можно. Нам ведь тогда и от директора влетит и Иван Степанович не помилует по-родственному.
1968 Сочи и Генсек
Долго мне родителей уговаривать пришлось не набирать чемодан всякой всячины.
— Не на пепелище едем. В общежитие переезжали чемодан, и сумка были.
— Так сентябрь. Одежду.
— Там в сентябре теплее чем у нас в июле. — отбиваюсь я. И в санатории всё готово. Вот платья что полегче бери. Основной багаж был большой, его прямо с завода отправили в санаторий. Как я и просил — техника.
Сели. Тронулись. Едем. Лежу на верхней полке, смотрю в окно. С 67 по 80й, а то и 94й перемен не так уж и много. Ну что-то я естественно не помню, потому как не очень и хотелось. Суперпамять и другие плюшки при попадании до меня не долетели. Даже интересно почему. Вот бы мой рабочий комп сюда. Библиотека у меня не слабая скопилась и из кэша браузера можно было бы чего вытянуть.
Да ладно, чего уж. Всё моё со мной. Главное все живы, здоровы, а прочее наживем. Точу понемногу орехи вперемешку с изюмом и черносливом, моя любимая дорожная еда. Вкусно, удобно и сюрпризов с пищеварением никаких. Ну и чай по возможности.
Мама норовит курицу впихнуть, держусь. Без меня справятся. Пузо отлежал, после Вязников слез за стол и давай в тетрадке рисовать что в голову придет. Мне так лучше вспоминается. А вспомнить бы всех ровесников дельных. Вот директора Ковровского завода, но он не местный. Да много ребят в нашем поколении и технарей и артистов, и бизнесменов. Много самородков, да и династии приветствуются. Вот базу корреспондентов тех журналов пошерстить. Ну и через чур дельных типа Ходорковских, Потаниных и подобных вразумить пораньше. Систему НТТМ и комсомольцев поставить на службу народу.
Едем и с каждой станцией всё меняется. Где сладости, где рыба копченая, и фрукты пошли. Родители чисто дети всему удивляются. Не пробовали ни абрикосов, ни персиков, да и яблок таких не видали ещё. Уговариваю чтобы не хватались за всё, дальше ещё вкуснее будет. Приключение. Вот и Сочи, вокзал. Автобус.
А это мы уже видели в кино про Хоттабыча. Вот и приехали в сказку. Будем отдыхать. Поселили нас в номере на первом этаже, но с балконом. Удобный балкончик, через него то я и ускользнул, как только мне плавки выдали. Но к морю не бегу, мамины нервы берегу. Чинно на лавочке жду. Детей тут есть, пригодится посылочка.
Вон и мои по главной лестнице спускаются. Сплошной восторг и удивление. В кино попали. Кино про передовиков производства в полный рост. Заслуженно, не абы какие партийцы. Хотя и среди них есть люди дельные, особенно что по моложе и пропагандой товарища Суслова не перегруженные. Голову если делом занять, то в ней ни дурные мысли не задерживаются, ни штампы кондовые не внедряются. Потому как критично мыслит такая голова. Вот м мама пообтесалась в интеллектуальной среде. Теперь совсем по-другому газеты и телевизор воспринимает. Посчитала сама расходы большого завода, сопоставила планы и факты. Ну вот опять не туда потянуло. Пять мне или пятьдесят пять?
Когда же самокаты, велосипеды приедут? Вот тут мы и дадим стране пример творчества и народного потребления. А народу сейчас больше 230 миллионов, а из них дошкольников и младших школьников. Хотя Якутия, Чукотка и большая часть севера на велосипедах не часто ездит.
Видят родители какой у нас тренер и на третий день мы уже сами на пляже собираемся. Результат на лицо. Все уверенно на воде держатся и спокойно метров на 20 заплывают.
А после обеда у нас в номере на столе записка, посылка пришла.
Одеваемся и идем принимать.
…
Нам выделили комнатку, куда мы все и разложили.
На следующей тренировке объявляю «у кого боязни гаечных ключей и масла нет, приглашаю поработать и отдохнуть. Сбор после тихого часа»
— А что делать?
— Велики и самокаты собрать и кататься.
— Много их?
— Нам хватит и останется.
— А если вместо тихого?
— Не, жара, да и устали, решает Володя Буре, самый старший. А мне найдется аппарат?
— Придумаем, наверное.
Тут нас разбирают родители и на обед. Собрались видно, что никто не спал, но выдержали. Только без десяти два начали собираться. Мы с батей чуть раньше подошли. Разложили всё рядком у двери и инструменты на дощечке.
— Ухты, это Вова Сальников пришел первым, так нам и завтра не покататься.
— Глаза боятся, руки делают, — подбадривает папка.
— Ну пловец, будущий олимпийский чемпион, выбирай на чём поедешь?
— Самокат вон тот с сидушкой я на двухколесном еще не освоился.
Накидываем колеса, подгоняем руль, затягивай гайки и на контроль.
А тренер наш уже тут как тут.
— Ну и как мне с этим пособится?
— Да, наверное, придется за помощью обращаться. Сына, а сходите к сантехникам, вон там за углом мастерская. Попросите трубу на три четверти, посвежее, а может нержавейка будет и завальцуйте гайку на двенадцать с одного конца.
— Идем, Володя, а то мне росту не хватит.
— Ну авторитет от роста не зависит
— Пока его заработаешь, а покататься уже хочется.
Дядьки правильные оказались, и Вова был убедителен, но всё равно, послали делегата до нашего шалаша.
Умаялись все не слабо, но по номерам разъезжались на своих колесах.
— Слав, откуда такое богатство, спрашивает дядя Витя самый молодой из мастеров, пока мы у них в мастерской масло отмывали.
— Это наша продукция, малой вон придумал, а как запустили цех, нас путевкой и поощрили.
— Твой шкет придумал, сам.
— Идеи его, ну и я подправил, в чем сосед помог, ну а потом и пошло.
— А мой знай только по чужим огородам шнырит.
— Приводи к нам, пристроим, еще пара аппаратов осталась.
— Так казенные?
— Не страшно, договоримся и по закрытию сезона спишешь и по остаточной стоимости выкупишь у родного санатория.
— Эк у тебя как просто.
— А что работаешь плохо, не поощрит директор? Так постарайся и малой себя покажет. Мы то свои деньки отдохнем и на работу, а за техникой пригляд нужен. Ставка не положена, а малец под твоим приглядом справится за интерес. Смекаешь, инициатива имеет инициатора. А ты с того поимеешь сына под приглядом и при деле.
Ржут дядьки, и я подхватываю. Вот так малыми шажками, кругами и надо распространять.
После ужина мы еще немного покатались в сосновой роще, там уже никто не отдыхает и еще не прогуливается. Дух стоит, хоть пей. Шишки с дяди Ванин кулак, а семечки крупнее
