– Я больше не стану у тебя ничего брать, – твердо проговорила Сирена.
Рауль несколько секунд пристально смотрел ей в глаза, словно старался проникнуть в душу. Выдержать его взгляд было непросто, но она справилась. Наконец Рауль кивнул, убрал руку и сказал:
– Я пойду поработаю.
Только когда он отошел, Сирена снова смогла дышать. Женщина дрожала, не понимая, выиграла она или проиграла.
Мать Рауля взяла крошечное существо на руки и воскликнула:
– Я даже представить не могла, что Рауль подарит мне внучку! Он законченный трудоголик.
Беатриса была высокой, стройной женщиной. Она хорошо одевалась и красиво укладывала длинные серебристые волосы. На аристократичные черты лица пожилой дамы был нанесен легкий макияж. Изящные драгоценности, которые носила Беатриса, были, как подозревала Сирена, подарком сына.
Казалось, в Беатрисе отсутствует искра жизни, но, узнав, что женщине довелось пережить, Сирена поняла причину этого. Она видела, как важно для Беатрисы то, что та может держать на руках внучку, и была рада, что согласилась на поездку, хотя пребывание в этом доме было чревато неприятными сюрпризами.
– Твоя мать считает, что мы пара, – сказала Сирена, когда им предоставили одну комнату на двоих.
– Разве можно ее в этом винить, когда мы привезли ребенка?
– Тебе надо было объяснить ей! – принялась настаивать молодая женщина.
– Как? – поинтересовался он.
Сирена сжала зубы. Ох уж этот Рауль, он намеренно все усложняет! Впрочем, его можно понять. Беатриса была необыкновенно вежлива, старалась не совать нос не в свои дела, признав их «современные» отношения, и пробормотала что-то насчет того, что восхищается независимыми женщинами. Любая попытка что-либо объяснить непременно породила бы вопрос о браке, что, конечно, совершенно не устраивало Рауля.
Не то чтобы Сирена хотела выйти за него замуж. Их ничто не связывало, кроме малышки. К сожалению, ее по-прежнему влекло к нему. Но сближение означало бы возможность влюбиться в него, чего ей совершенно не хотелось. Это непременно привело бы к разбитому сердцу.
– Я буду спать в комнате Люси, – сказала Сирена.
Рауль прерывисто вздохнул:
– Врач разрешил тебе не только путешествие, разве не так?
– И что же? Мне теперь надо лечь с тобой в одну постель? – парировала она. – К тому же я не сомневаюсь, что ты думаешь, будто я переспала с тобой, чтобы скрыть свое преступление. Но для меня секс – это не просто совокупление. Я предпочитаю думать об этом как о занятиях любовью, причем партнеры должны испытывать друг к другу хоть какие-то чувства.
Сирена прикусила язык, боясь, не сказала ли она больше, чем следовало. Если верить ее собственным словам, получается, что она что-то испытывает к Раулю. Только бы он ничего не заметил! Было слишком унизительно признавать, что ее влечет к бывшему боссу – и это после того, как он с ней обошелся!
– Как бы то ни было, я рада, что мы совершили ту ошибку, – поторопилась добавить Сирена. – Если бы не было Оксшотта, у нас не было бы Люси.
Молодая женщина выбежала из комнаты и скрылась в спальне малышки.
Глава 9
Рауль вырос в Нью-Йорке, но, перебравшись в Лондон, тоски по нему он не испытывал – слишком много грустных воспоминаний было связано с этим городом. Климат тоже не радовал – то шел дождь, то снег, то было слишком жарко.
Направляясь на деловую встречу, он остановился у стола секретарши и предупредил, что его следует позвать, если позвонит Сирена.
– Мисс Эбботт? – воскликнула девушка. – Я думала, что она больше не работает в компании. Как она?
– Хорошо, – коротко ответил Рауль и поспешил отойти.
Он вполуха слушал доклады своих инженеров и пытался делать расчеты. Все бы хорошо, но мысли о Сирене не давали ему покоя. Если у нее не было парней с колледжа, то единственным мужчиной, с которым у Сирены была близость, являлся он.
Рауль вспомнил ее заявление: «Для меня секс – это не просто совокупление. Я предпочитаю думать об этом как о занятиях любовью, причем партнеры должны испытывать друг к другу хоть какие-то чувства». Значит ли это, что Сирена испытывала к нему какие-нибудь чувства, когда они занимались сексом? А как же кража денег? Как вписать в общую картину это? Что, если Сирена переспала с ним только ради одного: скрыть то, что она натворила? Впрочем, Рауль все меньше и меньше верил в это.
Сирена, по ее утверждению, не рассчитывала, что они поженятся после одной-единственной встречи, однако ждала, что он будет относиться к ней с уважением. Уважение Рауля к ней переросло в нечто большее. В привязанность. Чувства, которые он испытывал, были глубже, чем он сам того ожидал. Какой его охватил восторг, когда он наконец смог уступить своему желанию и прикоснуться к Сирене. Какое он испытал удовлетворение, когда оказался в ее восхитительно жарком, влажном теле. Такого с ним еще никогда не было. Это произошло впервые. И это испугало его. Сила собственных чувств потрясла мужчину.
Мелькнула пугающая мысль: а что, если он влюбился? Только этим можно объяснить то, как остро он ощущал присутствие Сирены, как реагировал на нее. Руки Рауля похолодели. Он неожиданно вскочил, чем привлек внимание всех присутствующих на совещании.
– Какая-то проблема, сэр?
– Мне нужно… Мне нужно позвонить, – солгал он и прошел в свой кабинет. Сев за стол, он обхватил руками голову.
«Я не мог влюбиться, – уговаривал себя Рауль. – Это невозможно». Но ведь он испытывал к Сирене не только вожделение. То была целая гамма чувств. Рауль со стоном сжал голову.
Что, если он все-таки влюбился?
Сирена порадовалось, что Рауль уехал в офис до того, как она встала. Таким образом, ей не потребовалось сохранять лицо, потому что женщине было совсем не безразлично, кто занял ее место.
Она поболтала с Беатрисой, слушая ее рассказы о том, каким Рауль был в детстве. Это помогало Сирене не думать о том хаосе чувств, который охватил ее.
Рауль неожиданно вернулся к ланчу. И он приготовил сюрприз: билеты на дневное представление.
– Вы, леди, идите, – распорядился он. – Я останусь с Люси. Я не очень люблю мюзиклы.
Это был замечательный подарок. Сколько раз Сирена мечтала сходить куда-нибудь, когда бывала в Нью-Йорке, но у нее не было то времени, то денег. После мюзикла они с Беатрисой выпили чай с булочками в кафе. Они посидели бы еще немного, но малышку надо было покормить, и они поспешили домой.
– Рад, что вам понравилось, – только и сказал Рауль. – Начинайте ужин без меня. Мне надо сделать один звонок.
Когда он вернулся к столу, вид у него был отстраненный. Мать этого словно не заметила, продолжая рассказывать о том, как они провели день, но Сирена остро чувствовала перепады в его настроении.
