нужно его сердце. А это означало, что я должна проскользнуть под этой тварью. Я опустилась на колени, нацелила свой клинок и…
Боль взорвалась в моем бедре.
Мое зрение помутнело. В ушах раздался ОТРЫВИСТЫЙ звук, а шум толпы и демонов превратился в отдаленный грохот.
Я не поняла, что упала на землю, пока не увидела, что мои руки уперлись в грязь. Я посмотрела на себя. Из моего бедра торчала стрела.
Дерьмо, подумала я, пока все демоны не накинулись на меня.
Глава
10
Я не могла пошевелиться. Я наносила дикие удары, попадая то в плоть, то в кость, то в глаз. Я не видела ничего, кроме скользящей массы серой плоти. Моя жалкая магия искрилась на кончиках пальцев, бесполезные фрагменты сине-белого света. Кровь, кровь и много крови лилась на меня. Извивающиеся тела демонов расступились настолько, что я смогла увидеть небо над собой сквозь дымку ядовито-красного дыма, увидеть луну, дразнящую меня из-за стекла.
Затем она исчезла под мощным взмахом массивных крыльев. В свете луны и фонарей, перья приобрели насыщенные, глубокие оттенки красного и фиолетового.
Время замедлилось, когда Райн вонзил свой меч в демона, лежащего на мне. Монстр шипел и брыкался. На моей щеке появился порез, я умудрилась упустить один из его размашистых когтей.
Я ничего не слышала, но видела, как шевелятся его губы, как они складываются в слово: «Сейчас!».
Когда мое сознание померкло, я собрала последние силы и вонзила меч в сердце демона.
— Дави сильнее, маленькая змейка, — прошептал мне на ухо Винсент.
Мир затих. Капли крови превратились в водопад. Я продолжала давить и давить, пока мои руки не оказались внутри раны, и я почувствовала скользкую плоть демона вокруг моих костяшек.
Я собиралась умереть. Я думала, что уже была близка к этому. Но это было совсем другое. Когда голова демона опустилась, когда его глаза встретились с моими, я поняла, что в этом мы едины — в ужасе перед собственной смертностью.
Если это не было ключом к победе, я была в полной заднице. Полностью в заднице. Заперта в аду вместе с этой тварью. На мгновение и на целую вечность мы с демоном балансировали вместе, танцуя на острие клинка смерти.
А потом внезапное отсутствие веса заставило меня задохнуться.
Райн издал рваный рев, срывая с меня демона, схватил его за горло и бросил на пропитанный кровью песок.
Крики из толпы стали оглушительными. Я не могла перевести дыхание. Не могла пошевелиться. Боль парализовала меня.
Я зажмурилась, ожидая, что на меня прыгнет другой демон. Проходили секунды. Но этого не происходило. Вместо этого надо мной стоял Райн, положив одну руку на бедро, крылья убраны, но меч по-прежнему был наготове и кровь капала с его острия. Его губы шевелились, но я не могла расслышать слов, которые они произносили.
— Что? — попыталась спросить я.
Он наклонился ближе, рот искривился в ухмылке.
— Я сказал, хорошая идея.
Он протянул ко мне руку, но я уклонилась и поднялась на ноги. Это вызвало взрыв агонии в моем бедре.
Демоны теперь были неподвижной шелухой, просто бескостными мешками мяса на земле. Из нас семерых в живых осталось четверо. Мы уставились друг на друга, оружие все еще было наготове. Я изо всех сил старалась ухватиться за свои скользкие, одурманенные болью и ядом мысли.
Победили ли мы? Или нам еще нужно убить друг друга?
Ублюдок хиадж, который стрелял в меня, пристально смотрел на землю. Не на трупы, а на линии теней, которые вели нас к краю нашего загона. Там появился арочный проем. В нем были прохладные, тихие залы Лунного дворца, смехотворно контрастирующие с кровавым хаосом на арене.
Вот и все. По всей видимости, это и было победой.
Киретта и оставшийся хиадж, прихрамывая, добрались до двери, лишь на мгновение замерев в замешательстве, стремясь поскорее уйти, спасая свои жизни. Но я не двигалась. Я не хотела этого показывать, я даже не была уверена, что смогу идти.
Я оглянулась через плечо. Впервые с момента прибытия я увидела трибуны, с которых смотрели тысячи кричащих зрителей. Они были так далеко над нами, что отдельные лица терялись в толпе, но я все равно искала Винсента.
Райн тоже не двигался с места. Он смотрел налево, на ограждение рядом с нашим, участники которого все еще были вовлечены в жестокую битву, включая Ибрихима, который, что удивительно, все еще был жив и сражался. Легкая морщинка пробежала по лбу Райна в выражении, которое странно напоминало озабоченность, и я поняла почему, когда проследила за его взглядом на его подругу. Она прыгала вокруг со всей неустойчивой грацией бабочки, орудуя…
Мои брови поползли вверх.
Она владела огнем. Не белая, темная сила Ночного огня — уникальный дар Ночнорожденных. Нет, это был огонь.
Мои губы раскрылись от шока. Магия огня была уделом Атроксуса, бога солнца — члена Белого пантеона. Я никогда не видела вампира, владеющего магией, не порожденной темными искусствами Ниаксии, не говоря уже о магии, принадлежащей ее главному врагу. Я не знала, что такое возможно.
Райн стукнул по стеклянной стене нашего вольера, достаточно громко, чтобы привлечь ее внимание. Она взглянула на него, и он постучал себя по лбу прямо между бровями. Затем он указал на демона в ее клетке, у которого на лбу была белая метка.
После этого он небрежно повернулся ко мне, оглядел меня с ног до головы и указал на дверь.
— После тебя.
Я ни за что на свете не позволила бы ему идти позади меня, тем более, когда моя нога так сильно кровоточила. Я могла только представить, как я пахну для него.
— После тебя, — мило сказала я.
Он пожал плечами и пошел вперед, а я ковыляла за ним. Моя нога сильно дрожала.
Первое испытание закончилось без особого шума. Мы все разбрелись по своим укрытиям в тихих объятиях Лунного дворца. Я сразу же направилась в оранжерею, отчаянно желая спрятаться, пока никто не учуял запах моей крови и не решил, что я — легкая добыча. Из своего укрытия я прислушивалась к отголоскам голосов других вернувшихся участников.
Одно испытание пройдено. Осталось четыре.
Я думала, что почувствую какое-то облегчение. Но когда я присела среди листьев и попыталась остановить кровотечение — попыталась и не смогла — я боролась с нарастающим ужасом.
Нет, облегчение было для тех, кто в безопасности. И пока я складывала окровавленные лохмотья друг на друга все выше и выше, безопасность была далеко, очень
