понимаешь меня?—
— Думаю, да. Возможно.—
— Если бы ты сказал: —Я хочу, чтобы ты лежала на полу, чтобы я мог встать у тебя между ног, — я бы, наверное, согласилась с тобой.—
Я медленно кивнул.
—Это напористость. Дай мне знать, чего ты хочешь, и дай мне шанс согласиться с этим. — Она помолчала и задумчиво посмотрела на меня, а затем ослабила хватку на моей талии, чтобы она могла двигать бедрами подо мной. — Войди в меня пару раз, чтобы не размякнуть.—
Я вдруг заметил, что действительно начинаю размягчаться, поэтому сделал, как она просила, медленно выходя и входяв нее. Ощущения ее стенок киски, сжимающих мой член, быстро вернули меня к жизни. Она почувствовала это, и улыбнулась мне. Для пущей убедительности я сделал еще несколько толчков после того, как полностью встал, а затем вошел в нее.
— Хорошо, — сказала она, снова виляя бедрами. — Так на чем я остановилась? О, да. Вместо того, чтобы сказать мне, чего ты хочешь, ты просто бросил меня, как будто мы были на борцовском ковре.—
Я уныло улыбнулся обвинению, главным образом потому, что она была права.
— И это меня разозлило, — сказала она. На мой испуганный взгляд, она положила руку мне на щеку и посмотрела на меня. — Теперь я в порядке, я знаю, что ты не хотел меня разозлить.—
Я немного расслабился.
—Но ты должен понять, что я немного расстроилась, когда ты это сделал, потому что ты был так агрессивен.—
Я кивнул, чувствуя, как краснеет и нагревается мое лицо.
— Я не хочу заниматься сексом с мужчиной, который постоянно спрашивает моего разрешения. И я определенно не хочу заниматься сексом с агрессивным человеком.—
Она назвала меня мужчиной! Мое сердце бешено колотилось, но я старался сохранять раскаяние на лице.
—Я хочу заняться сексом с напористым мужчиной, — сказала она, глядя мне в глаза. — Ты меня понимаешь?—
Я кивнул. Я думал, что действительно понимаю, о чем она говорит, хотя знал, что в будущем мне придется обратить внимание на свои действия.
—молодец.—
Когда она снова посмотрела мне в глаза, я почувствовал, как ее бедра сдвинулись, и она намекающе улыбнулась.
— Теперь я хочу попробовать еще раз, — сказала она, нежно прижимаясь ко мне. —Я хочу, чтобы ты взял свой замечательный, толстый, твердый член и трахнул меня. И если тебе что-то нужно, будь настойчивым, и дай мне это знать. Скорее всего, я тоже этого захочу.—
Ее глаза заблестели, когда я отодвинулся для следуйщего толчка.
Глава 162
На следующий день нам со Сьюзан пришлось ехать в город за коробками. Я встал рано, быстро принял душ, оделся и направился вниз по холму к ее дому. Когда я пришел, она готовила завтрак. Я постучал и открыл дверь, не дожидаясь, пока она повернется.
— Доброе утро, — весело сказала она.
Аромат тостов наполнил кухню, и она улыбнулась мне, когда я сделал глубокий вдох, чтобы насладиться запахом.
— Я скучаю по приготовлению завтрака для мальчиков, — сказала она.
Она поставила передо мной тарелку и многозначительно посмотрела на мои шорты. Я смущенно улыбнулся и сдвинул их вниз по бедрам.
—Но я не могла сделать этого с мальчиками, — сказала она, опускаясь на пол, а ее глаза остановились на моем застывшем пенисе.
Она насытилась мной, а я насытился французскими тостами. Потом она приготовила себе простой тост, и я последовал за ней, все еще без шорт, обратно в спальню. Там она села, скрестив ноги, в центре кровати и жестом пригласила меня присоединиться к ней.
— Ах, выносливость молодости, — сказала она, увидев мой полу-стоячий член. — Запомни эту мысль.—
— Конечно, — сказал я с усмешкой. —Что происходит?—
—Нам нужно поговорить.—
При ее серьезном тоне я начал немного нервничать. Я что-то натворил?
— Ты знаешь, — сказала она. —Ты намного веселее, когда забываешь жалеть себя.—
Я моргнул на нее. — Что ты хочешь этим сказать?—Наконец-то я спросил.
— Ну, это значит то, как это звучит. Когда ты не жалеешь себя, с тобой довольно весело быть рядом.—
Когда я ничего не сказал, она продолжила.
— Ты готов поговорить о том, что тебя беспокоит?—
— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.— На самом деле, конечно, я так и сделал. Я просто не хотел об этом думать. Последние пару дней все шло так хорошо. Я думал, что если не буду беспокоиться о Джине, Эми или любой другой женщине, кроме Сьюзан, то не впаду в депрессию. Я вообще не хотел говорить о вещах, но в каком-то смысле хотел поговорить с кем-то об этом. Наверное, я отчаянно хотел поговорить со Сьюзан о том, что мне делать, но у меня не хватило смелости самим поднять этот вопрос.
— Выкладывай, — сказала она, чувствуя мое нежелание.
— Речь идет о девушке, — сказал я осторожно.
Она просто кивнула.
— Вот эта девушка ... Эми. .. из школы. Хотя, думаю, я должен сказать, что была одна девушка...—
— Не расстраивайся из-за этого, — предупредила Сьюзан. — Просто расскажи мне о ней.—
Так я и сделал. Я рассказал ей о своем учебном году, обо всех частях, которые я пропустил, когда мы говорили в воскресенье. Я рассказал ей о том, как мы с Эми подружились, а потом пошел на двойное свидание со Скоттом и Шеннон. Я рассказал ей о том, как мы с Джиной разошлись, когда я жил на борцовском ковре. Я рассказал ей об Эми и джакузи, а потом на следующее утро. Я рассказал ей о страхе перед беременностью. Я рассказал ей все. С помощью нескольких проницательных вопросов она вытянула из меня больше информации, но по большей части она просто позволила мне поговорить.
— Хуже всего то, — сказал я спустя 45 минут, — что я не знаю, что сказать Джине. Но я буду смотреть правде в глаза, как мужчина.—
Она смотрела на меня безмятежно, достаточно долго, чтобы я снова начал извиваться. — Ты серьезно? — наконец спросила она.
Ее проницательный взгляд меня немного смутил, но я сглотнул и кивнул. Думаю, я ожидал, что она мне посочувствует или, может быть, скажет, что все само собой уладится.
— Ну, если ты собираешься смотреть правде в глаза, как мужчина, тебе лучше начать вести себя как мужчина, — сказала она категорично.
