Я повертела головой и увидела, как Тони стоит, прислонившись к дереву и держит в руках папку очень похожую на мою. Меня бросило в дрожь.
— Хочешь, я надеру ему за тебя задницу? — Серьезным тоном спросил Райан. — Если захочешь, я это сделаю. В противном случае, я оставлю вас наедине. У парня такой вид, будто ему есть что сказать.
Сраженная, я уставилась на Тони. Его лицо было жестким, но в глазах не было обычной враждебности, когда он смотрел на меня.
— Ладно, наверное, это означает, что не придется надирать задницу. — Райан привстал, оттолкнувшись от моих коленок. — Увидимся позже.
Когда я взглянула на него, он поднял бровь, как бы намекая, что мне не стоит даже думать избежать похода, потому что он лично придет и если понадобится, вытащит мою задницу из дома. В этом я не сомневалась.
Закинув рюкзак на плечи, Райан Хантер подошел к Тони, который оттолкнулся от дерева и смотрел в землю.
— В самом деле, ведьма? — Райан засмеялся и похлопал Тони по плечу. — Друг, ты такой идиот.
Я не хотела, чтобы Тони подходил ко мне, когда Райан ушел. Мне не хотелось, чтобы он что-то говорил. И больше всего мне не хотелось, чтобы он видел мои покрасневшие от слез глаза. Все что мне хотелось это, чтобы он ушел.
Но он не уходил.
Спустя всего несколько секунд, он стоял рядом со мной. Моя папка приземлилась у моих ботинок.
— Ты прогуляла урок.
— Да? Очевидно, ты тоже, — ответила я с теплотой арктического шторма.
— Да, кто-то же должен был принести тебе твои вещи.
— Спасибо, — я перевела свой взгляд с него на свои колени, мой тон стал холодным и острым. — А теперь оставь меня одну.
Медленно Тони сел около меня на корточки, как раньше сидел его друг.
— Оставлю. Через минуту.
Сейчас минута рядом с ним казалась вечностью. Но я полагала, что он уйдет побыстрее, если я помолчу и позволю ему сказать то, что он хочет. Так или иначе, мое горло сейчас было слишком охрипшим, чтобы спорить с ним.
— Послушай…
Я слушала. Но он сделал такую долгую паузу после этого слова, что я случайно взглянула на его лицо. Черт, он действительно выглядел сожалеющим. И я имею в виду действительно сожалеющим, я не знаю, как это объяснить…
Его обтягивающая белая футболку натянулась на груди, когда он тяжело вздохнул.
— Я не знаю, что делать с вами, Саммерсами, вы вытаскиваете из меня все самое худшее. Это просто…
О, ничего себе. Это точно не войдет в историю как самое выдающееся оправдание всех времен.
— Энтони, ты превратил меня в ведьму, — прохрипела я.
— Я знаю… Эта картина никогда не должна была оказаться в моей папке. Это несчастный случай.
— Обрати внимание на то, что в первую очередь ты говоришь о несчастном случае! — Я пыталась докричаться до его непрошибаемой башки.
Он был спокоен.
— Да, это тоже.
Было что-то печальное в его тоне, чего я не понимала.
— Я знаю, что превращал твою жизнь в ад с тех пор, как ты вошла в двери Чарлис. Этого не случится больше. Я буду держаться подальше.
Он встал и ушел.
У меня не было желания возвращаться в класс с покрасневшим и опухшим от слез лицом, так что я пошла домой.
Памела, которая знала мой график, выглядела немного взволнованной, когда увидела, что я вошла в дом:
— Что-то не так?
Я должна была сказать ей, что все было прекрасно и, что у меня просто небольшая головная боль, но когда она положила ладонь мне на щеку и спросила:
— Ты плакала, дорогая? — Я почувствовала, что мое самообладание уменьшилось.
— У меня была действительно, действительно плохая неделя, — я сказала ей. Затем села на один из стульев с высокой спинкой в столовой и спрятала лицо в своих руках, сложенных на столе.
Я ожидала услышать ее обеспокоенный голос, расспрашивающий о подробностях, но слышала только шум из кухни. Наконец, я посмотрела вокруг и нашла ее сидящей рядом со мной. Она пододвинула ко мне чашку, и фруктовый запах клубничного чая донесся до моего лица.
Для себя я решила, что она достойна выслушать подробности о Тони и о том, как он превратил мою жизнь в ад без всяких видимых причин, кроме одной, что он и Хлоя раньше встречались, и у них ничего не получилось. Однако я подумала, что и так слишком далеко зашла, чтобы также рассказать тете о стервозном поведении ее дочери, потому что, я просто как-то не учла эту деталь.
— Трудно поверить, что такой милый мальчик как Энтони Митчелл мог быть так груб с тобой. И ты уверена, что это связано с Хлоей?
— Так мне сказали. — Снова я опустила ту часть, когда она бросила его после того, как переспала с ним.
— Но ты сказала, что он извинился сегодня. Я уверена, если он сказал, что оставит тебя в покое, то так и будет.
— Да, возможно, — я могла только надеяться на это. Но с кемпингом сегодня, шансы были невелики. — Кстати, ночевка, на которую я хотела пойти отменена. Вместо этого, они пригласили меня пойти в поход в лес. Ты и дядя Джек не против?
— Конечно. У нас должен быть где-то в подвале спальный мешок для тебя. — Пэм сделала паузу. — Ты выглядишь обеспокоенно. Думаешь, Тони тоже там будет?
— Я знаю, что будет. И это будет так интересно, — добавила я, взглянув искоса в свою чашку. Но я уже чувствовала себя немного лучше. Затем я вздохнула, поставила чай вниз, и склонила голову к моей тете на плечо. — Всю мою оставшуюся жизнь будет так же сложно с парнями?
Пэм прижалась щекой к моим волосам.
— Эмм… это вопрос с подвохом? — Она обняла меня сильнее, и мы обе засмеялась. — Но станет немного легче, когда они повзрослеют, милая.
— Когда кто повзрослеет? — Голос Хлои донесся до нас из кухни. Я подняла голову за долю секунды до того, как она появилась в дверях столовой. Её шокированное выражение, когда она увидела меня в объятиях ее мамы, заставило волосы на затылке встать дыбом. Яблоко выскользнуло из моей руки и упало на кафельный пол, закатившись под стол.
Я полностью пропустила её возвращение домой. Ужасная ошибка. Я нырнула под стол и подняла фрукт.
Тетя Памела казалось, не заметила шок у меня или у Хлои.
— Мы говорили о мальчиках, — она ответила своей дочери. — Сэм только, что поняла, какими сложными они бывают.
— Уже? — Хлоя повернулась ко мне и послала улыбку, которая не имела ничего общего с дружелюбной. — И так, ты все еще тусуешься с теми лузерами?
— Хлоя, что в тебя вселилось? — Пэм выкрикнула прежде, чем я успела втянуть воздух, чтобы ответить, и, держа руки на столешнице, она встала. — Меня не волнуют твои грубые манеры по отношению к Сэм в последнее время. Она член этой семьи и ты извинишься перед ней сию же минуту.
