Когда я подошла к мужчине, он молча передал мне рукколу со шпинатом и кивнул на раковину. Я включила воду и принялась мыть каждый отдельный листок.
- Вещи ты не разобрала. Планируешь спасаться бегством? Сразу говорю - идея дурная, но тебе вполне соответствует, - мужчина растянул губы в улыбке, показав очаровательные клыки, и тихонько зашипел. Невесомо коснулся уголка рта, из которого тут же потекла струйка крови, и ополоснул испачканный палец в воде.
- Где у тебя аптечка?
- Пустяки. Надо меньше улыбаться и заживёт. Все, как на собаке, - отмахнулся Давид и подсунул мне для мытья помидорки.
- Ты подрался что ли? - нахмурилась, наблюдая, как кровь продолжает сочиться и стекать по подбородку к шее.
- Так ли это странно для моего положения? - насмешливо переспросил мужчина и стёр тыльной стороной ладони очередную каплю. Увидев на коже обильный алый развод, беззвучно выругался.
- Может все-таки скажешь где аптечка или будем есть салат с кровью вместо заправки?
- Вон в том ящике должна быть коробка, - нехотя сдался он.
Под чутким руководством я отыскала в аптечке перекись и вату, подошла к «больному» и протянула ему принадлежности.
- Я сам не смогу. Давай ты, - криво ухмыльнулся на здоровую сторону Давид и даже слегка наклонился, чтобы мне удобнее было достать до его ссадины.
Вздохнув, открутила крышку перекиси и вылила немного содержимого на стерильную ватку. С полной уверенностью, что водород не щиплет ранку, я без опаски коснулась рассеченной губы.
А Давид взял да и вскрикнул:
- Ай!
Я, как кошка, подскочила на месте. Только шерсть не вздыбила и не изогнулась дугой. Сердце от испуга бешено застучало, а он стоит смеётся.
- Прости, у тебя такой вид был сосредоточенный. Я не мог упустить эту возможность, - продолжал гортанно хохотать мужчина.
- Дурной ты, я чуть разрыв сердца ни получила, - ворчала на него, снова приближаясь ваткой к рассеченной губе. На этот раз Давид стоял смирно, уперевшись одной рукой в столешницу кухонного гарнитура. Из-под полуопущенных век он внимательно рассматривал мое лицо. Этот взгляд, переполненный какой-то дикой мужской энергией пощипывал кожу и перехватывал дыхание. Волнение, колыхнувшееся в груди, вдруг неприятно осушило горло и губы. Пришлось облизнуть последние и сглотнуть. Выгляжу, наверное, затравленной младшеклассницей, случайно столкнувшейся со старшеклассником и капитаном школьной футбольной команды.
- Этот пацан из клуба и вправду твой парень? - вдруг низким рокочущим голосом спросил он.
Алая ватка, которая все никак не могла остановить кровь, застыла в воздухе и взгляд метнулся к глазами цвета виски. Нас разделяло так мало расстояния, что я могла с лёгкостью разглядеть бархатную красоту его радужки и каждую чёрную крапинку, придающую глубину и уникальность медово-ореховому цвету.
Собственно, этим-то я и занималась, совершенно позабыв о прозвучавшем вопросе. Давид, словно обладает ментальной силой. Притягивает, завораживает и оставляет со звенящей пустотой в голове. Когда упрямые губы поползли в одну сторону, складываясь в уже знакомую ухмылочку, я моргнула и отвернулась, чтобы сменить ватку на чистую.
- Нет, мы просто танцевали, - не своим голосом ответила и прочистила горло.
- Просто танцевали..., - повторил он себе под нос.
- Почему тебя это так волнует? Держи голову вот таким образом, я не достаю, - уложив ладонь на колючую щеку, надавила в сторону и легонько потянула вниз, приближая его лицо к себе.
- Просто твой выбор мужчины меня удивил.
- А что с ним не так?
- Абсолютно все.
- Ну знаешь что, в женщинах ты тоже несколько не избирателен, - нахмурилась и сильнее, чем нужно, нажала на рану.
- Полегче, коброчка, мне губы ещё пригодятся...
Я смерила его самодовольное лицо многозначительным взглядом и выкинула ватку.
- Готово. Вроде бы.
- Признателен.
Давид оттолкнутся от столешницы и открыл гриль. Бронзовое мясо аппетитно шкварчало, источая головокружительный аромат.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Собери салат, а я сделаю заправку, - скомандовал шеф и отправился к холодильнику.
* Исполнители песни JonyAndro - «Мадам»
Вот таким нехитрым образом Давид втянул меня в совместную готовку ужина. Надо отдать должное его выдержке и позитивному настрою. Голодный мужик - злой мужик. Мог бы и отчитать меня за бездельничество, но поступил гораздо мудрее. Страшно. Очень страшно существовать рядом с умным мужчиной. Губительно для независимости и свободолюбия.
Когда салат и мясо были готовы, я наскоро накрыла на стол и мы сели ужинать. Давид накинул рубашку, но застегивать ее не стал, гордо демонстрируя все прелести своего атлетичного тела. Готова поспорить, это своего рода провокация. Он ведь не может не знать, как тяжело не блуждать взглядом по его каменному торсу. Эстетичному. В меру рельефному. Чего греха таить, будоражащему.
И вид у мужчины вальяжный, самодовольный. Движения плавные, с толикой аристократичной ленцы. Он кинул на колени тканевую салфетку и взял приборы, делая вид, будто не замечает, что смущает меня своей наготой.
Ее получалось игнорировать, когда мы готовили бок о бок, но не тогда, когда он, гордо расправив широченные плечи, восседает напротив.
Мужчина взял приборы и прежде, чем отрезать кусочек от мяса, пожелал мне приятного аппетита. Я буркнула ему в ответ что-то неясное и спрятала взгляд в своей тарелке. Быстренько поем и сбегу к себе, мне нужно остыть ...
- На какие средства ты сняла квартиру? - глядя на меня с разоблачительным прищуром, начал Давид.
- Какое это имеет значение?
- Праздное любопытство, - пожал он плечами.
- Предлагаю взаимовыгодный обмен.
Мужчина удивлённо вскинул брови и даже поддался немного вперёд, обращаясь вслух.
- Где ты научился так обалденно готовить мясо?
Он разочарованно отклонился назад и усмехнулся, ожидая совсем другого вопроса.
- Холостяцкая жизнь, знаешь ли, вынуждает. А средства на личного повара я имел не всегда.
- А что же твои женщины. Никогда тебе не готовили?
- Может и хотели. Как там у вас говорится? Путь к сердцу мужчины лежит через желудок? Только на это время нужно, а у них его не было.
Я вопросительно приподняла бровь, и Давид снисходительно разъяснил:
- До утра никто не оставался. Теперь твоя очередь.
Сглатывая комок смутных эмоций от услышанного, я непростительно робко опустила взгляд и тихо ответила:
- Заложила свои драгоценности.
Дальше мы ужинали молча. Я нехотя обдумывала его слова, в которых вроде бы ничего такого не прозвучало, но в груди все сжималось и давило, словно сверху на меня усадили слона. Дышать тяжело и невыносимо жжет под рёбрами...
Когда тарелки опустели, в состоянии какой-то трансовой задумчивости я убрала со стола и подошла к раковине, чтобы вымыть посуду. Давид молча наблюдал за мной, а потом все же подал удивлённый голос:
- Твой маленький бунт подавлен. Так быстро?
Я кинула на него рассеянный взгляд из-за плеча и отвернулась, не удостоив ответом. Да, в мои планы не входило что-либо делать в этом доме, но... он готовил, я - убираю. Все честно.
Осушив руки полотенцем, я развернулась к выходу и с удивлением отметила, что Давид не ушёл. Он глазел на меня, развалившись на стуле, и ничуть не смутился, когда оказался пойманным за этим занятием.
- Помоги донести чемоданы до спальни, - немного обождав, добавила: - Пожалуйста.
- Приглашаешь меня к себе? - дёрнул уголком губ Давид.
Я состроила ему мордашку. Ну знает же, что нет. Ёрничает. На выходе из кухни он нажал кнопку включения на робот-пылесосе и тот бодро поехал по комнате.
- И зачем тебе я, если ты и сам прекрасно со всем справляешься, - тихонько выдохнула себе под нос и подхватила один чемодан.
- Мм? Не расслышал.
