- Они с Драко будут жить в одной комнате, - сухо сообщил я. Поттер неожиданно расплылся в улыбке - счастлив за Джеймса? - и я оборвал его. - Не отвлекайся от своей задачи. Я хотел бы, чтобы у тебя получилось как можно скорее.
Лаборатория оказалась почти нетронутой. Исчезли только несколько котлов, небольшой столик - я сделал в памяти пометку купить Джеймсу нормальный стол - и почти половина пустых колб, мензурок, ножей и черпаков. Ингредиенты и перегонный куб остались нетронутыми.
Это было весьма кстати, особенно после визита к Смиту.
После этой огласки и как следствие, срыва моего постоянного приработка, я всерьез озаботился денежной проблемой. Конечно, продолжали поступать заказы из Мунго, но этого было мало. Да и непривычно оказалось наличие свободного времени, которое было непонятно, куда девать.
Над этой проблемой я задумался сегодня утром - раньше было не до этого. Решение пришло само - на шокирующую новость мог не отреагировать лишь человек, который знал обо всем и раньше. Смит охотно согласился на мое сотрудничество: видимо, доставать столь специфические зелья представлялось ему затруднительным. Зелья были сложными, но их было не так уж много на ближайший месяц, что тоже неплохо: много времени придется уделять Поттеру…
Поттер сидел в гостиной за столом и с сосредоточенным лицом махал палочкой над листком бумаги. Похоже, у него ничего не получалось. Я присел на диван и открыл очередную книгу.
Время еще есть.
* * *
Прошел почти месяц с тех пор, как Гарри начал тренировки.
Невербальные заклинания начали получаться у него на второй день. Сначала Гарри не мог толком контролировать их, так, что листок от Вингардиум Левиозы либо взрывался (эту ошибку в заклинании Гарри помнил еще с первого курса, перышки на уроке Флитвика взрывались гораздо чаще чем летали), либо улетал куда-то так, словно его сдувало ветром. Когда он научился контролировать силу заклинания, он жутко гордился собой. Но только потом понял, что это еще цветочки.
Потом Северус потребовал от него тренировки в боевых невербальных заклинаниях.
Это были простейшие Ступефай, Экспеллиармус и Протего, но если раньше при дуэли Гарри ориентировался на голос противника, то теперь этот ориентир пропал, и приходилось оттачивать не только реакцию, но и внимательность и интуицию.
Еще два дня Северус мучил его невербальными заклинаниями, до тех пор, пока Гарри не научился в четырех случаях из пяти распознавать и отбивать заклинание, а потом пришлось перейти к боевым заклинаниям Светлой магии.
Все это время Северус нещадно заставлял его выполнять упражнения для необходимого ментального настроя. Это было самым простым, вот только сосредотачиваться в момент пуляния заклинания на чем-то лирически-позитивном, типа картинки спокойного моря (как рекомендовалось в учебнике) Гарри решительно не мог. Результат не радовал. Заклинания или не работали, или оказывали поистине смехотворное, еле заметное воздействие.
После двух дней неудачных попыток Северус решил, что это нерациональная трата времени, и помимо безуспешных попыток сосредоточиться и сделать что-нибудь со старой корягой в саду, которая была выбрана мишенью, у Гарри появилась новая цель: выучить специальные темные заклинания, против которых имелись особые светлые щиты. И, конечно, суметь наложить эти самые щиты. Защита, кстати, у Гарри получалась намного лучше, вот только слишком сложно было выучить все и не применить против Рубящего заклятия щит от Режущего. Последствия могли быть непредсказуемыми.
Единственным утешением была наконец-то наладившаяся личная жизнь. Единственная ссора, да и то небольшая, произошла только из-за противозачаточного зелья, которое сварил Северус. Гарри от нечего делать поинтересовался тогда его действием и выяснил, что зелье вызывает временное бесплодие и побочным эффектом может явиться бесплодие постоянное. Впрочем, проблему удалось быстро решить: Гарри просто-напросто натренировался в наложении заклинания.
За этот месяц Северус дважды аппарировал в Хогвартс к Дамблдору и приносил неплохие новости о том, что проведение ритуала идет достаточно медленно.
А потом все пошло наперекосяк, убедив Гарри в том, что светлая полоса в жизни всегда сменяется темной.
Сначала он умудрился, взорвав-таки заклинанием корягу, чуть не поджечь дом. В общем-то, это было мелочью, но неприятная мелочь сильно изменила необходимый ментальный настрой, и при выполнении следующего заклинания Гарри отбросило и он сильно ударился о крыльцо, распоров к тому же плечо о гвоздь. Северус, конечно, без особого труда вылечил и рану, и треснувшую от сильного удара кость, но остаток дня пришлось провести в кровати.
Дальше было хуже. В очередной раз аппарировав к Дамблдору за информацией, Северус вернулся донельзя мрачный и сообщил Гарри о намечавшейся в Хогвартсе встрече выпускников, на которой Дамблдор его просил быть.
На то, чтобы сломить сопротивление Гарри, который ужасно не хотел на эту встречу идти, ушло три дня. Северус считал, что если Гарри не появится там, то это вызовет ненужное внимание. Гарри был с ним не согласен, но, увы, это ни на что не влияло.
* * *
Гарри не знал, можно ли было действительно вызвать большее внимание своей неявкой. Во всяком случае, ажиотаж окружающих при появлении Гарри в Хогвартсе казался безмерным. К счастью, пока он шел к Большому залу, где и должна была состояться встреча, глупых вопросов никто не задавал. Возможно, потому, что рядом шел мрачный и злобный Северус
Необходимо ли было идти на вышеупомянутую встречу Северусу или он просто решил поддержать Гарри, он не знал. Но так или иначе, Северус к нему присоединился и настроение у него в самом деле было не лучшим.
В Большом зале, где ради такого случая убрали факультетские столы, вместо которых поставили множество столиков по краям зала, народу уже было достаточно много. С сцены, которую устроили на месте преподавательского стола, Гарри кивнул Дамблдор, МакГонагал же со странным выражением неприязни, сменившей ужас, посмотрела сначала на него, потом на Снейпа. Судя по тому, что выражение неприязни досталось Северусу, Гарри, очевидно, был возведен ею в ранг несчастных жертв, пострадавших от преподавательского произвола.
Судя по тому, что кроме МакГонагал и Дамблдора на трибуне находились Флитвик и Спраут, как и по тому, что Северус тоже направился туда, его все-таки заставил появиться тут Дамблдор (или необходимость?). Очевидно, для встречи выпускников требовались еще и деканы, а Северус ведь теперь не преподавал тут.
Выпускники еще пришли не все. Разделившись по факультетскому признаку, они сидели небольшими группками за столиками. Стараясь игнорировать любопытные, заинтригованные и открыто враждебные взгляды, Гарри подошел к столику, где углядел Рона, Дина и Невилла.
