На этот раз шаман, как только Лиз повернулась к нему, наклонил голову так, что завеса бус повисла перед его физиономией.
- По твоему настоянию Цуфф дарует твоей жене половину твоего бессмертия, дроу, — торжественно объявила Лиз.
А тем временем, Ника наслаждалась обществом подруги, которое немного отогрело и оживило ее закоченевшую душу. Они устроились у костра на бревне, которое им молча уступил огромный варвар, до самых глаз заросший светлой бородой.
- Есть хочешь?
- Угу, — и Ника мигом съела горячую похлебку, которую ей в небольшом котелке протянула Ивэ.
- Ты все-таки пойдешь к Зуффу? - наконец спросила она и, склонившаяся над котелком Ника, кивнула.
- А Дорган? Ладно, не сердись. Я ведь спросила об этом даже не из-за него…
- Значит ты уже дома, Ивэ? - огляделась вокруг Ника, вкладывая в свои слова тот смысл, что не подруге осуждать ее.
- Да. Это мой дом, - проговорила Ивэ, с гордостью. — Мне, уроженке южных земель, не легко жить без солнца, но страна моего мужа, где ночь длится полгода, стала моей родиной, а Холодные земли моим домом.
Ника покачав головой, отставила пустой котелок. Последнее слово, как всегда осталось за Ивэ.
— Я слышала от Гермини, что вам срочно пришлось вернуться сюда. Все в порядке? - спросила Ника, меняя тему.
— Хвала Вседержителю, все обошлось и заговор трех вождей, стремящихся подбить остальные племена выступить против Харальда, в свое время объединившего их, не вырос выше мелкой интриги, - с готовностью приняла ее капитуляцию Ивэ, принявшись с жаром рассказывать о своих проблемах. - Все говорят, что это заслуга младшего из вождей Совета племен — Эрика Рыжеволосого. Если бы он вовремя не призвал нас на помощь, все могло бы кончиться не столь благополучно. Как там наш чудак Гермини?
— Он мне здорово помог.
— Еще бы! Он страшно переживал за тебя и, как только обернулся псом, удрал к тебе за марево, которым заслонилась от всего света Лаодран, после того как заманила тебя в Репрок.
— Ты знала, что нас снова сведет вместе?
— Понятия не имела. И когда Дорган с Гермини вдруг появилась в нашем стойбище, мы глазам своим не поверили, и только тогда, от них узнали, что ты в Репрок. Мы времени даром не теряли: Борг и Харальд раскопали, что Лаодран и была той стервой, что, в свое время, спелась с Фиселлой. Именно она помогла ей своей магией сбежать отсюда в твой мир, стащив у Зуффа его древний ритуальный нож.
— Если нож этот вырезан из кости, то я его видела в подземелье Репрок, когда мы загоняли Ллос обратно в преисподнюю, но продолжай.
— Зуфф очень обрадуется, что нож нашелся. Так вот, Лаодран конечно помогала Фиселле не без корыстно. Фиселла пообещала ей тело молоденькой крестьянки Элеонор. На самом же деле Фиселла хотела посмотреть, как удачно сработает магия с подменой тел. Вот видишь, какой узел завязала судьба. Кто бы мог подумать, что шаман-орк и есть, повелевающий могущественной магией времени, Зуфф.
— А как здесь очутилась Ллос?
— Дворф Хиллор сказал, что якобы Ллос узнала, кто помог Фиселле скрыться в твой мир… Прости но Дорган нам все рассказал. Так вот, она дала понять Лаодран, что той несдобровать если она не найдет и не выдаст ей тебя. Та выследила тебя, когда ты в монастыре неосторожно призвала какого-то духа. Ллос удалось бы уже тогда добраться до тебя, если бы не Дорган и Гермини. Тогда Лаодран-Элеонора потихоньку поддакивая барону и рыцарю, жаждущему помочь своему господину, внушила отцу Фарфу, что помощь следует искать в обители Асклепия. А сама, знай себе, высасывала жизненную силу из своего супруги и падчерицы. Но обо всем этом мы только догадывались, ловя противоречивые слухи из-за рубежа, да выспрашивая старую Лиз. Мы боялись, что Лаодран убьет и тебя, тем более, ты так неосторожно рассталась с амулетом, но Вседержитель и судьба хранили тебя. Они всегда благоволят к ненормальным.
Ника прыснула.
— Так вот, - улыбнувшись, увлеченно продолжала Ивэ, - когда колдунья начала призывать из потустороннего бытия духа Подземья, Дорган был тут как тут. Мы спешили. Вседержитель! Ты была так беспечна! Дорган должен был назвать имя Лаодран, чтобы вступить с нею в схватку. А Гермини сумел сообщить нам, что видел тебя бегущей к реке — к рубежу. Мы были уверены, что вот-вот увидим тебя здесь и ждали тебя у самой воды. Теперь можешь представить себе состояние Доргана, когда ты заявилась в Репрок и первой назвала Лаодран по имени, именно тогда, когда он пребывал в полной уверенности, что ты в безопасности..
— Он мог бы раз десять назвать ее имя, а не любезничать с ней, — раздраженно заметила Ника.
— Не тебе его осуждать. Вся Северная граница знает, что сэр Риган пожелал взять тебя в жены, - фыркнула Ивэ, потом покосившись на Нику, решилась спросить: - Скажи, ты хоть иногда думала о Доргане?
Какое-то время Ника смотрела перед собой неподвижным взглядом, не отрывая его от глубин своей души в которые погрузилась, затем тихо произнесла:
— Каждый миг, после того как рассталась с ним… - потом, словно очнувшись и вернувшись к действительности, повернулась к Ивэ. - Все свои поступки и мысли я мерила по нему, думая о том, как бы он поступил на моем месте. Знаешь, я поняла то, чего раньше понять не могла — он никогда не был и не будет равнодушным. Я думала, что только из любви ко мне он вытащил меня из Мензоберранзана, но он бы и не любя меня, сделал это. И в Подземье, когда за нами шла погоня, он не бросил в беде племя гоблинов. Он поступил так, как подобает лорду — навел порядок в своих владениях и уже потом оставил их. А в Иссельрине? Кто его просил вмешиваться в личные проблемы герцога? Никто. Но он знал, что сможет помочь и помог. Ивэ, Дорган обладает аристократией духа, какой вряд ли достигнет кто — нибудь из нас. Эта та высота, которую лично мне нипочем не взять. Теперь понимаешь, почему я не могла оставить Айвен на произвол судьбы и взять у нее амулет. Я бы предала себя… и я бы предала его…
— Так ты останешься? - со вспыхнувшей надеждой, осветившей ее лицо, спросила Ивэ. - Ты же любишь его, дрянь ты такая!
Ника кивнула. Если бы только Иве знала, как у них с Дорганом все плохо, но она останется не смотря ни на что, даже если Доргану она уже не нужна. Ивэ, чувствуя, что подруга расстроена, сердечно обняла ее.
— Я так рада и даже не из-за Доргана, а за себя. Я очень хотела, чтобы ты осталась. Когда ты поняла, что останешься?
— В монастыре, после того как с дуру сбежала от вас.
— Но, теперь-то ты нам веришь?
— Да я всегда верила вам. Не от вас я убегала, а от себя, потому что не могла решить, как мне быть с Дорганом. Я только на миг допустила, что он лжет мне и не смогла вынести этого. Понимаешь? Еще чуть-чуть и я бы, наплевав на все, осталась с ним. А я должна была дойти до конца. Должна. Как бы я жила, не объяснив себе всего, что произошло со мной. Я бы, конечно, ни о чем не пожалела, но сама возможность того, что я могла бы все узнать… и что все пошло бы по другому, наверняка тревожила меня. А в монастыре, я хваталась за все подряд, загружая себя работой, чтобы только забыть о нем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
