Лизи растерянно заморгала.
— Что, мама? Ах да, извини. Мисс Дэвентри, вы выглядите намного привлекательнее без этого чудовища на голове.
Действительно. На несколько лет моложе и во много раз красивее. Даже несмотря на очки.
От Джулиана не ускользнуло, что Сирена нарочно сменила тему разговора.
Кем бы ни был этот Гейвергал, мачеха явно предпочитала о нем не говорить.
— Если вы закончили критиковать вкус мисс Дэвентри, может быть, приступим к ужину? — предложил лорд Брейбрук.
Последующие несколько дней Кристи приспосабливалась к ритму жизни в доме. Утром, до того как леди Брейбрук спускалась вниз, она занималась с Дэйви и Эммой. После обеда совершала прогулку с Лизи и Эммой, попутно беседуя по-французски или по-итальянски. Иногда Лизи брала с собой карандаш и делала наброски.
С лордом Брейбруком Кристи почти не виделась. Ей даже казалось, что он питает к ней неприязнь и намеренно избегает встреч. Милорд никогда не пытался завести с ней разговор и обращался лишь в случае крайней необходимости. Он больше не просил Кристи составить компанию ему и сестрам во время прогулки верхом.
Днем, когда лорд уезжал с детьми кататься на лошадях, Кристи оставалась с леди Брейбрук. Когда милорд был занят, ей приходилось ехать самой вместе со старым конюхом Твигом. Он, терпеливо объяснял мисс Дэвентри, что и как следует делать, и относился к ней с большой симпатией.
Однажды днем, через неделю после ее прибытия, Кристи отправилась с Алисией и Эммой в сад, чтобы немного порисовать. Размышляя по дороге о происходящем в доме, она пыталась убедить себя, что все так и должно быть.
Какое имеет значение, нравится ли она его светлости или нет. Несмотря на все его недостатки, он не способен уволить человека, хорошо справляющегося со своими обязанностями. Пока миледи ею довольна, она в полной безопасности. Да и план лорда работает превосходно. У Кристи было огромное количество поводов и возможностей продемонстрировать Алисии, какой станет ее жизнь в случае брака с Гарри. Например, этот урок рисования.
— Вы же знаете, мы уже рисовали Амберли, — проворчала Эмма.
Однако Кристи было не так просто разубедить.
— Превосходно. У нас появится возможность сравнить рисунки. Весьма занимательно смотреть, как люди по-разному могут изобразить один и тот же давно знакомый пейзаж. Кроме того, вы увидите, как изменился ваш стиль и насколько более совершенной стала техника.
Эмма поморщилась:
— Я бы с большим удовольствием пошла на конюшню, рисовать лошадей.
Продолжая ворчать, Эмма, однако, раскрыла альбом, и некоторое время все трое молчали, увлеченные работой. Наконец, Кристи решила сделать перерыв и взглянуть на работы учениц.
Увидев их, она едва сдержала смех. Оба рисунка больше говорили о характерах художников, чем о красоте замка. Эмма с особой тщательностью передавала мельчайшие детали: количество окон, кустов и деревьев. Алисия изобразила Амберли как некую каменную глыбу с мрачным двором и небо, затянутое облаками, которых сейчас не было и в помине.
— Но сегодня солнечно, Лиз! — воскликнула Эмма.
Сестра сердито нахмурилась:
— Какая разница. Амберли кажется таким загадочным, когда надвигается гроза. Как в «Удольфских тайнах».
Эмма округлила глаза.
— В этой глупой книге?
— Она не глупая! Ты ее даже не прочитала!
— Только потому, что мама не разрешила! — возмутилась Эмма. — И Мэтт сказал, что она глупая. — Девочка повернулась к Кристи: — А можно посмотреть на ваш рисунок, мисс Дэвентри?
— Конечно. — Кристи протянула ей альбом.
— Но это совсем не Амберли, — растерянно сказала она. — Вы же сказали, «наш дом».
— Ваш дом Амберли. А это мой дом. Вернее, мой бывший дом. Его должны продать.
— Ох, как красиво! — сказала Эмма. — Посмотри, Лизи.
Кристи затаила дыхание. Она педантично вырисовывала каждую деталь дома, изобразила соседние дома, где располагались аптека и рыбная лавка, старалась передать всю убогость улицы. Ей это вполне удалось. Картина была совсем не привлекательной.
Алисия казалась обескураженной.
— Вы там жили? — спросила она таким тоном, словно подобное и вообразить было невозможно. — Но я думала, у вас был дом в городе… как говорил мистер Дэвентри.
— Он и есть в городе, — бодро ответила Кристи. — В самом центре Бристоля, недалеко от набережной. Там, правда, шумновато. Состоятельные люди предпочитают Клифтон. Я жила в этом доме с мамой, когда оставила школу. Хотя почти год работала помощницей учителя. Потом служила гувернанткой в доме в Клифтоне. Вскоре мама заболела, и мне пришлось ухаживать за ней. — Кристи замолчала, решив опустить ненужные и болезненные в данном случае подробности. Например, такие, как домогательства сына ее хозяйки. По крайней мере, на этом месте таких проблем удалось избежать.
Эмма не сводила глаз с рисунка.
— А это аптека рядом с вашим домом, мисс Дэвентри?
— Аптека? — Алисия сидела, потрясенная услышанным.
Кристи кивнула:
— Да. Это было очень кстати, когда мама болела. От набережной долетал не очень приятный запах, но в целом дом очень хороший. Не большой, но зато мы могли держать только одного слугу, и магазины близко. Будем собираться?
Алисия закусила нижнюю губу и принялась молча собирать вещи.
— Что-то случилось, Алисия? — мягко спросила Кристи.
Девушка вспыхнула:
— О нет. На вас сейчас одно из маминых старых платьев, мисс Дэвентри?
— Да. Я так благодарна леди Брейбрук. Сама я много лет не могла позволить себе тратить деньги на обновки. Приходилось экономить.
Алисия смотрела на нее так, словно не верила своим ушам.
— Много лет?.. — Она замолчала и посмотрела вдаль. — Кажется… это… не мистер Дэвентри?
Кристи обернулась. Вне всякого сомнения, это был Гарри.
Алисия покраснела и покосилась на Кристи.
— Как приятно. Я хотела сказать, для вас, мисс Дэвентри.
Гарри подошел ближе и слегка поклонился.
— Добрый день, дамы. Леди Брейбрук сказала, что вы в саду. Решили немного порисовать? — Он повернулся к Алисии и широко улыбнулся.
Девушка улыбнулась в ответ, но Кристи заметила, что улыбка была немного натянутой, а взгляд не таким, как прежде, счастливым.
— Мы рисовали Амберли, — пояснила Эмма. — Мисс Дэвентри сказала, чтобы мы нарисовали наш дом, а она нарисовала свой дом в Бристоле. Просто ужас! Вы бы видели эту аптеку!
Несомненно, эти слова не доставили Гарри удовольствия, но он смог сохранить невозмутимое выражение лица.
— Неужели? — Он повернулся к сестре. — Миледи позволила нам прогуляться. И просила мисс Трентам и мисс Эмму вернуться в дом.
