Читаем без скачивания Цель - Перл-Харбор - Александр Золотько

Еще есть вариант — умереть.

Торопов покачал головой.

Нет, он хочет жить. Он должен жить. Пусть рушится мир, пусть меняется ход истории, но Андрей Владимирович Торопов должен жить. Нужно встать и вернуться в тот дом. Найти Нойманна и просить его… Стать на колени, если понадобится. Просить, чтобы он разрешил остаться в живых. Взял работать в свое ведомство. Против СССР, против Англии, против всего мира. Стерпеть унижения и даже побои, доказать свою полезность. Немцы ведь сотрудничали с русскими. С эмигрантами и пленными. Сотрудничали, иногда даже как с равными.

Это в Сети можно было говорить о том, что наши не сдаются, что в едином порыве за Родину, за Сталина! В Сети это выглядит очень красиво и патриотично. Некоторые убогие в это даже искренне верят… И пусть верят. А он, Андрей Владимирович Торопов, знает, как оно было. Вслух об этом не говорит, вслух он бичует и обвиняет преступников перед памятью народной…

Если доказать свою полезность Третьему рейху, то можно заполучить вполне аппетитный кусочек этого мира. Где-нибудь в Крыму… Или на Кавказе… И немного обслуживающего персонала из местных. В конце концов, человек, оказавший такие услуги рейху, может рассчитывать на благодарность фюрера.

Торопов лег на спину, заложив руки за голову.

Да, так и нужно. Именно так.

И нужно не просто рассказывать о том, что происходит в Союзе, Англии и Америке, а подготовить программу… Концепцию. Ведь если он начнет менять реальность поэпизодно, урывками, то быстро, очень быстро потеряет достоверную информацию, лишится своего преимущества — знания истории.

Скажем, уговорит с его подачи Нойманн Гитлера не останавливаться перед Дюнкерком. Сможет убедить, что переговоры с Англией невозможны. Немецкие танки отрежут англичан от моря, двести тысяч британцев попадут в плен, некому будет оборонять метрополию — и что? Черчилль и дальше будет призывать сражаться на земле, в небесах и на море? Или попрут Уинстона за провал операции «Динамо»? И заключат с немцами договор? Или немцы, пользуясь тем, что армии у Британии больше нет, броском пересекут Ла-Манш… Хватит одной танковой дивизии, чтобы в этих условиях дойти до Лондона. И кому тогда будет нужен Торопов с его устаревшей информацией? С просроченной информацией из другой реальности.

Никому.

В СССР после успеха операции «Морской лев» поймут, что вариантов нет, что нужно с Германией дружить по поводу передела имперского наследства, или начинать войну сразу, в сороковом. Черт его знает, что придумает Иосиф Виссарионович…

Нет, тут нужно готовиться аккуратно, разработать комплекс мероприятий, которые позволят все решить разом, сделать беспроигрышный ход. Не останавливаться в сорок первом для поворота на Киев, например, а дожать Москву. Послушать Гудериана. В конце концов, Киевская группировка русских почти не имела на тот момент танков и нанести более-менее сильный удар во фланг не могла…

Выйти в сентябре к Москве. Окружить. Взять. Они там и оглянуться не успеют. Какие там сибирские дивизии… Вариант? Вариант.

Торопов не заметил, как в своих мыслях перестал говорить о Союзе «наши», а стал именовать — «русские», будто сам уже не относился к ним, а был частью другого народа. Он уже сделал выбор, мысленно переступил черту, оставил все, что было раньше, до встречи с Нойманном и его парнями, за спиной, и теперь перебирал варианты, отстраненно взвешивал информацию уже с другой точки зрения. Сколько раз принимал участие в дискуссиях по поводу, что должны были сделать Советы, чтобы с ходу выиграть, чтобы не прозевать удар… Теперь он будто бы повернул шахматную доску и посмотрел на нее со стороны черных.

Значит, правильным будет не крохотные пошаговые изменения, способные изменить весь баланс сил, а подготовка одного, глобального, такого, чтобы разом все решить. Черт, мало времени, июль тридцать девятого — до войны всего два месяца… Нет чтобы вытащили его хотя бы на год раньше, в тридцать восьмом, тогда бы можно было поиграть с англичанами и французами… Подождать даже с нападением на Польшу, позволить Союзу начать войну с Финляндией, дать французам и англичанам возможность напрямую ввязаться в конфликт, позволить им ввести свои войска в Финляндию.

И только потом, когда война разгорелась бы, вот тогда…

А еще…

— Хотите, угадаю, о чем вы думаете?

Торопов резко сел, в глазах потемнело, тошнота подкатилась к горлу и отступила.

Даже в мундире адмирал обычно особого впечатления не производил. А сейчас, когда адмирал был в простом светлом костюме, Зорге, здороваясь с ним, поймал себя на том, что старается не слишком сильно давить его руку при рукопожатии, чтобы не повредить, наверное.

Росту в Исороку Ямамото было около ста шестидесяти сантиметров, вес — килограммов шестьдесят, даже чуть меньше. Зорге торопливо отогнал нелепую и неуместную мысль, что в спарринге с ним у адмирала не было ни малейшего шанса.

Не слыл командующий Объединенным Флотом мастером единоборств. Наверняка занимался, как и все курсанты, в молодости, но особых результатов не достиг. Это вам не покер, маджонг и бридж, тут Ямамото заслужил реноме игрока серьезного и беспощадного. И предугадать, чем закончится сегодняшний разговор известного немецкого журналиста с японским адмиралом, не сможет никто. Во всяком случае, не дракой. Вполне вероятно, что, выслушав Зорге, Ямамото молча пожмет плечами, встанет с кресла и выйдет. А у клуба Зорге будут ждать полицейские.

Вероятность такого исхода весьма высока, но возможные результаты беседы стоят риска. Любого риска.

Зорге подождал, пока адмирал сядет в кожаное кресло, потом сел и сам.

Еще несколько дней назад он и представить себе не мог, что будет встречаться с Ямамото. С тех пор как адмирал сменил министерский кабинет на флагманский салон на линкоре, Ямамото вообще перестал встречаться с журналистами. Пришлось потратить много времени и дернуть за множество ниток, чтобы встреча состоялась. Да еще и в таком неофициальном формате.

Посол Германии Отт, близкий друг Зорге, был искренне уверен, что дружище Рихард готовит большую статью о том, как иностранные специалисты оценивают действия германского флота. С упором на недавний критский триумф и без особого акцента на печальную судьбу «Бисмарка», просил посол, и Рихард клятвенно ему обещал, что сделает все возможное.

Адмирал, правда, может напомнить, что Крит взял не флот, с улыбкой сказал Зорге, а парашютисты, так что говорить нужно не о победе германского флота, а о поражении британского… В общем, все будет, как всегда, хорошо — профессионально и достоверно.

Как все пройдет на самом деле…

Зорге до самого момента встречи испытывал странное чувство — нет, не страх, страх он давно уже научился контролировать.

Зорге никак не мог поверить, что согласился выполнить поручение того забавного американца, этакого классического рубахи-парня из американской глубинки, корреспондента газеты «Индиана Трибьюн». Зорге, кстати, с первой минуты знакомства если в существовании газеты с таким названием только сомневался, то в возможность и желание ее главного редактора держать в Японии собственного корреспондента просто не верил.

С чего бы это жителям штата Индиана интересоваться делами на другом конце Тихого океана? Американскому обывателю такое нелепое любопытство вообще не свойственно. Его больше интересует состояние дел в бейсбольной лиге, и как губернатор штата объясняет странные слухи о своей личной жизни.

Дугласа Конвея мало заботили сомнения немецкого коллеги, он запросто подошел к Зорге, представился, предложил сыграть в покер, проиграл, естественно, сотню иен, а потом как бы невзначай предложил прогуляться и поболтать… О жизни, естественно. О том, как лучше устроиться в Японии.

— Понимаете, — жалобно улыбаясь, пожаловался Конвей, — я приехал недавно, еще не все понял, вечно путаюсь в деталях японского менталитета и, кажется, уже успел прослыть среди японцев невежей.

Зорге, естественно, во все это поверил, участливо кивал, цокал языком и в нужных местах улыбался, прикидывая, на чью разведку работает американец. На родную — штатовскую? Вполне может быть, если судить по неуклюжести захода на вербовку. Американцы все еще не научились работать тонко и аккуратно. Собственно, они еще даже не начинали учиться.

Англичане?

Зачем им такой маскарад? Они прекрасно знают, что доктор Зорге никогда не пойдет на сотрудничество с иностранной разведкой. Рихард не то чтобы совсем наци, но патриот и не скрывает свою нелюбовь к закулисным телодвижениям.

Он даже с германскими спецслужбами вроде бы не сотрудничает. Отправляет иногда в Германию через посла обзоры внутриполитической жизни Японии, да — точные, да — интересные, но не более того.