порошок, с помощью которого обездвижил людей в полицейском отделе. А может и не волшебный, а какая-то наркологическая смесь, которая вызывает временный паралич. В любом случае — охранник не получил в лицо волну белого тумана, а продолжил стоять на фейс-контроле.
— Лады, красотуля, потом нарисуюсь. Покеда, — Игорь подмигнул мне и отошел в сторону.
— А как же твой разговор? Вряд ли Анатолию понравится жаргон, — сказала Наталья, когда мы начали подниматься по мраморным ступеням.
— Пока Игорь рядом — я могу нормально общаться. Блин, надо было раньше измерить расстояние, с какого проклятие обратно на меня перекидывается. Хотя, меня больше волнует то, что можем встретиться с мачехой и сестрами. Лариса Михайловна запросто может поднять скандал и нас выведут из клуба. Скажет, что мы без пригласительных.
— Да ладно, они прошли самыми первыми, даже не оглянулись ни на кого. Неужели ты думаешь, что за своим поднятым шнобелем она кого-нибудь увидит? Ой, вижу, что сейчас начнешь возражать. Ладно, будем решать проблемы по мере поступления.
Пройдя коридор и оказавшись в небольшом холле, мы не преминули сфотографироваться возле стенда в обнимку с зажигательными клоунами-аниматорами. Потом похвастаемся знакомым девчонкам фотоотчетом с сайта.
Яркие огни, шумная музыка, цветные коктейли — создано всё, чтобы из ума человека выбить воспоминания о работе, учебе, семье и вовлечь в безумный водоворот, где каждый отрывается в меру своей испорченности.
Веселые лица девушек чередовались с хмурыми физиономиями парней, которые пришли со своими пассиями и теперь обеспокоенно смотрели, чтобы их подруг не увлекли человеческие течения.
Стилизованное под дворец Снежной королевы помещение сверкало и переливалось в лучах лазеров и стробоскопов. По светлому полу катилась зеленая подсветка, сцена освещалась так ярко, что если бы на месте прожекторов были кусочки солнца, то на поверхности можно было пожарить огромную яичницу.
На сцене дергался и кричал известный ведущий с радио «Молодая энергия» Фима Козырь. Слова сыпались горохом из прохудившегося мешка:
— Мы рады-рады-рады видеть вас здесь сегодня на этой крутой вечеринке с крутыми ведущими и не менее крутыми ди-джеями. Всё будет настолько круто, что от крутизны даже на кухне яйца варятся вкрутую без воды и газа. Мы сегодня с вами увидим крутое выступление от крутого стилиста, визажиста, парикмахера и просто крутого парня Анатолия Костюмова. А-а-а те-е-епе-е-ерь давайте зажжем под крутую музыку крутого ди-джея Дриклаута!!!
Зазвучала энергичная электронная музыка и по людям заметались яркие светлячки лазеров. У меня появилось ощущение, что где-то наверху засела оголтелая толпа снайперов и каждый выискивал себе жертву. Похоже, что я пересмотрела «НТВ».
Взметнулись вверх руки, и на них посыпался дождь блестящих конфетти. Танцовщицы «гоу-гоу» задергались с таким неистовством, словно за каждое движение им давали по рублю, а к концу вечеринки они собирались стать миллионершами.
— Я за шампусиком и обратно! — крикнула Наталья и бирюзовой змейкой начала протискиваться к барной стойке, которая располагалась под сценой.
— Хоу-хоу, ручки вверх! Давай-давай, потрясем телами! — декламировал со сцены Фима Козырь.
Я начала пританцовывать, чтобы не выделяться из толпы, а сама оглядывала зал в поисках мачехи и сестер. Вскоре я их отыскала.
Лариса Михайловна восседала на диване с утомленным видом и с легким презрением взирала на потеющую людскую массу. Сестры танцевали неподалеку с такими лицами, словно им на головы поставили по графину с водой и теперь самое важное — не расплескать влагу на дорогие платья.
Анатолия пока что нигде не было видно, как и Игоря. Я почувствовала легкое головокружение от мелькающих огней, мерцающих стробоскопов и оглушающей музыки. Сбоку вынырнула Наталья с двумя бокалами шампанского.
Можно его было принимать или нельзя с эликсиром счастья?
Я решила отхлебнуть. Самую капельку, чтобы веселые пузырьки в нос ударили.
— А где ваши ручки? Крррутая музыка для вас! Сотрясем Москву-у-у! — завывал ведущий.
— Здесь классно! — прокричала Наталья и поставила на столик рядом пустой бокал.
— Да! — крикнула я и тоже избавилась от стеклянной тары.
Следующая мелодия закружила нас так, что мы и сами не поняли, как оказались возле мачехи и сестер. Волшебные платья сделали свое дело. Когда я нос к носу столкнулась с Людмилой, та даже бровью не повела. Нельзя было сказать, что я не удивилась — я скорее разочаровалась.
В качестве эксперимента я прошла ещё и возле Светы, та тоже никак не среагировала на симпатичную девушку в коротком черном платье и с превосходным макияжем. Лариса Михайловна всего лишь скользнула по мне взглядом и уставилась на сцену.
— Похоже, они нас не узнают! — прокричала Наталья, когда мы успешно отошли прочь.
— Походу да, давай обзовемся и позырим на их рожи? — предложила я.
— Ой, у тебя снова жаргон прорезался! Значит, Игорь отдалился?
— Ага. Давай туда отскочим? Можа там вернется реальный базар? — я показала на место возле сцены.
— Пойдем!
С прямолинейностью бульдозера Наталья протащила меня за собой. Увы, речь не стала нормальной и там. Мы ещё пробовали в разных местах, но жаргон следовал за ними по пятам.
— А теперь я выберу трех крутых женщин, которым крутейший Анатолий Костюмов будет делать самые крутые прически! Ну, кто настолько крут, что подставит голову крутому маэстро? — донеслось со сцены.
Что тут началось…
Женщины визжали, махали руками с быстротой лопастей летящего вертолета, пытались залезть на барную стойку, а оттуда на сцену…
Охранники и бармены отпихивали их и умоляли успокоиться, но легче было успокоить несущийся танк.
— Давай, кричи!!! — проорала Наталья мне на ухо. — Это твой шанс!!!
И тут я закричала.
Сказать, что от меня посыпались прочь гости клуба, как кегли в боулинге — это значит, ничего не сказать. Женщины и мужчины разлетелись с той же легкостью, с какой пушинки срываются с седой головы одуванчика.
В этот крик я постаралась вложить всё то сожаление, которое испытывала каждый день, когда просыпалась и видела презрительные взгляды сестер. Вложила боль, которую доставляли слова мачехи, когда вместо похвалы за качественную работу на меня сыпались упреки в нерасторопности и медлительности. Вложила злость, какую испытывала, когда слышала, как Лариса Михайловна нашептывала отцу ложь про родную дочь.
— Жеваный крот!!! А ну рассосались, утырки прилизанные!!! Звездуленция причесон хочет!!!
Даже музыка на миг притихла. Потом снова завелась, но уже тише. С пола поднималась Наталья, её взгляд был расфокусирован и правый глаз посылал левый куда подальше. Другие контуженые люди тоже вставали на ноги и оглядывали новоявленную банши. Я скромненько попыталась сковырнуть плитку носком туфли.
Пока другие приходят в себя, поправляют одежду и прочищают уши, нужно сказать несколько слов о туфлях. Так как платья изменились под современные красивые одеяния,
