фотографии, развешанные над кроватью. Один из снимков, сделанный возле амбара, она разместила среди них только что. Тусклое заходящее солнце за ее спиной, застывшее над самыми макушками деревьев, отбрасывает на полуразрушенный покосившийся амбар длинные тени, подчеркивающие его распад. Мертвая листва густым ковром покрывает землю. Небо на горизонте – стального серого цвета. Хизер довольно улыбнулась, ей явно удалось выхватить момент распада, предшественника тления.

Рассматривая снимки, она наконец все вспомнила.

Вот Лисса выбегает к ней из-за угла амбара, кричит, что нашла какую-то замечательную вещь. Хизер занята, она наводит фотоаппарат и слушает дочь вполуха. Теперь она припоминает, что та показывала ей золотой браслет. Она приказывает Лиссе отнести его назад. Проходит несколько недель, и она обнаруживает у дочери тот же золотой браслет. Значит, все это время она тайно хранила его в своей кроватке?

– Вот маленькая хитрюга, – раздраженно произнесла Хизер.

Она поднялась, вздохнула и достала из бюро браслет. Легкий, дешевенький. Хизер усмехнулась, предположив, что его случайно обронила какая-нибудь студентка, охваченная экстазом за амбаром.

Она повернула браслет и увидела внутри гравировку:

Т♥Р

«Т любит Р, – подумала она. – Все правильно, так и должно быть». Ей представился Т, атлет с плечами футбольного игрока и Р, симпатичная второкурсница, млеющая от восторга у амбарной стены. Хизер тихо рассмеялась, вообразив, как обрадовалась девушка, увидев предназначенный для нее подарок. Она снова убрала браслет в бюро и выключила настольную лампу.

В темноте она постаралась уснуть, но сон не шел к ней. Хизер ворочалась, поправляя одеяло. Всего несколько минут назад у нее глаза смыкались, а теперь она не могла заснуть. В голове ее крутился калейдоскоп мыслей. Колледж. Череда молоденьких девушек, свидания у амбара. Старушка, гибнущая в огне. Футбольный матч. Браслетик сусального золота в подарок. Молодая страсть.

Инициалы.

Они всплыли перед ее глазами.

Глаза Хизер моментально открылись. Она уставилась в темноту. Внезапно по спине ее пробежал неприятный холодок. Она вскочила, бросилась к настольной лампе, зажгла свет и еще раз посмотрела:

Т♥Р

Глава 13

Страйд стоял за амбаром, рядом с зоной поиска, на грунтовой дороге. Снег и полицейские автомобили, целый день то подъезжавшие, то отъезжавшие отсюда, превратили ее в скользкую серую жижу. Страйд повернулся спиной к колючему ветру, напряг ноги, вдавливая ботинки в грязь для устойчивости. Снежинки хлестали по незакрытой полоске лица, острыми иглами впивались в кожу. Он поглубже нахлобучил фуражку, натянул капюшон, шею и челюсть обмотал плотным шерстяным шарфом. Было очень холодно, но к ночи обещали еще хуже, до минус пятнадцати.

Природа отказывалась сотрудничать со Страйдом, а что касается удачи, то та уже давно отвернулась от него.

Поиски начались в полдень, а через пять часов стало почти темно. Десятка полтора следов от разных автомашин, битое стекло, куча игл от шприцев да гора другого мусора – вот и все, что полиция могла показать после стольких часов напряженной работы на лютом морозе и диком ветру. Территорию поисков разбили на квадраты, а все найденное упаковывалось в пластиковые мешки, которые нумеровались в соответствии с местом, где предметы обнаруживались. Время двигалось к ночи, а обыскать оставалось еще больше половины территории.

Обратись к нему Хизер Хаббл двумя днями раньше, осматривать окружающее амбар поле было бы легче. Теперь же улики, если они, конечно, здесь были, лежали под десятисантиметровым слоем снега. Поисковая группа шла медленно, осторожно сметая снег в уже просмотренный квадрат. Но налетал ветер и снег, жесткий как крупа, шурша, возвращался обратно. Однако выбора не было, и полицейские, чертыхаясь, проклиная стужу и ветер, медленно шагали по полю. Им не оставалось ничего иного, кроме как делать свое дело, искать, обращая внимание на каждую мелочь, вплоть до запутавшегося в щепке волоска, лежащего в грязи под снегом. Потому что только так они могли найти ключ к страшной разгадке.

Работать было трудно, но Страйда больше беспокоила ночь. Метеосводка обещала усиление снегопада к утру. Это означало, что северная часть леса к рассвету окажется под двадцатисантиметровым снежным настилом. Если бюро прогнозов не ошибается, то до почвы им не докопаться уже до апреля, а к тому времени можно будет ничего не искать – все улики сгниют. Приходилось действовать быстро. Чтобы не прерывать работу на ночь, Страйд распорядился доставить навесные лампы, их сейчас как раз устанавливали – вкапывали штативы, тянули провода. И все равно времени для серьезных полномасштабных поисков почти не оставалось.

Необходимо было тщательно исследовать сарай.

В любом другом заброшенном или диком месте можно обнаружить лишь кору да опавшие листья. Тут же мусора не меньше, чем на автомобильной парковке возле колледжа. Сколько же свидетельств тайных свиданий предстоит осторожно перебрать, проанализировать, занести в журнал и в конечном счете исключить. По рации Гуппо монотонно диктовал перечень обнаруженных предметов. Начали поиски с того места, где эта девчушка, Лисса, нашла браслет, и от него двинулись вперед. К настоящему моменту изо всего хлама можно было уверенно опознать всего несколько предметов – пару женских трусиков (на четыре размера больше тех, что носила Рейчел), зубную пломбу, упаковку возбудителя, надувной жилет, игральную карту, король пик с обнаженной грудастой блондинкой, и девять презервативов.

Страйд понимал, что шансы найти вещи, принадлежащие Рейчел, невелики. Стоунеры подтвердили, что подобранный Лиссой браслет с гравировкой «Томми любит Рейчел» действительно принадлежал ей. Томми подарил его Рейчел много лет назад.

На первом допросе Кевин заявил, что видел браслет на руке Рейчел в тот злополучный вечер в парке на канале. Как он попал сюда – неизвестно, но по нему можно установить хотя бы одно из мест, где Рейчел находилась после того, как попрощалась с Кевином. Страйд, много повидавший профессионал, сознавал, что в жизни подобные находки, да еще в таких местах, оправдывают самые худшие опасения. Поскольку он их изначально и предполагал, то самолюбие его было удовлетворено – ход его мыслей оказался правильным.

Увидев браслет, Эмили Стоунер побледнела как полотно. Пока Страйд вел расследование, она тешила себя надеждой, что Рейчел всего лишь ушла из дома, и как только дочь насладится горем матери, то сразу же вернется. Найденный браслет лишил ее надежды.

– Она никогда не рассталась бы с ним, – тихо промолвила Эмили. – Никогда. Браслет ей подарил Томми. Она не снимала его даже в душе. Сама бы она этого не сделала.

Она разрыдалась. Грэм стоял рядом и молча смотрел на жену.

– Боже мой, Боже мой, моя девочка умерла, – бормотала Эмили. – Я знаю, она умерла.