— Брок, говорит Мыскин, как только мы входим в его кабинет, — можно я немного побеседую с Дженсеном наедине?
Брок, не сказав ни слова, пятится, выходит за дверь и закрывает ее за собой. Я сажусь, и Мыскин смотрит на меня, будто я не Дженсен, а человек, на которого действительно стоит посмотреть повнимательнее, или будто я какая-то скульптура или произведение искусства. Будто он смотрит на меня и думает: «О, эту руку они действительно здорово сделали, совсем как настоящая. Вот молодцы!» На его столе лежит тот самый конверт с бумагами Рега.
Потом Мыскин начинает говорить:
— Похоже, Дженсен, твой друг начинает создавать нам проблемы?
— Он мне не друг! — буквально выкрикиваю я.
Какой мне Рег друг?! Как он мог такое подумать! Я видел его всего один раз, да и то по работе, и мне пришлось разговаривать с ним из-за этого гребаного опроса фокусных групп.
— Рад это слышать, — говорит Мыскин. — Протекающий туалет, да, Дженсен?
— Точно, — соглашаюсь я. — Загадил всю квартиру.
— Именно так. И все же не стоит волноваться. Думаю, мы знаем все, что там происходит. Теперь разбираться с этим будем мы. Тебе больше не о чем беспокоиться.
— Но, сэр! — восклицаю я, чувствуя, что меня вот-вот вышибут из моего СП. — Я сделал всю работу. Это нечестно! Я на самом деле рисковал, блин! Это же моя работа, разве нет? Я проявил инициативу. Позвольте мне заниматься этим! Ведь я уже столько сделал! Отстранять меня нечестно! Не будьте козлом!
Мыскин выглядит удивленным, но мне кажется, что моя вспышка гнева произвела на него впечатление.
— Думаю, нам не помешают дополнительные факты, — говорит он вроде как самому себе.
— Точно! — подтверждаю я. — И я могу их достать. Поручите это мне! Я принесу вам целую кучу фактов!
— Мы хотим, чтобы ты с ним подружился. Завлек его, так сказать.
— Это я могу, Мыскин! — говорю я. — Я с ним подружусь!
— Есть проблемы со здоровьем, Дженсен? — спрашивает Мыскин.
— У меня все в порядке, Мыскин, сэр, — отвечаю я.
— А мне кажется, что это не так, Дженсен, — говорит он. — Но все равно, я не уверен, что ты с этим справишься.
— Справлюсь, сэр, обязательно справлюсь, — обещаю я, чувствуя, что наступает момент, когда я лишусь своего СП, момент, когда меня отправят обратно в отдел общественных исследований, обратно в ФГ, заниматься мылом и телешоу. И мне придется забыть о бирке на груди и шпионской работе и всех приключениях. Чувство ужасное. Мыскин продолжает неотрывно смотреть на меня.
— Мне кажется, ты еще к этому не готов, — говорит Мыскин. — Не уверен, что ты достаточно созрел для этого. В конце концов, ты начал работать в отделе общественных исследований сразу после школы.
— Я готов для такой работы, Мыскин, сэр! Я отлично подхожу! Я уже столько сделал для этого СП и хочу сделать еще больше!
Мыскин молчит и продолжает смотреть на меня так, будто я какое-то произведение искусства или рекламный плакат, который его почти не интересует. Наконец он спрашивает:
— Дженсен, ты понимаешь, чем мы здесь занимаемся?
— Да! Вы присматриваете за людьми и подчищаете за ними, когда они устраивают беспорядок! Вы уже мне говорили! Я понимаю! — говорю я страстно.
Мыскин медленно кивает.
— Может быть, тебе придется пойти глубже, Дженсен. Ты готов к этому? — спрашивает он.
— Готов, сэр, — отвечаю я. — Я пойду так глубоко, как вам нужно. Я отправлюсь в самую глубокую шахту в империи, сэр. Ради Проекта. Ради Единства и Успеха.
— Хорошо, Дженсен. Я рассмотрю твои документы и обсужу этот вопрос с твоим непосредственным руководителем. Мы сообщим тебе о нашем решении завтра.
— Что? — говорю я.
— Отправляйся домой, Дженсен. Отдохни сегодня вечером, развлекись. Завтра мы сообщим тебе, что делать.
Несколько секунд я сидел не двигаясь, не зная, что мне делать, пока Мыскин не кивнул мне на дверь, намекая, чтобы я убирался из его кабинета. Поэтому я встал и вышел. Выходя за дверь, я столкнулся с Броком, который проскользнул внутрь, не сказав мне ни слова.
Такие дела.
Завтра они сообщат мне, что делать дальше. «Отдохни, — сказал он. — Развлекись». Именно это я и сделаю.
Я отправляюсь домой, звоню Федору и говорю ему, что начальство приказало мне развлечься. Это значит, что мы с ним отправляемся к «Звездным сучкам». Он соглашается. Федор, он всегда готов развлекаться.
Глава 11
У «Звездных сучек» я оттянулся на все сто, нет, даже на двести процентов. У меня было такое чувство, что теперь я не скоро сюда попаду, учитывая новый приказ, который собирался отдать мне Мыскин. Поэтому я решил отдохнуть как следует. Мы отправились к новым «Звездным сучкам» — так сказать, флагман этих заведений на Уордор-стрит. И Федор все кричал, когда мы подходили к двери: «Черт меня побери! Черт меня побери!» Он видел репортаж о них в новостях и узнал, как там здорово, как все о них только и говорят и как трудно туда попасть.
Внутреннее оформление было разработано знаменитой дизайнерской фирмой «Легендарные дыни», которая оформляла гимнастический зал самого премьер-министра. Эти самые «Дыни» сейчас на пике своей популярности, и когда мы вошли внутрь, то сразу поняли почему. Все диваны и подушки были от фирмы «Тунк». Когда я смотрю на их изделия, типа мебели или столовой посуды, то иногда жалею, что учился в Центре обучения номер 16, а не в Центре обучения номер 3, откуда и выходят все эти дизайнеры. Но если бы я ходил в Центр обучения номер 3, то в данный момент сидел бы за чертежным столом, пытаясь придумать новую модель кофейника или еще чего-нибудь, вместо того чтобы оттягиваться у этих шикарных «Звездных сучек», гордо махнув своим удостоверением сотрудника Департамента безопасности на входе, чтобы нас пропустили без очереди.
Можно сразу понять, что это действительно флагманское заведение. Кроме оформления «Легендарных дынь», здесь еще и обслуживание на самом высшем уровне. Например, в некоторых других «Сучках», как в тех, что по соседству с моим домом, видно, что отделка начинает стареть и ветшать, а обслуге вроде как поднадоело заниматься своим делом, и они уже не так энергичны и не так увлечены своей работой. Но ты вроде как привыкаешь к плохому сервису, так ведь? Перестаешь обращать внимание на обшарпанную мебель или на то, что полы неплохо бы и покрасить. Или что в укромных уголках, за пластиковой обшивкой уже годами растет черная плесень, которая не то чтобы воняет, но воздух чище не делает. Поэтому ты продолжаешь туда ходить из месяца в месяц, пока, наконец, не отправишься куда-нибудь еще. И только тогда ты понимаешь, какое барахло эти старые «Сучки» у тебя по соседству.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
