Данная точка зрения выражена Дюркгеймом в его знаменитом замечании:
Когда я осуществляю свой долг брата, мужа или гражданина, то я исполняю обязательства, установленные законом и обычаем и являющиеся внешними по отношению ко мне и моим действиям… Сходным образом верующий с самого рождения обнаруживает в уже готовом виде верования и практику религиозной жизни, и, раз они существовали до него, следовательно, они существуют вне его. Система знаков, которую я использую для выражения своих мыслей, денежная система, которой я пользуюсь для уплаты долгов, кредитные механизмы, которые я применяю в своей коммерческой деятельности, процедуры, которым я следую в силу своей профессии, — все эти и подобные им вещи функционируют вне зависимости от моего пользования. В свою очередь, если обратиться к каждому члену общества, то указанные замечания справедливы в отношении каждого из них.[587]
Точка зрения Дюркгейма имеет множество сторонников, однако, она вызывает и острую критику. Что же такое “общество”, спрашивают критики, если не совокупность множества индивидуальных актов? Если мы изучаем некоторую группу, мы видим не коллективную сущность, а только группу индивидов, взаимодействующих друг с другом различным образом. “Общество” есть лишь множество индивидов, совершающих упорядоченные действия в отношении друг друга. Согласно данной точке зрения (представленной в основном приверженцами символического интеракционизма), мы действуем целенаправленно уже в силу того, что являемся людьми и населяем мир, пронизанный культурными смыслами. Социальные явления, согласно этой позиции, отнюдь не похожи на “вещи”, поскольку зависят от символических значений, которыми мы наделяем свои действия. Мы являемся не созданиями общества, но его создателями.
Оценка
Вряд ли это противоречие когда-нибудь будет исчерпано до конца, поскольку оно существует с того самого времени, когда современные мыслители впервые приступили к систематическим попыткам объяснения человеческой деятельности. Более того, данный спор не ограничивается только социологией, он занимает ученых всех областей социальных наук. Вы должны сами решить, какую позицию считаете наиболее близкой к истине.
И все-таки не следует преувеличивать различия приведенных точек зрения. Конечно, ни один из этих подходов не может обладать абсолютной истиной, но можно легко увидеть взаимосвязь между ними. Очевидно, что в некоторых отношениях предпочтительнее точка зрения Дюркгейма. Социальные институты предшествуют любому из индивидов, несомненно, также, что они имеют возможность ограничивать нас. Так, например, я не являюсь изобретателем денежной системы, которая существует в Британии. Я также не имею выбора, хочу я пользоваться ею или нет, если желаю получать товары и услуги, которые продаются за деньги. Денежная система, подобно другим традиционным институтам, существует независимо от всякого отдельного члена общества, регламентируя его деятельность.
С другой стороны, явно ошибочным является предположение о том, что общество является столь же “внешним” по отношению к нам, как и физический мир. Физический мир продолжал бы существовать даже в том случае, если не осталось бы ни одного человека, однако утверждать то же самое относительно общества — явная нелепость. Общество является внешним по отношению к каждому индивиду в отдельности, но оно по определению не может быть внешним для всех индивидов.
Более того, хотя “социальные факты” Дюркгейма могут ограничивать нашу деятельность, но они не могут детерминировать ее. Я смогу жить, не пользуясь деньгами, если твердо решусь на это, хотя при таком решении, возможно, мне придется очень туго. Человек постоянно должен делать выбор, а не просто пассивно реагировать на происходящие вокруг него события. Преодолению противоречия между “структурным” и “деятельностным” подходами могло бы способствовать осознание того, что в ходе нашей повседневной деятельности мы активно создаем и изменяем социальную структуру. Например, факт использования мною денежной системы является незначительным, но необходимым вкладом в поддержание существования этой системы. Если все люди, или хотя бы большинство из них, в какой-то момент примут решение избегать пользования деньгами, то денежная система распадется.
Консенсус и конфликт
Сравнение точек зрения на проблемы конфликта и консенсуса целесообразно опять-таки начать с позиции Дюркгейма. Дюркгейм рассматривает общество как совокупность взаимозависимых частей. Большинству функционалистов общество представляется объединенным целым, состоящим из тесно связанных между собой структур. Это чрезвычайно созвучно мысли Дюркгейма о принудительном, “внешнем” характере “социальных фактов”. Однако аналогия здесь проводится уже не со стенами здания, а с человеческим телом.
Тело состоит из различных специализированных частей (таких, как мозг, сердце, легкие, печень и так далее), каждая из которых вносит вклад в поддержание жизни организма. Органы должны работать в гармонии друг с другом, если же этого нет, жизнь организма оказывается под угрозой. Согласно Дюркгейму (и Парсонсу), то же происходит и с обществом. Чтобы общество продолжало существовать, его специализированные институты (политическая система, религия, семья, система образования) должны функционировать в гармонии друг с другом. Существование общества зависит, таким образом, от кооперации, которая, в свою очередь, предполагает общий консенсус, или согласие, членов общества относительно основных ценностей.
Те, кто рассматривает проблему конфликта, занимают иную позицию. Их основные положения легко продемонстрировать, используя в качестве примера понятие классового конфликта, данное Марксом. Согласно Марксу, общества разделяются на классы, владеющие неравными ресурсами. Поскольку существует сильно выраженное неравенство, то наблюдается различие интересов, которое оказывается “встроенным” в социальную систему. Конфликты интересов в определенный момент превращаются в активную борьбу между классами, которая может породить процесс радикальных перемен. Не все сторонники данного подхода придавали такое значение классам, как Маркс. Иногда в качестве основания для различий, значимых при возникновении конфликта, рассматривались, например, отношения между расовыми группами либо между политическими фракциями. Однако какой бы ни была конфликтная группа, общество изначально рассматривается насыщенным напряжениями, и даже наиболее стабильная социальная система выглядит неустойчивым балансом антагонистических группировок.
Оценка
Так же, как и споры, относительно структуры и действия, дебаты, связанные с конфликтом и консенсусом, вряд ли когда-нибудь закончатся. Тем не менее, различие между позициями конфликта и позициями консенсуса выглядит, вероятно, более глубоким, чем является на самом деле. Эти две позиции нельзя считать совершенно несовместимыми. Всякое общество обладает определенного рода единством относительно основных ценностей, и всякое общество, безусловно, предполагает существование конфликта.
Более того, одним из основных правил социологического анализа является исследование связи между конфликтом и консенсусом внутри социальных систем. Ценности, которых придерживаются различные группы, и цели, которые их члены преследуют, нередко отражают смесь общих и противоположных интересов. Даже в марксистской интерпретации классового конфликта классы-антагонисты имеют некоторые общие интересы. Так, капиталисты нуждаются в рабочей силе для своих предприятий, а рабочие в такой же мере нуждаются в капиталистах, выплачивающих им жалование. В подобных обстоятельствах открытый конфликт не может быть продолжительным, скорее случиться так, что общее для обеих сторон перевесит взаимные различия, хотя иногда может произойти обратное.
Полезным понятием, возникающим при анализе конфликта и консенсуса, является идеология — ценности и убеждения, способствующие сохранению позиции более могущественных групп по отношению к менее могущественным. Власть, идеология и конфликт всегда тесно связаны. Многие конфликты возникают по поводу власти, из-за преимуществ, которые она может дать. Власть имущие могут в целях сохранения своего доминирования использовать идеологические средства, но в случае необходимости они способны прибегнуть к использованию силы. Например, в феодальные времена власть аристократии поддерживалась с помощью идеи о том, что некоторая, меньшая часть людей была рождена для того, чтобы властвовать; однако аристократические правители охотно прибегали и к насилию по отношению к тем, кто осмеливался противиться их власти.
