Мима припомнил, как Гея послала манну голодающим. Она обладала немыслимой властью.
— Я очень благодарен тебе за это.
— Видишь ли, воплощение Войны существует лишь до тех пор, пока есть война, — сказала она. — Где бы ни вспыхнула битва. Марс отправляется наблюдать за ней. В конце концов, должен же в мире существовать хоть какой-нибудь порядок. Изредка бывает, что войны прекращаются, и тогда Марс исчезает, а его душа отправляется на Небеса или в Преисподнюю, в зависимости от соотношения добра и зла. Недавно войны закончились, поэтому твой предшественник освободил должность, и Алый Меч бездействовал. Но теперь война возобновляется, возникает необходимость в этой службе, и Меч ищет подходящего исполнителя. На эту должность не подходит первый встречный; здесь требуется тот, кто отлично владеет оружием и боевыми искусствами, стратегией и тактикой ведения войны. Кроме того, ему надлежит стремиться к этому служению; другими словами, он должен быть самым воинственным из всех возможных претендентов в районе возникновения войны.
— Но я не хочу…
— Желание войны определяется душевным состоянием кандидата, — объяснила Гея. — Это тот, кто легче всего впадает в ярость. Неистовство влечет Алый Меч так же, как магнит притягивает железо. Тут Меч ошибиться не может.
Да, он не ошибался. Ничто не могло сравниться с необузданностью берсеркера, даже такого, как Мима, умеющего себя контролировать. Поэтому Алый Меч Войны и разыскал его.
— Однако ты сказала, что я могу отказаться, — пропел Мима. — Значит, я могу остаться смертным и жениться на принцессе Восторг?
— Да, ты можешь отвергнуть эту должность, — подтвердила она. — Впрочем, я сомневаюсь, что, оставшись смертным, ты женишься на принцессе. Ты будешь во власти сложившихся обстоятельств, и тебе придется либо взять в жены принцессу Раджастхана, либо покончить с собой. С другой стороны, приняв должность, ты обретешь значительную власть. Ты сможешь быть вместе с принцессой, если таково твое желание.
— Но ведь она останется смертной!
— Правильно. Однако она может соединиться с тобой, и жизнь ее не станет короче. Ей придется оставить свое княжество, хотя если она предпочтет быть вместе…
— Она согласится, — уверенно перебил Мима.
— Тогда, по всей видимости, ты ничего не теряешь, соглашаясь вступить в эту должность, — проговорила Гея. — Тем не менее я обязана предупредить тебя об одном существенном противопоказании.
— Ловушка, — пропел Мима.
— Ловушка, — подтвердила она. — Сдается мне, что ко всему этому приложил свою пагубную руку Сатана. Он питал неприязнь к предыдущему Марсу и хотел его замены. Поэтому Сатана усердно трудился над тем, что для него весьма необычно — над установлением мира на Земле. И преуспел — на какое-то время. Поэтому Марс остался не у дел. Теперь Сатана наверняка полагает, что новой инкарнацией управлять будет легче из-за ее неопытности.
— У меня нет никаких отношений с Сатаной! — возразил Мима. — Я и не верю-то в него! Ведь я индус!
— Именно, — сказала Гея. — Будучи принцем, ты, естественно, скептически относишься к религии.
С этим он вынужден был согласиться. В глубине души Мима не исповедовал никакой религии. Поэтому и казалось, будто его ярость была главенствующей чертой характера, а не вера в ту или иную сверхъестественную схему.
— Так вот теперь, когда я тебя предупредила, можешь решать, — продолжала Гея. — Если страшишься козней Сатаны…
— Плевал я на Сатану! Если, приняв должность воплощения Войны, я получу Восторг, то я согласен!
— Я предполагала, что ты так и поступишь, — отозвалась Гея. — Ну, тогда добро пожаловать к нам, Марс.
И Мима понял, что свой выбор он сделал.
6. МАРС
— Во-первых, ты должен научиться передвигаться, — сказала Гея. — У тебя есть прекрасный конь по имени Верре, но его используют главным образом для официальных случаев. Или ты можешь распасться — это сопряжено с некоторым риском. Сейчас главное для тебя — Меч. Есть несколько способов управлять им, все они покорны твоей воле. Если захочешь появиться среди самой ожесточенной битвы, которая идет в данный момент, просто укажи Мечом направление, и он мгновенно тебя перенесет туда. Этот Меч любит насилие. А когда пожелаешь вернуться домой — то есть в свой замок в Чистилище, — отдай ему молчаливый приказ «домой».
— В Чистилище?
— Это западная концепция. Что-то вроде незавершенной, структурированной нирваны. Наверно, проще всего представить его как остров на небесах, некое место среди облаков, невидимое для простых смертных. То место, где задерживаются души, в отношении которых еще не решено, попадут они в Рай или в Ад. Место нерешенности — или принятия решения, это зависит от точки зрения.
— Реинкарнация целесообразнее, — возразил Мима.
— Мы, люди Запада, не столь искушены в глобальных вопросах, как вы, народы Востока, — улыбнувшись, пробормотала Гея.
Однако Мима был убежден, что эта мягкая зеленоволосая женщина была не менее искушенной, чем кто бы то ни был другой.
— Мне кажется, первым делом я должен освободить Восторг, — пропел Мима.
— Для этого ты должен воспользоваться направленным перемещением, — сказала Гея. — Просто укажи Мечом в ту сторону, куда намерен двигаться, и дай команду начинать. Немного поупражняйся и быстро все освоишь.
Мима посмотрел на Меч, который по-прежнему держал в руке. Его свечение уменьшилось, стало темно-красным, словно он был несильно раскален. Мима почувствовал к нему уважение.
— Но сначала мне надо выбраться из дворца.
— Меч пронесет тебя сквозь стены, — успокоила Гея.
— Этого-то я и опасаюсь!
Она улыбнулась:
— Инкарнация материальна лишь настолько, насколько пожелает. Ты пройдешь сквозь стены невредимым.
Мима осторожно направил острие Меча на внутреннюю стену, чтобы внезапно не оказаться в воздухе на высоте двух этажей над землей. «Вперед, — подумал он. — Медленно».
Меч двинулся, а вместе с ним Мима. Но ничего при этом не ощутил; он так и продолжал стоять, хотя одновременно перемещался, как будто на ковре-самолете или на одном из этих научных аэропланов. Мима удивился, немного поднял Меч и почувствовал, что скользит вверх под тем же углом, оторвавшись от пола. Он поспешно выровнял клинок — и проплыл сквозь стену.
На какой-то миг наступила темнота, а потом он возник по ту сторону каменной кладки. Далее медленно пересек следующую комнату в полуметре над полом.
Тут Мима понял, что напрасно боялся очутиться снаружи на высоте: Меч делал опору ненужной. Мима мог буквально летать, не прилагая никаких усилий и не испытывая неудобств.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
