- Он придет сегодня вечером. Его отпустят всего на час, он хочет поговорить с тобой.
- Поговорить? О чём же?
- О… нас.
- О вас. Между вами было ещё что-то кроме поцелуя?
- Отец!
- Я должен знать.
- Нет, ничего не было. И… я не знала, что он собирается прийти утром, как не знала и о его намерениях.
- И что же это за намерения?
- Он хочет попросить разрешения ухаживать за мной.
- Как мило.
Сарказм в голосе отца мог бы свалить с ног и слона, но Мара была привычна к таким выпадам:
- Мило. И уважительно. И по отношению ко мне, и к тебе. Разве это не показатель?
Мастер Алун промолчал, а потом всё же спросил:
- Ты этого хочешь?
- Дать шанс нашим отношениям? Да.
- Хорошо, я его выслушаю.
- Спасибо, папа!
В порыве благодарности Мара бросилась на шею к отцу и уселась на колени, как делала много раз в детстве, но почти никогда в последние годы. Мастер Алун приобнял её и мягко улыбнулся:
- Ты так выросла, так многого добилась, но по сути своей ещё дитя дитём.
Девушка вгляделась в глаза отца, замечая, что он удивительно молодо выглядит – морщинки едва-едва обозначились в уголках глаз и возле упрямых губ. Хорошая генетика или всё же…?
- Папа, ты мне никогда не рассказывал про маму…
- Мы же договорились.
При упоминании о матери, черты лица Мастера Алуна тут же закаменели, а объятия распались. Отец вновь отказывался говорить о прошлом, и Маре ничего не оставалось, как закрыть тему. Девушка встала и направилась к выходу:
- Приказать подать ужин?
- Да, будь так добра.
Застолье проходило в молчании, когда раздался звонок в дверь. Негромкая возня в холле, удивлённое восклицание Тиски и спустя несколько минут на пороге столовой возник Тариэль. Он пришёл!
Тут же на столе появился ещё один набор приборов, а Мастер Алун приглашающе кивнул на стул по левую руку от себя:
- Присоединяйтесь к нам, как я понял, вам еще на дежурство возвращаться, плотный ужин будет кстати.
- Ни за что не отказался бы, но у меня, к сожалению, очень мало времени…
- Я согласен.
- Простите?
- Вы можете ухаживать за моей дочерью, если вы за этим пришли.
Тариэль удивлённо выгнул бровь – он ожидал хоть какого-то сопротивления со стороны отца девушки, особенно после полученных о нём сведений, но Мастер Алун не стал строить из себя злобного дракона на страже своих сокровищ, и эльфу ничего не оставалось, как принять приглашение.
Мара то и дело поглядывала то на отца, то на эльфа и сперва просто удивлялась, а потом уже и посмеивалась про себя – оба мужчины в крайне вежливых выражениях и очень достойно… пыжились как два петуха перед курятником, показывая, кто из них благородней, умней и сильней. Если бы не крайне серьёзная атмосфера за столом, то Мастер давно бы уже хохотала в голос от нелепости их поведения. А именно нелепо оно и смотрелось со стороны. Человек пытающийся доказать, что он ровня высокородному и эльф, хоть и из Высокого Дома, но всеми силами стремящийся утвердиться в статусе самого опытного и умного, разбирающегося буквально во всём.
Хорошо хоть Тариэлю вскоре пришлось вежливо завершить беседу и откланяться. Мара вызвалась проводить его до дверей, отослав Тиску подальше, чем эльф тут же воспользовался и, прижав девушку к себе, вскружил голову ещё одним сводящим с ума поцелуем:
- Весь день об этом мечтал.
- Я тоже…
Слова вылетели помимо воли, но Мара ничуть о них не жалела – пора признаться и себе, и ему в своих желаниях, хватит строить из себя неизвестно что. Эльф вновь чарующе улыбнулся:
- Всё прошло хорошо, как ты считаешь?
- Просто отлично, поверь мне – ты понравился отцу.
- И это называется «понравился»? Боюсь спросить, как он издевается над неугодными?
- Он их игнорирует.
- Вот как? Тогда да, тогда я точно ему понравился.
Мара тихонько рассмеялась, а потом потянулась за «добавкой». Тариэлю пришлось приложить громадные усилия, чтобы прервать затянувшееся прощание:
- Мне нужно идти, аманэ. Меня уже ждут.
Девушка вздохнула:
- Служба зовёт, я понимаю. До завтра?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- До завтра. И Мара, я всё хотел спросить, сколько лет твоему отцу?
- Чуть больше двух сотен.
- Вот как? Для человека он выглядит слишком молодо, даже для мага.
Мастер нахмурилась:
- На что ты намекаешь?
- Ни на что, моя радость, просто удивительно видеть такое, задето моё профессиональное любопытство.
Мара немного успокоилась, пожала плечами и деланно беззаботно произнесла:
- Хорошие гены, я, полагаю.
- Да, конечно. Увидимся завтра.
Ещё один короткий поцелуй и дверь за эльфом закрылась. Улыбка тут же слетела с лица Мары – заданный будто бы невзначай вопрос был немного странным и неуместным и, честно сказать, напряг девушку. Может быть зря, может это просто случайность?
Тариэль в случайности не верил и теперь, увидев Мастера Алуна вживую, был уже полностью уверен в своих догадках – ни Мара, ни её отец людьми не являлись. Как не были они и полукровками. Красота Мары унаследована не от таинственной матери, но от отца. И их сходство так полно, что сразу понятно – кровь, породившая их, очень сильна и наследуется почти полностью. Как и способности. В ауре Мастера Алуна Целитель также заметил слабые ростки третьего Источника. Вряд ли они когда-нибудь дадут всходы – старший Кемейн давно прошёл возраст магического совершеннолетия, а значит, ничем новым его дар не сможет удивить, но это не отменяет самого факта наличия всё тех же трёх сил – Тьма, Кровь и Смерть. Очень, очень интересная комбинация. Внезапно эльф остановился, буквально споткнувшись о мысль – Кемейн? Действительно? Вот же… Но кое-что не сходилось, не вязалось, а значит не давало перерасти догадке в полную уверенность. Находки, безусловно, так и кричали об очевидном, но этого просто не могло быть. Вот никак. И Тариэль решил пока повременить, понаблюдать дальше, может быть, вскоре всё прояснится.
К йелли Кимре Мара отправилась одна. Тариэль отсыпался после дежурства и должен был присоединиться к её поискам только завтра, йелла Адан проверял детские дома и приюты, а Лар-тар… Да кто же знает, чем занят начальник? Начальническими делами, наверное.
Жилище йелли Кимры располагалось на окраине Торгового города, на маленькой, уютной улочке, где ставни окон всегда распахнуты, а подоконники пестреют горшочками с цветами. Вьюнок уже успел оправиться после долгой зимы и вовсю зеленел, цепляясь усиками за кирпичную кладку стен, пытаясь взобраться ещё выше, ещё ближе к солнцу. Мара остановилась у гостеприимно приоткрытой двери, разглядывая вывеску – «Шарм Юга», любопытно. Шагнув в приятный сумрак небольшой лавки, Мастер тут же поняла о каком «шарме» идёт речь. Духи! Всевозможные баночки, скляночки, флакончики и коробочки занимали всё пространство полок. В воздухе витали тонкие ароматы сандала, ванили, пачули, апельсина и… мяты. Невольная улыбка тут же коснулась губ.
- Добрый день, йелли, чем могу помочь?
За прилавком стояла молодая и очень красивая женщина. Нет, суккуба. Характерные признаки Вауу – смуглая кожа, немного раскосые, глубокие глаза зелёного цвета, чёрные, тяжёлые волосы и манящий ореол, так и кричали о принадлежности к этому Великому Дому. Впрочем, взглянув на ауру суккубы ещё раз, Мара отметила некоторую тусклость основных нитей, как и размытость узора – йелли Кимра если и обладала силой, то совсем небольшой.
- Добрый день, йелли Кимра. Меня зовут Мастер Мара Кемейн, и я тут по делам Центрального Отделения Стражи.
- Вот как?
Женщина нахмурилась:
- И чем же моя лавка заинтересовала уважаемых Стражей?
Мастер медлила с ответом, очевидно, что йелли Кимра не знала об участи дочери. Или знала, но ей было совершенно всё равно?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Йелли Кимра, как давно вы разговаривали с дочерью?
Приветливое выражение лица окончательно слетело с суккубы:
- Мы не общаемся.
- Можно узнать почему?
