Ркард перевел взгляд в кратер, где завернутая в облака фигура Раджаата стояла в центре бассейна. Тень древнего волшебника лежала на западном кольце, выглядя чем-то совершенно неважным и незначительным.
Сопротивляясь искушению атаковать – и не будучи уверен, что он поступает правильно – юный мул ждал. Он не отрывал глаз от своей цели даже на мгновение, и едва осмеливался моргать.
Садира сказала, что Раджаат будет охотиться на нее, и Ркард не должен атаковать, пока силуэт древнего волшебника не окажется на дне кратера. Необходимо было уничтожить тень, а не облачное тело.
Раджаат не пошел за Садирой. Вместо этого он остался в кратере, собирая синие облака с неба и используя их, чтобы залатать свои раны. Ркард глядел на него, с открытым ртом, скорее от удивления, чем от страха.
Древний волшебник продолжал лечить свои раны еще какое-то время, остановившись только тогда, когда он закрыл все раны на своем теле. Ркард напрягся, приготовившись атаковать, готовый призвать силу солнца как только его враг пойдет за Садирой. Однако Раджаат не захотел помочь юному мулу. Даже не взглянув на уже далекий циклон, унесший Садиру, волшебник пробежался взглядом по внутренности кратера, в поисках Черной Линзы.
Ркард коснулся рукой солнечной метки на лбу, не уверенный, что странная синяя сфера в небе даст ему ту магию, в которой он нуждается. Он подумал, не произнести ли заклинание сейчас, прежде, чем светяшиеся глаза его врага отыщут линзу. Но тут он вспомнил, что Садира рассказала ему том, как короли-волшебники были заключены внутрь облака, когда тень атаковала их спустя несколько мгновений после их собственной атаки.
– Раджаат не такой, как мы. Его тело не отбрасывает тени, – сказала она. – Он сам своя собственная тень.
Ркард пристально уставился на тень своего врага. Она находился по ту сторону Черной Линзы, и он не мог так направить свое заклинание, чтобы оно накрыло ее. Надеясь, что небольшое изменение плана Садиры ничего не изменит, и видя, что ему не удастся сделать в точности так, как она приказала ему, Ркард пополз прямо по горячей поверхности линзы на другую сторону. Он мог бы, конечно, проползти вокруг линзы по земле, но она была так велика, что тогда он не увидел бы Раджаата, а он решил – независимо ни от чего – не спускать глаз со своей жертвы.
Раджаат уставился своим огненным взором в лицо Ркарда и сделал шаг вперед, к нему. Хотя мальчик уже видел большую часть тени Раджаата, бок и часть ноги были скрыты за телом волшебника.
– Отдай мне линзу, противный мальчишка, – проворчал Раджаат. – Он указал на Черную Линзу своим скрюченным пальцем.
Юный мул вдавил ладонь в теплый обсидиан и проговорил заклинание. Глаза Раджаата стали белыми, хотя мальчик не мог сказать, от злости или в тревоге, потом глубоко в глубине гигантского шара вспыхнул рубиновый огонь.
Ркард не ожидал того, что случилось дальше. Внутри линзы полыхнуло красным, а потом обжигающее красное пламя выплеснулось на поверхность. Мальчик тревожно закричал и скатился на землю, а из Черной Линзы появилась миниатюрная копия багрового солнца.
***
Ниива услышала грохочущий голос из кратера. – Я создал волшебство, – сказал он. – Как ты можешь думать, что твои жалкие потуги могут состязаться с моим Искусством?
Воительница взглянула вверх. Из ее укрытия за огромным валуном она могла видеть как Садиру, так и своего сына. Волшебница стояла на верхушке небольшого утеса, примерно в четверти пути вдоль кольца кратера от того места, где прятался Ркард с Черной Линзой.
Ниива не могла видеть того, кто произнес эти слова, хотя она была уверена, что слышала слова Раджаата.
Строчка магических слогов вылетела из кратера, потом Ниива услышала рев вихря. Садира спрыгнула с утеса. Едва ее ноги оторвались от утеса, как вихрь разорвал его на части. Шар из молний образовался вокруг Садиры, а круговорот вихря унес ее далеко вдоль затопленной равнины.
– Нет! – выдохнула воительница.
Она заставила себя встать, опираясь спиной о валун. Боль от этого усилия заставила заболеть даже кости ее холодных ног, а в небольшую часть ее спины вставили, казалось, раскаленный кинжал. Тем не менее Ниива была рада, что вообше могла стоять. После того, как ее сын использовал целительное заклинание во время восхода солнца, понадобилось много времени, прежде, чем она начала ощущать хоть что-то ниже пояса, и она начала бояться, что рана настолько серьезна, что даже он не в силах ее вылечить.
Опираясь на валун, Ниива повернулась и взглянула в сторону циклона, надеясь увидеть, что случилось с Садирой. Вместо этого она увидела тощую, испачканную в грязи фигуру, выбираюшуюся из воды. Даже с двадцати шагов она отметила крючковатый нос и длинные пряди седых волос.
– Тихиан! – прошипела она.
Король взглянул на верхушку кольца, на Ркарда, чье внимание было поглощено тем, что происходит в бассейне. Даже не задержавшись, чтобы восстановить дыхание, Тихиан встал на ноги и шаркающей походкой двинулся вперед по склону.
Ниива подобрала приличного размера камень, стиснула зубы, готовя себя к боли, и сделала первый шаг по скользкому склону. Ркард сказал ей, что ходить для нее очень рискованно, но, она это знала, оставить Тихиана без присмотра было намного опаснее. Воительница успела сделать не больше дюжины шагов, прежде, чем Тихиан заметил ее и остановился.
Король повернулся к ней и засмеялся, поворачивая ладонь к земле. – Я думаю, что через несколько мгновений ты умрешь.
Ниива постаралась покрепче встать на свои непослушные ноги и бросила свой камень, целясь в горло. Тихиан пригнулся, и, с громким треском, камень ударил его в висок. Король рухнул на землю. Хотя и было возможно, что удар убил его на месте, воительница слишком хорошо знала Тихиана, чтобы надеяться на это. Она доковыляла до своей жертвы, и обнаружила, что его глаза закатитились а он сам лежит не двигаясь. Она схватила большой камень и подняла его над его головой, не собираясь давать королю-предателю ни единого шанса.
Внезапно рука Тихиана поднялась вверх и из нее вылетела зеленая вспышка, прямо в глаза воительницы. Окружающий мир мгновенно исчез из глаз Ниивы, все вокруг стало белым. Она бросила свой камень вниз и услышала, как он ударился о камень, ничего не задев. Воительница мгновенно перешла к стилю слепого бойца. Она повернулась туда, где последний раз видела короля, и закружила руки перед собой, часто меняя направление, чтобы не дать врагу предсказать, где возникнет щель в обороне.
Жесткий кашель прозвучал рядом с Ниивой. Послав руку вокруг себя стелющимся плоским ударом, она повернулась туда, и чуть не упала, когда ее непослушные ноги не отреагировали так, как она ожидала. В тот же момент воительница почувствовала горячее дыхание Тихиана на своей шее и успела сообразить, что он использовал заклинание, чтобы бросить свой голос в сторону и отвлечь ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
