Какое-то время Перси верно служили королю Генри IV, охраняя неспокойную границу с Шотландией. Сэр Генри Перси отважно сражался с восставшими валлийцами Оуайна Глиндура в Уэльсе, причем содержание своего войска оплачивал из собственных средств. Горячая Шпора отбил у мятежников неприступные замки Мерионет, Конви и Кэрнарвон, но не смог окончательно подавить сопротивление повстанцев. В конце концов ему пришлось объявить амнистию всем валлийским сепаратистам, которые согласились покориться власти английского короля. Амнистия не распространялась лишь на самого Оуайна Глиндура, а также его кузенов Риса и Гвилима, сыновей Тюдура ап Горонва — предка (кого бы вы думали?) Генри VII Тюдора.
Затем сэр Генри вернулся на шотландскую границу. В 1402 году вместе с отцом он нанес шотландским войскам поражение в битве при Хомилдон-Хилле и захватил вражеского командующего — знаменитого Арчибалда Дугласа 4-го графа Душасского. Победу омрачило известие, что в это же самое время в битве при Грин-Гласе попал в плен к Глиндуру сэр Эдмунд Мортимер, на сестре которого был женат Горячая Шпора.
Тут король Генри IV предпринял несколько шагов, которые рассорили его с Перси. Во-первых, он отказался возместить этой семье средства, затраченные на ведение боевых действий в Уэльсе. Казначейство также не выплатило в полном объеме деньги, причитавшиеся за службу по защите северных границ.
Во-вторых, король передал командование замком Роксбург Ральфу Невиллу 1-му графу Уэстморлендскому, старому врагу рода Перси. В-третьих, Генри IV запретил принимать выкуп за графа Дугласского, поскольку хотел оставить его в плену вместе с прочими захваченными шотландскими рыцарями для усиления собственных позиций на переговорах с шотландцами. И наконец, король отказался выплатить Глиндуру выкуп за Мортимера: не в его интересах было освобождать из плена представителя семьи, имевшей неоспоримо больше прав на трон, чем он сам.
Все это до крайности возмутило графа Нортумберлендского, а еще больше его вспыльчивого сына Горячую Шпору. По законам войны того времени они имели полное право на выкуп за всех, кого лично взяли в плен во время сражения. Перси расценили поведение короля как прямое покушение на феодальные свободы. Передача Роксбурга в руки Невиллов доказывала с несомненностью, что отношение короля к Перси изменилось, что он перестал им доверять, и в ответ они перестали доверять королю. Перси заявили, что король не ценит их помощь по возведению его на трон, которая, заметим, действительно сыграла значительную, если не решающую роль в успехе узурпации престола. Горячая Шпора демонстративно освободил Арчибалда Дугласа без выкупа. Король за это объявил сэра Генри изменником и приказал явиться ко двору, чтобы ответить за непокорность.
Разумеется, Перси и на этот раз не пожелали предстать перед королем. Они решили выступить против Генри IV с оружием в руках и свергнуть его с трона. Во главе заговора встали граф Нортумберлендский, его брат граф Вустерский и сэр Гарри Горячая Шпора. Мятежники заручились поддержкой своего бывшего пленника графа Дугласского, а также вошли в союз с валлийским бунтовщиком Оуайном Глиндуром. Глиндур в свою очередь отпустил на свободу сэра Эдмунда Мортимера, женившегося на его дочери Кэтрин и также присоединившегося к восстанию.
У мятежников было много сторонников по всему королевству, в том числе и в самом Виндзорском замке. Им удалось организовать побег Эдмунда Мортимера 5-го графа Марчского и его брата. Беглецов предполагалось укрыть в Уэльсе, в замке Кэрфилли, которым управляла Констанция Йоркская — дочь Эдмунда Лэнгли герцога Йоркского и вдова Томаса Ле Деспенсера лорда Ле Деспенсера, участника Крещенского заговора. Если Эдмунд Нориджский, глава клана Йорков, решил сохранять лояльность королю, то остальные члены семьи не собирались мириться с узурпатором. Впрочем, оба Мортимера были перехвачены еще до того, как смогли пересечь границу с Уэльсом. Их отдали под надзор наследнику престола Генри принцу Уэльскому.
Мятеж Перси знаменателен тем, что впервые прозвучал призыв вернуть корону законной династии Мортимеров, поддержанный вооруженной силой. Мятежники объявили, что хотят возвести на престол Эдмунда Мортимера графа Марчского, законного наследника в соответствии с прижизненной волей короля Ричарда II. В июне 1403 года Горячая Шпора опубликовал в Честере манифест, где излагал причины восстания. Он заявлял, что летом 1399 года в Донкастере Перси обещали Генри Болингбруку помощь лишь в возвращении родового герцогства Ланкастерского, ни о каком захвате трона тогда не было и речи. Сэр Генри обвинял короля в том, что тот перестал собирать Парламент и в нарушение своих обещаний единолично устанавливал налоги, не советуясь с лордами.
Мятежники планировали совершить быстрый марш на Шрусбери, где они надеялись застать врасплох и схватить наследника престола Генри принца Уэльского, а заодно заполучить в свои ряды обоих Мортимеров. Там же, у Шрусбери, сэр Генри Перси и граф Вустерский должны были соединиться с войсками Глиндура, стоявшего в Шропшире, а также с отрядами графа Нортумберлендского, идущими с севера.
Поле битвы при Шрусбери. Вид с обзорного холмаИзвестие о мятеже застало короля 12 июля в Ноттингеме, когда он проходил через город с войсками, направляясь к шотландской границе. Такое развитие событий стало для него полной неожиданностью, хотя до Лондона доходили слухи о волнениях на севере и раздававшихся там публичных обвинениях в том, что король не держит своих обещаний, данных при вступлении на престол. Среди офицеров королевской армии был шотландский ренегат Джордж Данбар 10-й граф Марчский (в Шотландии), который принес вассальную присягу английскому королю и получил от него титул лорда Сомертона в Линкольншире. Данбар посоветовал Генри IV не мешкая выступать на Шрусбери.
Король последовал совету шотландца. Уже 20 июля он показался в виду города со всей своей армией. Стремительный маневр позволил ему предстать перед Горячей Шпорой до того, как Глиндур и граф Нортумберлендский успели прибыть на помощь. Генри IV попытался уладить дело без кровопролития, но восставшие отказались вступать в переговоры. По некоторым сведениям, Горячая Шпора был готов к миру, но граф Вустерский намеренно передал ему предложения короля в искаженном виде.
Последовала ожесточенная битва. Арчибалд Дуглас собственноручно убил Эдмунда Стаффорда 5-го графа Стаффордского. Отдельные группы бойцов сражались до самой темноты. Сэр Генри Перси пал в бою: стрела вонзилась ему в рот, когда он приоткрыл забрало шлема. Графы Дугласский и Вустерский попали в плен. К утру следующего дня войско мятежников полностью рассеялось. Потери с обеих сторон оценивались современниками в 2000 рыцарей и 6000 ратников, но это явное преувеличение. Сомнительно, чтобы общее число павших превысило 2000, даже если принять весьма оптимистичную оценку численности королевской армии в 14 000, а мятежников — в 10 000 человек. Неоспоримо одно — основная часть потерь пришлась на долю восставших.
Пленников судили. Граф Вустерский и несколько других видных бунтовщиков были обезглавлены в Шрусбери. Тело сэра Гарри Горячей Шпоры поначалу предали земле. Однако вскоре распространился слух, что неутомимый воитель остался жив. Тогда тело эксгумировали, насадили на копье и выставили на всеобщее обозрение в Шрусбери. Затем его разрубили на четыре части и отослали их в разные города Англии, а голову водрузили на воротах Йорка.
Граф Нортумберлендский опоздал к битве и решил не вступать в бой с окрыленными победой войсками противника, к тому же превосходящими его числом. Бытует мнение, что он нарочно притворился больным, чтобы не участвовать в сражении. Но невозможно поверить в то, что Нортумберленд трусливо отправил на верную гибель родного сына. Граф доблестно сражался во Франции, где командовал отрядами в 1359, 1368, 1371 годах, затем отважно защищал северные границы Англии. В 1366 году он был посвящен в рыцари ордена Подвязки, где трусам места не было. Старый вояка не мог испугаться боя, тем более что впоследствии он выступил против короля при гораздо меньших шансах на успех. Скорее всего, граф действительно или тяжело болел, или просто опоздал.
Видя поражение мятежа, Нортумберленд решил сдаться на милость короля. Он прибыл в Йорк, где находился королевский двор, и был посажен под стражу. Его лишили должностей лорда-констебля и хранителя марки, которые перешли к Ральфу де Невиллу графу Уэстморлендскому. Собравшийся Парламент принял к сведению, что граф Нортумберлендский прямо не замешан в вооруженном выступлении против короля, улики против него были признаны недостаточными для обвинения в измене. Его оправдали и выпустили на свободу.
