Я
никогда всего этого не просила! Единственное, чего мне не хватало, — это немного любви и свободы.
— Нас никогда не интересовало твое мнение! Раз родилась бабой, будь добра служить мужикам!
— А я не хочу становиться бесправной служанкой, которая не может выразить свои эмоции и чувства! Я — живой человек! А не робот! Я имею право на любовь и уважение.
— Уважение еще надо заслужить. А ты не сделала для этого ничего хорошего. Наоборот, ты только и делала, что бунтовала как подросток.
— Потому что не хотела обрекать себя на несчастья!
— Да уж… Ты застряла в подростковом возрасте, когда все слетают с катушек. Отказываешься взрослеть. Твои мозги так и не встали на место. Ты по-прежнему выбираешь совершенно бесперспективных нищебродов. Думаешь не головой, а своими половыми органами. Вместо того чтобы жить с Джулианом как у Христа за пазухой, ты сбежала вот с этим нищим голодранцем. И привела нас в бешенство.
— Вы взбесились не потому, что я ушла к нему жить. А потому, что ваши планы пошли крахом.
— Да, ты, мелкая дрянь, все испортила! Твои покойные дедушки и бабушки возлагали на тебя большие надежды и были уверены, что ты оправдаешь их. Но они сейчас в гробу переворачиваются, видя все, что ты вытворяешь.
— Знали бы дедушки с бабушкой, что вы окажетесь гнидами, то изменили бы свое мнение так же, как и мои родители. К тому же, я более, чем уверена, что вашей целью было желание разорить моих родителей. Подставить их, чтобы они остались без гроша. Только в итоге вы наступили на свои же грабли. Даже если это получилось случайно.
— Что-то ты слишком разговорилась, — грубо отмечает Норман. — Стоило только твоим спасителям появиться, как ты резко осмелела.
— Зато теперь ясно, почему она была такой дерзкой с тех пор, как ты увел ее папашу с мамашей, — уверенно заявляет Джулиан. — Девчонка и ее предки обо всем договорились с этими ослами, и они появились как раз в нужный момент.
— Да уж, — с хитрой улыбкой соглашается Норман. — А я-то думаю, почему же такая тихая и несчастная девочка, которая едва ли не со слезами прижималась к маме с папой, вдруг стала такой нахалкой.
— Я знал, что здесь точно что-то нечисто… И нисколько не удивлюсь, если эти идиоты устроят нам еще один сюрприз.
— Не успеют. Сдохнут!
— Уж набить тебе и твоему сыночку морды мы все успеем, — уверенно отвечает Максимилиан. — НЕ ОДИН РАЗ!
Максимилиан так быстро подлетает к Норману и бесстрашно бьет его кулаком по лицу, что никто не успевает понять, что происходит. Отец Анны, которая с широко распахнутыми глазами прикрывает рот руками, наносит противнику более сильный удар и грубо отталкивает его от себя с желанием повалить на пол. После чего Поттер-старший наносит Сеймуру сильную пощечину и резко наводит на него пистолет, заставив Анну и Лилиан вскрикнуть от ужаса.
— Руки не распускай, баран! — рявкает Норман. — А иначе выстрелю прямо в твою пустую башку!
— Ха, да ты уже давно грозишься это сделать! — уверенно отвечает Максимилиан и расставляет руки в стороны. — Чего же ты ждешь? Давай, Поттер, грохни меня! Или тоже хвостик поджал, как и твой любимый сыночек?
— Давай, отец! — сжав руку в кулак, хитро улыбается Джулиан. — Грохни этого старого осла!
— Сейчас я прикончу тебя, тварь! — со злостью рявкает Даниэль и приставляет нож поплотнее к горлу Джулиана.
— Что, голодранец, ублажаешь своего несостоявшегося зятька? Хочешь вымолить прощение не только у этой девчонки, но еще и у ее родителей?
— Заткнись и не рыпайся! — Даниэль резко одергивает Джулиана. — Не рыпайся, сказал!
— Что, сволочи, можете только тявкать, как трусливые собаки? — с презрением смотря на Нормана и Джулиана, ехидно усмехается Максимилиан. — Гадости можете делать только когда нет свидетелей! А как вас разоблачили, так глазенки забегали, да ножки затряслись.
— Так, знайте, что… — уверенно говорит Норман. — Мы с Джулианом и так потратили на вас кучу времени, хотя уже давно могли бы покончить со всем этим дерьмом.
Норман резко направляет пистолет на Даниэля, который до сих пор удерживает Джулиана и угрожает ему ножом.
— Отпускай моего сына, тварь! — рявкает Норман и по очереди переводит пистолет на Анну, Питера, Терренса и Эдварда. — Или я грохну девчонку и твоих дружков! НУ? ГЛУХОЙ ИЛИ ТУПОЙ ЧТО ЛИ? ДЕЛАЙ, ЧТО ТЕБЕ ГОВОРЯТ!
— Ха, а вы и правда так сильно переживайте за своего сыночка? — ехидно смеется Даниэль. — Или вам просто нужен предлог для угрозы?
— Ар-р-р, вот безмозглый осел! ОТПУСТИ, черт возьми, ДЖУЛИАНА И ОТДАЙ ЕМУ НОЖ!
— Убейте меня! Тогда и отпущу!
— Советую послушать моего отца и убрать от меня свои грязные руки, — сквозь зубы цедит Джулиан. — Слышишь, псина ты вонючая? Я и так полдня провел в душе в тот день, когда ты и твои дружки наваляли мне! Отмывался от твоих грязных лап!
— И что ты мне сделаешь? Твое оружие у меня в руках! А без него ты не будешь ничего делать!
— Я ЕЩЕ ЗАБЕРУ ЕГО!
— Не думай, что ты выиграл, — сквозь зубы цедит Джулиан. — Джулиан Поттер никогда не проигрывает. НИКОГДА! ОН НЕ ПРОИГРАЕТ КАКОЙ-ТО ШВАЛИ!
Джулиан больно ногой бьет Даниэля в низ живота и со всей силы швыряет его к дивану, об угол которого тот ударяется переносицей. Не сохранив равновесие, Перкинс падает на пол и после легкого прикосновения к носу сразу же чувствует легкую боль. В следующую секунду Поттер набрасывается на него с кулаками, силой выхватывает у него нож и тут же пытается всадить его в сердце противника. Однако мужчина ногой со всей силы бьет Поттера в грудь и пулей поднимается на ноги, пока противник временно лишается возможности дышать.
— Неплохая попытка, — презрительно бросает Даниэль, больно хватает Джулиана за волосы и ставит его на колени. — Сразу осмелел, как нож оказался в руках!
— Тебе конец, козел, — ехидно улыбается Джулиан. — Я вырву все твои кишки и закопаю твой труп в лесу.
— Не вынуждай меня вырывать твои! — Даниэль резко выхватывает нож из рук Джулиана и приставляет острие к горлу противника. — А со мной шутки плохи.
— Я убью тебя, облезлый котяра. УБЬЮ! СКОРО ТЫ БУДЕШЬ ВАЛЯТЬСЯ ЗДЕСЬ ДОХЛЫЙ!
— Ага, а бороться-то не тяжело будет? А то жиробасы всегда страдают от отдышки! А ты у нас еще и не маленький мальчик! Который, впрочем, никогда не порхал как бабочка!
— Ну все, козел, ты меня достал, — сквозь зубы цедит Норман. — Я убью тебя… УБЬЮ!
Норман без колебаний направляет на Даниэля пистолет и тут же делает выстрел, после которого Анна громко
