Не освещается, например, такая многочисленная и разношерстная по своему составу организация, как Всероссийский Земский Союз, дающая, как оказывается, пристанище для всякого рода отрицательного с военной точки зрения элемента, где, наряду с благородным порывом бескорыстного служения Родине, гнездятся самые низменные поползновения к наживе, уклонения от военной службы и, может быть, военного шпионажа.
Слабо развита агентура в гостиницах, ресторанах, различных увеселительных заведениях, оттуда поступают редкие и малозначительные сведения штучного характера.
Имеющиеся тайные агенты работают вообще вяло, более сильны в области данных им разработок, чем в самостоятельном доставлении сведений о предполагаемом шпионаже.
Случаев обнаружения по их инициативе военного шпионажа не было.
Агенты имеют конспиративные свидания с начальником отделения или, реже, с известным им чиновником. Для таких свиданий имеются две конспиративные квартиры у служащих отделения.
Квартиры эти мною осмотрены и оказались вполне соответствующими своему назначению.
О необходимости свидания агенты сообщают условным письмом с указанием времени.
Сообщенные агентами сведения записываются кратко в особые дневники.
Оплата труда тайных агентов месячная, от 25 до 75 рублей, и, кроме того, оплачивались их счета. Штучников мало.
Выяснение организации разведки противника, ее центров, откуда высылаются агенты, и направления их движения не производилось, и заграничная агентура, требуемая параграфом 32 «Наставления по контрразведке в военное время», отделением не устанавливалась.
Казалось бы, что при более живой постановке дела контрразведки и надлежащего подбора тайной агентуры на местах такая заграничная контрразведка могла создаться легко и естественно.
Что касается выполнения контрразведывательным отделением частных задач, поставленных контрразведке параграфом 33 «Наставления по контрразведке в военное время», изд. 1915 год., в отношении ограждения войск, штабов, управлений, заведений, обслуживающих армию, от проникновения в них агентов противника, освещения личного состава воинских чинов, выслеживания лиц, распространяющих ложные слухи и стремящихся создать затруднения, направленные во вред нашей армии, то, судя по достигнутым за время войны результатам, деятельность отделения была малозначительной и отличалась несколько вялым характером.
За офицерскими чинами наблюдение велось в случаях малозначительных и единичных.
Сотрудниками из нижних чинов отделение не пользовалось, агентурная охрана стратегических мостов была отделением своевременно организована, хотя и в недостаточной мере.
Из заводов и фабрик, изготовляющих необходимые для армии предметы и материалы и имеющихся в районе отделения, агентура установлена лишь на четырех; остается, таким образом, не обследована агентурой большая часть заводов.
В отношении пункта «е» параграфа 33 было издано постановление о регистрации голубей.
Был произведен ряд детальных обследований с приглашенными специалистами сооружений, дающих основание предполагать существование тайной радиотелеграфной станции, но открыть таковые не удалось.
В отношении выполнения параграфа 34 «Наставления по контрразведке в военное время» о всесторонней проверке и быстром обследовании добытых агентурных сведений в отделении имеется достаточно пробелов.
Запоздание и недостаточная обстоятельность в обследовании находят себе некоторое объяснение в крайне ограниченном для отделения штате служащих.
К этому присоединяется крайне неудовлетворительная работа полиции, дающей весьма часто неверные сведения.
Требованиями параграфов 37, 38 и 39 «Наставления по контрразведке в военное время», касающимися порядка производства ликвидации, отделение в общем руководствовалось.
План ликвидации окончательно утверждался начальником штаба.
Исполнительными органами по ликвидации являлись главным образом чиновники отделения, из коих один числился нештатным помощником полицейского пристава, что в значительной степени упрощало производство самой ликвидации.
В более серьезных случаях ликвидацию производит начальник отделения.
При производстве ликвидации чинами контрразведывательного отделения всегда привлекались полицейские власти.
Добытый при ликвидации материал, как-то: переписка, вещественные доказательства разбирались и изучались начальником отделения и чиновником, непосредственно ведающим этим делом.
Окончательное решение, на основании изучения добытого материала, утверждалось начальником штаба.
Все задержанные в пределах округа, согласно требования параграфа 40 «Наставления по контрразведке в военное время», зачислялись за штабом.
Ко времени проверки отделения за штабом числилось 11 арестованных.
Случаи передачи дел проверяемым контрразведывательным отделением в другие контрразведывательные отделения за время текущей войны имели место, причем высылались все добытые и имеющиеся в отделении по делу сведения и материалы.
Ознакомление мое во время проверки контрразведывательного отделения с личным его составом, путем просмотра дел, личных бесед и опросов, а также с тайной агентурой путем просмотра доставленного ею материала и наведения о ней справок, дает мне основание доложить следующую характеристику вышеупомянутых лиц и их служебных качеств, дабы вполне представить ясно степень работоспособности контрразведывательного отделения в области его специальной деятельности.
Чины контрразведывательного отделения
Помощник начальника отделения
Эту должность с 3 октября 1915 г. исполняет бывший строевой обер-офицер. Он ведает всей перепиской, исходящей из штаба по делопроизводству контрразведывательного отделения (но не только по контрразведке, и большую часть времени находится в штабе.
В отделении бывает утром приблизительно с 9.30 до 11 часов и вечером с 9.30 до 11.30–12 часов ночи.
Подготовляет доклады начальнику штаба, наводит необходимые справки.
Толковый, основательный работник, но в деле контрразведки еще малоопытный, несколько болезненный.
Чиновники:
1. Бывший штабс-капитан. Уволенный из полка по суду чести, по его уверениям, за роман с женой товарища, по словам офицеров полка, за растрату денег офицерского собрания, хозяином которого был, и за ряд других неблагоприятных поступков.
Разумный, но несколько легкомысленный; ловкий, с внешним лоском, нравственности несомненно условной, и пережитая катастрофа не случайность.
Работает легко и упреков пока не заслуживает, но смотрит на свое положение, как на случайное, только потому здесь, что выбит из колеи и деться некуда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
