Мать Дени возмущалась недолго. Она увидела, как устал и измучен ее сын, и не стала долго расспрашивать пришедшего с ним мужчину. Она уложила обоих спать, и еще долго сидела возле кровати сына, слушая, как тот вскрикивает во сне.
Утром Дени разбудили голоса из кухни. Разговаривали Слэйтер и его мать. По радио звучала бравурная музыка Вольфганга Амадея Моцарта.
За утро взрослые о многом успели переговорить. Мать сразу накинулась на Дени, но, правда, говорила она не очень зло.
— Почему ты не сказал мне, что всю ночь провел в полицейском участке? Почему ты мне сразу не сказал, что твой старший друг — полицейский?
— Послушай, Дени, — сказал голосом отца Слэйтер, — ты что, не нашел двух минут, чтобы позвонить матери? Чтобы она не волновалась! Почему ты, вместо того, чтобы ходить на уроки, бегаешь в кино? Почему ты не признался мне, что у тебя совсем нет друзей?
— Что вы на меня напали? — сокрушенно развел руками Дени. Он был глубоко разочарован в Слэйтере.
— Я тебе поджарю гренок, — сказала мать и вышла из комнаты.
— Джек, ты в порядке? — спросил Дени.
— Знаешь, я никогда так не разговаривал с женщиной. Это оказывается, очень приятно. — искренне признался Слэйтер.
И по его голосу Дени почувствовал, что они по прежнему друзья.
— Не переживай, Джек, разговоры — это еще не секс. Мама! — крикнул Дени. — Ты должна нам оставить немного карманных денег. Мы хотим погулять по городу.
— Приберегите лучше свою энергию для завтрака. Ешьте по энергичнее!
Мать поставила перед мужчинами на стол две большие тарелки, до краев заполненные едой.
— Мама, мама, — просил Дени, — я должен пойти. Я же единственный свидетель, как ты не понимаешь?
Миссис Мэриген явно не собиралась никуда отпускать своего сына. Но тут за него вступился Слэйтер, к которому у миссис Мэриген, похоже, проснулась симпатия.
— Послушайте, не случится ничего плохого, я буду опекать его.
Вдруг Слэйтер насторожился.
— Простите, вы не могли бы прибавить громкость? Мать Дени покрутила ручку приемника, и комнату наполнили звуки симфонического оркестра.
— Что это? — спросил Джек.
— Это Моцарт, — недоуменно ответила миссис Мэриген. — Вам нравится классика?
— Моцарт? — переспросил Джек. — Это тот, которого убили гангстеры?
— Нет, его не убили гангстеры, его отравил Сальери, во всяком случае, есть такая версия.
— Кто такой Сальери? Почему не знаю? — удивился Слэйтер.
— Сальери тоже композитор, — уточнила миссис Мэриген.
— Странно, Моцарт, Сальери… Моцарта я хорошо знал, даже слишком хорошо, но, по-моему, музыку он не писал… Или это не тот Моцарт, который болтался на крюке подъемного крана?
— Конечно же, не тот!
— Понятно. Теперь я наконец-то все понял!
— Да нет, это композитор такой, — повторила миссис Мэриген. — Так вам нравится классика?
— Не знаю, — удивленно говорил Слэйтер. — Но, кажется, я ее начинаю любить.
* * *
Слэйтер и Дени целый день блуждали по Нью-Йорку. Они успели поговорить о разном.
— Ты собираешься выследить его здесь? — не унимался и приставал с вопросами к Слэйтеру Дени.
— Предоставь это мне. Может быть, единственный раз в жизни я буду делать это по-настоящему, — ответил ему Слэйтер. — А этот твой билет… Он уже сработал с одним фильмом. Не означает ли это, что Бенедикт может его использовать и с другим фильмом? — спросил Слэйтер у Дени.
На какое-то мгновение Дени задумался.
— А зачем ему это делать? — поинтересовался мальчик.
— Но вдруг? — ответил Слэйтер.
А мистер Бенедикт все же не преминул воспользоваться волшебным билетом. Он успел побывать во многих кинотеатрах, и в одном из них попал на фильм «Слэйтер — 3». Использовав свой волшебный билет, он пробрался за киноэкран и привел с собой из середины фильма Потрошителя.
Теперь они сидели в одном из открытых кафе. Мимо проходили люди и никто не догадывался, что под капюшоном желтой прорезиненной рыбацкой куртки скрывается ужасное лицо Потрошителя.
— Я предлагаю вам сделку, — говорил мистер Бенедикт. — Все равно вы в конце фильма погибнете. Но и вы, и я все время будем под угрозой, пока Слэйтер существует в этом мире. Его нужно убрать! Он должен навсегда исчезнуть из фильмов! И тогда у нас будут неограниченные возможности. Мы будем творить все, что захотим. И никто нас не остановит!
Потрошитель молча слушал Бенедикта, и невозможно было понять, соглашается он или нет.
Мистер Бенедикт теребил в руках афишу с огромным портретом Шварценегера в роли Джека Слэйтера.
— Я предлагаю вам определенную сделку. Я понимаю, что это в ваших возможностях. И если вы согласитесь, то у вас будет определенный шанс спастись. Тогда вы сможете, — продолжал мистер Бенедикт, — делать, что вам захочется. Реализовать все самые свои безумные мысли. Все люди будут в ваших руках! Когда вы сделаете это, я помогу вам вернуться в ваш фильм. Я знаю, что вы никогда не слышали об этом человеке, — мистер Бенедикт показал плакат с портретом киногероя Потрошителю, — вы привыкли видеть в нем Джека Слэйтера, но на самом деле его зовут Арнольд Шварценегер.
А в это время Джек и Дени все еще блуждали по городу.
— Джек, в этом городе тысячи кинотеатров, мы не можем найти в них Бенедикта, это безумие — проверять каждый из них.
— Подожди, — успокаивал его Слэйтер, — я чувствую, что мы близки к цели. Я все же поймаю его! — не унимался Слэйтер.
— Послушай, — оборвал его мальчик, — в этом мире чудес не бывает, потому что это вонючий мир.
Слэйтер резко обернулся.
— Мир такой, каким ты его делаешь сам. Если хочешь, иди домой! Хотя ты и собирался делать фильм вместе со мной.
Дени уже и в самом деле колебался. Он не знал, как ему поступить, как вдруг на другой стороне улицы увидел Бенедикта. Тот садился в такси.
Не раздумывая, Слэйтер бросился вдогонку. Он перепрыгивал через капоты машин, бежал по их крышам, пока наконец не настиг нужное такси.
Вскочив на его крышу, Слэйтер не удержался и совсем не по-киношному, некрасиво упал на ветровое стекло. Оно разлетелось вдребезги.
Машина была пуста.
Слэйтер схватил таксиста за грудки и стал кричать:
— Где он? Где он? Куда он исчез?
— Я не знаю, — испуганно лепетал таксист, — он только что сидел на заднем сиденье. Мне казалось, что он даже не выходил из машины.
Тут к такси подбежал Дени.
— Он, наверное, воспользовался волшебным билетом.
Тут взгляд Слэйтера упал на скомканный киноплакат, который лежал на заднем сиденье. Он разгладил его и увидел, что имя Арнольда Шварценегера зачеркнуто крест накрест жирной кроваво-красной чертой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
