Читаем без скачивания Крылатые танки - Сергей Александров

Экипажу, уходившему в юбилейный полет, готовилась торжественная встреча. Юбиляру дарили цветы, писали ему поздравления, посвящали специальные листки-«молнии».

Мне особенно запомнилась торжественная встреча капитана Бориса Падалко, когда он возвращался с сотого боевого задания. Комсорг полка В. Котляревский принес на стоянку лозунг: «Горячий боевой привет отважному летчику-штурмовику капитану Падалко, совершившему сотый боевой вылет». Девушки нарвали букеты полевых цветов.

II вот штурмовик подрулил к стоянке. Летчик и стрелок-радист вышли из кабин. Их буквально засыпали цветами. Под громкое «ура» друзья подняли на руки и понесли «именинников» к импровизированной трибуне.

— Желаю моему другу капитану Борису Падалко прожить столько же лет, сколько он совершил боевых вылетов, — говорил капитан С. Ковальчик.

Много добрых, теплых слов было сказано в адрес боевого командира и его стрелка. Борис Падалко сердечно поблагодарил товарищей и призвал их бить захватчиков до полной победы.

Чествование отличившихся в бою вселяло бодрость духа, рождало у всех желание заслужить такой же почет. Это относилось не только к летчикам и воздушным стрелкам, но и техникам, механикам, авиационным специалистам, проявлявшим образец трудового мужества, не жалевшим сил для того, чтобы материальная часть дивизии находилась в постоянной боевой готовности.

Технический состав Полоцкого штурмового полка отметил усердный труд, инициативу и солдатскую смекалку механика самолета Субботина. Его машина возвратилась с боевого задания сильно поврежденной. Нужно было, в частности, заменить разбитую плоскость. Ночью коммунист Субботин вместе со споим мотористом пробрался на нейтральную полосу, где лежал подбитый «ил», демонтировал плоскости, затем вызвал грузовик и привез его на аэродром. С помощью товарищей механик успел подготовить штурмовик к очередному боевому вылету.

Вот так коммунисты все время показывали пример, воодушевляли, вели за собой беспартийных, учили их мужеству, храбрости, стойкости.

Пропаганде боевого опыта передовых экипажей, и в первую очередь коммунистов и комсомольцев, во многом способствовала армейская и фронтовая печать. Военные корреспонденты не были гостями в авиационных полках. Они почти безвыездно находились на аэродромах, а некоторые из них сами летали на задание в качестве воздушных стрелков.

В одном из номеров армейской газеты был опубликован рассказ капитана Падалко о полете на штурмовку. В группу, которую он возглавлял, входили летчики Андреев, Мордвинов, Оспищев и Федорычев. Поучительность статьи состояла в том, что в ней доходчиво объяснялись причины, позволившие произвести успешный налет на скопление вражеских автомашин и танков. Бомбовый и огневой удары «илов» были внезапными и стремительными, экипажи действовали тактически грамотно, с учетом конкретной обстановки.

Скрытно подойдя к цели с запада, штурмовики по команде ведущего поочередно пикировали на колонну и уходили на свою территорию. Затем набирали высоту и снова атаковали противника. Результат зафиксировали на фотопленку: группа «ильюшиных» уничтожила до 20 автомашин с боеприпасами, подожгла танк, вызвала несколько очагов пожара.

Отлично действовал летчик Мордвинов, принятый накануне вылета в члены партии. Мастерство и выдержку показал младший лейтенант Федорычев. Осколками зенитных снарядов на его машине были сильно повреждены тормозная система и плоскость. Несмотря на это, он благополучно произвел посадку на своем аэродроме.

Полковые политработники и политический отдел дивизии постоянно пели переписку с партийными и комсомольскими организациями фабрик, заводов, колхозов, где когда-то работали или учились наши авиаторы, И эти письма нередко публиковались на страницах местной печати.

Хорошая связь была у нас с газетой Ярославской области «Северный рабочий». Это объяснялось тем, что в 6-м гвардейском полку воевали летчики-ярославцы Афанасьев, Соловьев, Шахов, Буров, Детинин, Гуров, братья Смирновы — Анатолий и Георгий, техник самолета Николай Воробьев, обслуживший более 220 боевых вылетов, и другие специалисты.

Передо мной один из ее номеров. С пожелтевшей полосы глядит молодое, мужественное лицо летчика-штурмовика. Под портретом подпись: «Бывший стахановец Ярославского шинного завода капитан Сергей Афанасьев. На его счету 170 боевых вылетов на самолете Ил-2. Прославленный гвардеец награжден Почетной грамотой ЦК ВЛКСМ, двумя орденами Красного Знамени, орденами Александра Невского, Отечественной войны 1-й степени и Красной Звезды».

Много крылатых защитников неба, смекалистых и трудолюбивых людей, знающих толк в авиационной технике, дала Родине земля Ярославская. И когда весь мир облетела весть о беспримерном подвиге Валентины Терешковой, первой женщине покорительнице космических глубин, я вспомнил еще и еще раз гвардейцев-ярославцев, сражавшихся с ненавистным врагом в составе 335-й штурмовой авиационной дивизии.

Сергей Иванович Афанасьев был одним из самых отважных в семье воздушных бойцов. Не довелось ему дожить до светлого Дня Победы над фашистской Германией. Свой последний вылет он совершил в канун Нового, 1945 года. Сергей отправился на задание в паре с лейтенантом Мущинкиным. Над Салдусом они попали в зону зенитного огня. Один из снарядов оборвал жизнь ведомого. Афанасьев сполна рассчитался с гитлеровцами за гибель своего друга, подавив несколько орудий и уничтожив их расчеты. Но и сам герой пал смертью храбрых. Его машина была сбита во время атаки второй, замаскированной зенитной батареей врага…

«Северный рабочий» и многие другие газеты публиковали о своих героях-земляках корреспонденции, зарисовки, очерки. Эти материалы, присланные в дивизию, всегда широко пропагандировались. Мы проводили по ним беседы и политинформации, организовывали радиопередачи, оформляли стенды.

Крылатые танки

В районе города Елгава наземная разведка обнаружила неприятельский бронепоезд, мешавший своим огнем продвижению наших войск к железнодорожному полотну Рига — Шяуляй. Уничтожить бронепоезд приказали эскадрилье майора Денисова.

Шестерка «илов» во главе с комэском вылетела на задание. С высоты 1200 метров летчики обследовали указанный район, но бронепоезда не обнаружили. Зато увидели вражеский эшелон, идущий с военной техникой и боеприпасами. Штурмовики успешно атаковали его.

Фотоаппаратура зарегистрировала взрывы и пожары. Затем неподалеку от железнодорожной станции Елгава Денисов обнаружил санитарный поезд. Однако из гуманных соображений обстреливать и бомбить его не стал.

Вернувшись на аэродром, майор доложил, что указанную цель отыскать не удалось.

«Но где же все-таки бронепоезд?» — недоумевали мы. Наземные войска снова подтвердили свое первое сообщение: бронепоезд существует и ведет огонь.

Пришлось вторично подняться в воздух. И снова безрезультатно. Правда, группа Денисова разбомбила немецкие артиллерийские позиции западнее железнодорожного полотна. Но задание-то было другим. Это беспокоило меня.

— Что вы еще видели во время полета? — спросил я командира эскадрильи.

— Ничего, кроме того же санитарного поезда, что и в первый раз. Только он изменил место своей стоянки, — ответил Денисов.

«А что, если бронепоезд маскируется под санитарный?» — подумал я.

Предположение переросло в уверенность, когда командование наземных войск третий раз сообщило в штаб нашей дивизии о сильных огневых налетах вражеского бронепоезда.

Майор снова новел своих штурмовиков к Елгаве. Обнаружив санитарный поезд, он приказал спланировать всей группой и с малой высоты рассмотреть его. Подав команду «Огня не открывать», Денисов с разворота начал снижение. Когда он оказался на высоте 200 метров, «санитарный» открыл по нему сильный зенитный огонь, Вот она, разгадка! «Илы» сделали четыре захода и разбомбили бронепоезд.

После взятия Шяуляя советские войска продвинулись вперед на рижском направлении более чем на 60 километров, разгромили группировку противника в районе Елгавы и штурмом овладели этим городом. Создалась реальная возможность отрезать немецкую группировку «Север» от основных сил.

Чтобы спасти положение, противник спешно стал перебрасывать свои танковые соединения из Тильзита, Их колонны, насчитывавшие не менее тысячи машин, на большой скорости открыто двигались по дороге Шяуляй — Ионишкис — Елгава.

Мы узнали об этом от начальника штаба 3-й воздушной армии генерала Н. П. Дагаева, прилетевшего к нам на аэродром Шадов-Повартичи. Николай Павлович развернул карту и сказал:

— Обстановка, Сергей Сергеевич, серьезная. Танки стремятся зайти в тыл наших войск. До подхода противотанковой артиллерии вся надежда на штурмовую авиацию. Так что двое-трое суток вам придется здорово поработать.