Читаем без скачивания Космическая опера - Джек Вэнс

Наблюдатель, однако, не двинулся со своего места и что-то произнес. Дама Изабель скептически уставилась на него.

— Что еще?

— Он говорит, что ошибся в подсчетах, — взволнованно сказал Дарвин Личли. — К названной сумме, добавляется плата за композицию, написанную в более чем трех тональностях, что требует особых знаний от критика. Первые две вещи оцениваются по двести батареек за каждую, а в случае с "Войцех" плата увеличивается на сто пятьдесят батареек. Таким образом, в общей сложности получается восемьсот пятьдесят батареек.

— Скажите ему, чтобы убирался. Мы не собираемся ничего платить.

Между Личли и наблюдателем произошел короткий и, видимо, неприятный разговор, после которого Личли сообщил даме Изабель.

— Он сказал, что если мы ничего ему не заплатим, то он опорожнит в воздух свой мешочек со спорами, после чего атмосфера на "Фебе" будет насыщена при мерно десятью миллионами зародышей водяных людей, более или менее на него походящих.

Дама Изабель открыла было рот, чтобы что-то сказать, но потом передумала, закрыла его и обратилась за советом к Бернарду Биклю.

— Полагаете, мы должны заплатить?

— Да, — печально промолвил Бернард Бикль. — Нам придется это сделать.

— Но у нас на борту нет такого количества батареек, — сказала дама Изабель Дарвину Личли. — Как нам быть?

— Позвольте мне связаться с представителем Камом; он вышлет батарейки на требуемую сумму, — ответил Личли.

Через час прибыл флаер от Специального уполномоченного. Наблюдателю были выданы батарейки, и тот без дальнейших дебатов покинул "Феб".

— Такой возмутительной ситуации я не припомню за всю свою жизнь, — заявила дама Изабель. — Совершенно невероятно, что разумное существо может обладать таким узким кругозором!

Бернард Бикль рассмеялся.

— Если бы вы попутешествовали по космосу столько, сколько я, то вы бы уже ничему не удивлялись. К тому же мы с вами давно пришли к выводу, что должны ожидать не только триумфов, но и непонимания или разочарования.

— Может быть, я ожидала слишком многого. И все же… — дама Изабель покачала головой и налила себе чашечку чая. — Полагаю, я слишком оптимистична и доверчива. Интересно, научусь ли я когда-либо чему-нибудь? — вздохнула она. — Но мы должны продолжать делать все, что в наших силах. Как только мы пойдем на компромисс с нашими идеалами, все будет потеряно. Мистер Личли, а эти ментальные воины, о которых вы говорили… надеюсь, они-то не так придирчивы?

— Я знаю их не так хорошо, как водяных людей, — осторожно заметил мистер Личли. — Согласно рапортам они очень общительны и дружелюбны, хотя и не столь утонченны, как некоторые другие племена на Заде.

— Приятно это слышать, — сказала дама Изабель со вздохом облегчения. — Мне наскучили бухгалтерские типы, которые думают только о критике и батарейках. Господи, как я устала, пойду отдохну немного. Бернард, проследите, пожалуйста, чтобы театр был убран как положено. Мы отправляемся в дальнейшее путешествие завтра рано утром.

"Феб" скользил на северо-запад над роскошными пейзажами Заде. Под ним проплывали горы и долины, на которых были разбросаны деревни и села, среди которых встретился только один город с высокими остроконечными шпилями. Здесь, по словам Личли, проживал народ, который мог лицезреть демонов, невидимых для остальных. На расспросы дамы Изабель Личли ответил, что это очень милый и отзывчивый народец, но его не стоит рассматривать как потенциальную аудиторию: если они почувствуют или даже им просто покажется, что среди труппы присутствуют духи, то их крики ужаса явно сорвут спектакль.

Они пересекли джунгли с разноцветными деревьями, весьма характерными для этой планеты, и приблизились к огромному массиву из сланцев, гнейса и прочих горных пород. Вскоре они достигли земли ментальных воинов: района изломанных камней, пропастей и вулканических извержений, горных пиков и трещин. Их столица размером чуть больше земного провинциального городка, занимала центр довольно ровного плато. Рядом с городом располагался комплекс плавилен, рудоочистительных сараев и кузниц, окруженный горами шлака и руды. Дарвин Личли охарактеризовал ментальных воинов как искусных металлургов и кузнецов, снабжающих железом и медью весь континент.

— Не обращайте внимания на их внешность или манеры, — сказал он. — Это довольно суровый и грубый народ, но это совершенно не значит, что они дикари или варвары. Я плохо знаком с их культурой, но среди других рас они известны своими карнавалами и массовыми представлениями, и говорят, что они обладают очень широким кругозором. Если мы постараемся не нарушать их обычаев, то уверен, что нас примут с подчеркнутой вежливостью.

Капитан Гондар посадил "Феб" на открытом пространстве рядом с городом. Дама Изабель, Бернард Бикль и Дарвин Личли спустились по трапу и приготовились к встрече с местной делегацией, которая не заставила себя ждать.

Как и предупреждал Дарвин Личли, их внешность никак нельзя было назвать приятной. Черты лица ментальных воинов были очень грубыми, а торс покрывали черные хитиновые пластины. Они казались необычайно сильными, так как их одежда не позволила бы земному человеку даже встать на ноги: на них были железные сандалии, килты из металлических пластин, связанных бронзовой проволокой, плечи покрывали конструкции, похожие на эполеты, сделанные из железа и бронзы, с которых свисали нанизанные на нити серебряные шарики. Головных уборов не было, черепа были покрыты черными хитиновыми гребешками высотой примерно в два дюйма. Ментальные воины остановились и принялись внимательно и оценивающе разглядывать группу с "Феба".

Один из них заговорил низким хриплым голосом на языке, который, казалось, состоит из одних гласных. Дарвин Личли внимательно его выслушал и, запинаясь, начал что-то отвечать. Ментальный воин сказал еще несколько фраз, и Личли, повернувшись к даме Изабель, перевел:

— Насколько я догадываюсь, он хочет узнать о цели нашего визита. Я сказал ему, что вы только что прилетели с Земли, что вы слышали много замечательного про ментальных воинов и хотите на них посмотреть. Немножко лести никогда не помешает.

— Совершенно справедливо, — заявил Бернард Бикль. — Скажите им, что их безупречная репутация известна во всей Вселенной, поэтому мы прибыли выразить им свое уважение и хотим поставить для них спектакль.

Насколько смог, Дарвин Личли перевел это на тяжелый рычащий язык. Ментальные воины выслушали его, затем собрались в кучу и принялись что-то обсуждать, периодически бросая оценивающие взгляды на землян.

Затем, не торопясь, вернулись к группе представителей "Феба", и старший задал Личли вопрос:

— Вы сказали, что наша репутация известна по всей Вселенной?

— Да, именно так, — ответил Бернард Бикль. Дарвин Личли старательно переводил вопросы и ответы.

— И вы прибыли сюда с единственной целью — поставить "спектакль"?

— Совершенно верно. В нашей труппе собраны самые талантливые артисты Земли.

Ментальные воины опять отошли в сторону посоветоваться. Наконец, они пришли к какому-то решению, и старший прорычал тяжеловесную фразу.

— Они принимают приглашение, — перевел Личли, — и пришлют к нам делегацию самых смелых и мудрых из местной знати…

— "Смелых и мудрых"? — озадаченно переспросила дама Изабель. — Очень странное выражение.

— Похоже, это просто общий смысл фразы. Однако он поставил условие: вся команда "Феба" должна в свою очередь посетить их представление, которое для вас организует специально обученная труппа.

После небольшой паузы и растерянного взгляда в сторону ментальных воинов дама Изабель ответила:

— Я не вижу причин отклонить это приглашение… В самом деле, с нашей стороны было бы очень невежливо отказать им. Вы согласны, Бернард?

Бикль почесал подбородок и с сомнением посмотрел на мрачных, ожидающих ответа аборигенов, затем неуверенно произнес:

— Полагаю, они просто чувствуют себя обязанными перед нами. Возможно, их устрашающая внешность ничего не значит.

— Разве не в этом заключается смысл культурного обмена? — заметила дама Изабель. — Разве не для этого мы добирались сюда, за миллионы миль от дома? Она решительно повернулась к Дарвину Личли. — Переведите им, что мы почтем за честь посетить их представление.

Личли перевел, после чего обменялся еще несколькими фразами с аборигенами, и делегация удалилась обратно в город.

Дама Изабель и Бернард Бикль тут же пригласили к себе Андрея Сциника и сэра Генри Риксона, чтобы обсудить предстоящую программу. Бернард Бикль, на которого сильное впечатление произвела мужественная внешность аборигенов, предложил "Зигфрида". Андрей Сциник порекомендовал "Аиду", для которой на "Фебе" были великолепные декорации, сэр Генри попробовал предложить декадентов, но потом отказался от этой затеи. Дама Изабель выдвинула идею, что данный народ, ведущий явно тяжелую жизнь, можно поразить чем-нибудь легким и очаровательным, как, например, "Ганзель и Гретель", "Летучая мышь", "Так поступают все" или даже просто "Сказки Гофмана".