Читаем без скачивания Шри Ауробиндо. Синтез йоги – I - Шри Ауробиндо

Но для садхака интегральной Йоги такое внутреннее или внешнее уединение может быть лишь временной необходимостью или этапом на его духовном пути. Принимая жизнь, он должен нести не только собственное бремя, но и значительную часть бремени мира в дополнение к своей и без того нелегкой ноше. Поэтому его йога, как никакая другая, сравнима с битвой; однако это не только индивидуальная битва, это коллективное сражение, разворачивающееся на огромной территории. Он должен не только одержать победу над силами эгоистической лжи и беспорядка в самом себе, но и победить их в их вселенской ипостаси – в качестве представителей могущественных враждебных сил мироздания. Этот универсальный масштаб придает им гораздо больше сил для упорного сопротивления, способность воскресать вновь и вновь – почти до бесконечности. Часто он обнаруживает, что даже после того, как одержана очевидная победа в его собственной индивидуальной битве, он, тем не менее, должен снова и снова вести борьбу за победу в этой, кажется, нескончаемой битве, поскольку его внутреннее существование настолько расширилось, что оно не только включает в себя его собственное существо с его четко определенными потребностями и переживаниями, но и пребывает в единстве с жизнью других существ, ибо он заключает в себе весь универсум.

Для искателя интегральной реализации недопустимо также слишком произвольное разрешение конфликта между различными внутренними составляющими собственного существа. Ему нужно достичь гармонии между знанием здравомыслящего рассудка и безусловной верой; ему нужно примирить нежную душу любви и грозную необходимость силы; нужно соединить в одно целое пассивность души, живущей умиротворенно в трансцендентном покое, и активность божественного посланника и воина. Ему, как и всем искателям духа, предложено разрешить противоречия разума, избавиться от цепкой хватки чувств, утихомирить эмоциональные бури, обезвредить ловушки желаний, преодолеть оковы физического тела. Но он должен улаживать их взаимные внутренние конфликты, а также устранять препятствия, которые они создают на пути к его цели, в ином духе, ибо ему предстоит достичь бесконечно более сложного совершенства в искусстве управления всеми этими мятежными элементами. Принимая их все как средства достижения божественной реализации и божественного проявления, он должен настроить их нестройное звучание на божественный лад, озарить их непроницаемый мрак, преобразовать их, каждый в отдельности и все вместе, установить всеохватывающую гармонию в каждом из них и между ними всеми – не пренебрегая ни одной крупицей, ни одной струной или вибрацией, не оставляя ни единого атома несовершенства ни в одной части своего существа. Концентрация, охватывающая лишь одну из частей нашего существа или даже несколько его частей одну за другой, может рассматриваться в его сложной, комплексной работе лишь как временная полезная мера, и от нее нужно отказаться, как только она утратит свою пользу. Концентрация, охватывающая всё его существо, всю жизнь – вот та великая задача, которую ему предстоит осуществить.

Концентрация, на самом деле, является первым условием любой йоги, а всеобъемлющая, интегральная концентрация является самой сутью интегральной Йоги. Несомненно, твердая фиксация мыслей, эмоций или воли на отдельных идеях, объектах, состояниях, внутренних движениях или принципах часто бывают необходимы и здесь, но лишь в качестве вспомогательного средства. В этой йоге требуется более масштабное усилие: необходима тотальная, всеобъемлющая открытость, гармоничная концентрация всего существа и всех его энергий на Едином, которое есть всё сущее, – без такого усилия эта йога не может достичь своей цели. Ибо мы стремимся к сознанию, которое неизменно пребывает в Едином и в то же время активно действует в мире; именно такое сознание мы хотим утвердить в каждом элементе нашего существа и в каждом движении нашей природы. Эта всесторонне открытая, всеохватывающая концентрация всего существа на Божественном является сутью садханы [интегральной Йоги], а ее суть должна определять ее практические методы.

Но хотя концентрация всего существа на Божественном и составляет основу этой йоги, наше существо все же слишком сложно устроено, чтобы им можно было овладеть легко и сразу, – это всё равно что ухватить мир обеими руками и обратить его весь, целиком и полностью, к единой цели. Человеку, стремящемуся превзойти себя, выйти за пределы своего ограниченного сознания, вначале обычно приходится найти некую особую пружину, действенный рычаг в сложном механизме, который представляет собой его природа. Именно эту пружину или рычаг он использует чаще других, чтобы привести в движение весь механизм и заставить его работать для достижения поставленной цели. А его выбор всегда направляет сама Природа. Но в данном случае это должна быть Природа в наиболее высоких и широких проявлениях своей активности в нем, а не в низших и ограниченных ее движениях. На уровне низшей витальной активности самым действенным рычагом Природы является желание; но главная отличительная особенность человека состоит в том, что он – ментальное существо, а не просто витальное животное. Точно так же, как он использует свой мыслящий разум и волю для того, чтобы контролировать и сдерживать витальные импульсы, он может привести в действие еще более высокий озаренный разум, вдохновляемый его глубинной душой, психическим существом, и заменить этими двумя более могущественными и чистыми движущими силами доминировавшую ранее витально-чувственную силу, которую мы называем желанием. Он может полностью подчинить желание и преподнести его для преобразования божественному Владыке. Этот возвышенный разум и эта глубинная душа, психический элемент в человеке, – это те два рычага, с помощью которых Божественное может овладеть его природой.

Высший разум в человеке есть нечто иное, более чистое, широкое и могущественное, чем интеллектуальный или логический ум. Животное – это витально-чувственное существо; человек, по общему мнению, отличается от животного тем, что он обладает интеллектом. Но это очень упрощенный и очень несовершенный взгляд, который вводит нас в заблуждение. Ибо интеллект – это лишь инструмент, обладающий специфическими и очень ограниченными функциями, связанными с практической жизнью, а источником его деятельности является нечто неизмеримо более великое, чем он сам, сила, пребывающая в более светлом и свободном, безграничном эфире. Истинное и высшее предназначение нашего наблюдающего, рассуждающего, исследующего и оценивающего интеллекта (в отличие от выполняемых им сиюминутных и промежуточных задач) состоит в том, чтобы подготовить человека к правильному восприятию и неискаженному проявлению действия Света свыше, который должен постепенно заменить в нем сумеречный низший свет, управляющий животным. Животное также обладает рудиментарным рассудком, неким подобием мысли, душой, волей и остро переживаемыми эмоциями; его психология, пусть и менее развитая, принципиально ничем не отличается от психологии человека. Но в животном все эти способности подчиняются жесткому автоматизму и строго ограничены, почти полностью обусловлены низшим нервным существом. Все восприятия, ощущения и действия животного управляются нервно-витальными инстинктами, нуждами и потребностями, которые связаны с витальными желаниями и импульсами. Человек тоже подвержен этому автоматизму витальной природы, но в меньшей степени. Человек может привнести в сложную работу, направленную на саморазвитие, просветленную волю, просветленную мысль и просветленные эмоции; он может всё больше и больше подчинять этим более сознательным и разумным руководящим силам низшую функцию желания. И в той степени, в какой ему удается таким образом контролировать и озарять светом знания свое низшее «я», он уже больше не животное, а человек. Когда же он может начать полностью замещать желание более высокими, озаренными мыслями, видением и волей, пребывающими в контакте с Бесконечным, сознательно подчиняющимися более высокой, чем его собственная, божественной воле, связанными с более масштабным, универсальным и трансцендентным знанием, он вступает на путь, ведущий ввысь, к сверхчеловеку. Он начинает свое восхождение к Божественному.

Таким образом, мы должны сосредоточить свое сознание прежде всего на уровне высшего разума и его мысли, света и воли или во внутреннем сердце и его глубочайших чувствах и эмоциях – в любом из этих центров или, если удастся, в обоих сразу – и использовать их как рычаг для того, чтобы возвысить всю свою природу к Божественному. Концентрация просветленных ума, воли и сердца, устремленных все вместе к единой и грандиозной цели нашего познания, единому светоносному и беспредельному источнику наших действий, единому и непреходящему объекту наших эмоций есть отправная точка этой йоги. Мы должны направить свои поиски на открытие подлинного источника Света, возрастающего в нас, и Силы, которую мы призываем, чтобы она управляла нашим существом. Нашей единственной целью должно быть само Божественное, к которому осознанно или неосознанно вечно стремится нечто в нашей сокровенной природе. Необходима объемная, всесторонняя и вместе с тем целенаправленная концентрация ума на идее, восприятии, видении, пробуждающем прикосновении единого Божественного и реализации Божественного нашей душой. Необходима пламенная концентрация сердца на Всеедином и Вечном и, когда мы наконец обнаруживаем его, глубокое погружение и переживание состояния высшего экстаза и единения с Тем, кто есть высшая Красота и Блаженство. Необходима твердая, непоколебимая концентрация воли на достижении и полной реализации всего, что есть Божественное, и свободная, пластичная открытость всему, что оно намерено проявить в нас. Таков триединый путь нашей йоги.