Читаем без скачивания Аномальный наследник. Пенталогия (СИ) - Тарс Элиан

И был уничтожен сияющей золотыми молниями перчаткой.

– Соня, сколько зверей «Леса Погибели» способен выдержать Наставник? – не оборачиваясь к подруге, быстро спросила Алиса.

– Семь зверей считаются непроходимым препятствием для среднего Наставника. Двенадцать для любого Наставника, – отчеканила Троекурова, думавшая о том же самом.

На арене Аскольд пробил классическую двойку в морду медведю, рванувшему на него. Зверь исчез. Но две лисы и рысь атаковали Сидорова со спины.

Он успел развернуться.

Удар!

– Это тринадцатая! – восхищённо выпалила Яна. – Аскольд только что вышел за рамки Наставников!

– Проклятье! – гневно воскликнула Троекурова, когда одна из водяных лис вцепилась Аскольду в бедро и на ковролин брызнула кровь.

– Аскольд… – тихо прошептала Марина Сидорова.

– Ничего, Марина Сергеевна, он справится… Обязательно справится… – всё ещё не сомневаясь в победе чемпиона «Алой Мудрости», произнесла Софья.

– Непременно, – холодно проговорила Юлия Ромодановская.

И даже когда два водяных волка повалили Аскольда на пол, вера этих людей не дрогнула.

Но их сердца сжались, когда на арене терзали дорогого им человека.

– Ничего… – прошептала Софья. – Деревья становятся все меньше и меньше… Скоро он не сможет поддерживать эту технику! И тогда никто не позавидует боярину Шереметеву.

* * *

Форкх меня дери, до чего же мощная техника! «Лес Погибели»… Техника, доступная Мастеру с любым атрибутом… Но вроде как довольно сложная к исполнению, требует высокого контроля и больших запасов жи́вы.

То есть слабый Мастер не может использовать весь её потенциал.

Четверо зверей набросились на меня, когда я оказался на ковролине. Я смог с ними разделаться, начал подниматься, но пришлось блокировать очередного водяного орла. И в этот момент мне в спину врезался водяной медведь.

Да Шереметев почти полноценный Мастер, чтоб ему икалось!

Своими водяными когтями медведь смог пробить мой покров, но я удержал концентрацию и полностью покров не потерял. Врезал наотмашь локтем с альтерой! И очередной медведь рассыпался водяными брызгами.

Но меня вновь атаковали…

Да сколько ж вас, а?!

Я бросил взгляд на деревья «Леса», теперь они были вдвое меньше, чем в самом начале.

Пока я отбивал выпад водяной лисы, волк вцепился в правое предплечье. А лось из воды врезался в меня рогами, и я вновь упал на ковролин.

Грёбанная вода! Если бы весь этот зоопарк был изо льда или камня, разрушать его альтерой было бы проще!

Голова пухнет от концентрации, тело ломит, ещё и раны кровоточат. Несерьёзно, но отвлекает – часть альтеры приходится тратить, чтобы драгоценная кровушка обильно не вытекала из меня вместе с моими силами.

Форкх подери, теперь водяной лев!

Ну всё, достал!

От моего тела по ковровому покрытию «Большой Кремлёвской Арены» пробежали золотые молнии. Звери замедлились – это аура коснулась Шереметева. А прикосновение моей ауры не может пройти бесследно ни для кого. Мой голос усиливает ауру, но даже если я молчу – эмоции, идущие от сердца наследника рода Александритов, находят отклик в сердцах других.

Я схватил водяного льва за шею. Молнии с моих пальцев перетекли в тело льва, и он лопнул, точно обычный мыльный пузырь.

Я выпрямился во весь рост, и всё моё тело покрыли золотые молнии. Пусть мой стихийный доспех и незакончен, пусть чётких элементов в нём нет – плевать.

Молнии позволяют мне двигаться быстрее. А альтера…

Я ужал и деформировал облако. Когда я сражался с сарнитом, я смог сжать облако настолько, что оно покрывало один лишь мой кулак. Во время тренировок мне не удалось освоить эту технику в полной мере – иногда она получалась, но чаще нет.

Однако пустить всю доступную мне альтеру в облако и сжать его так, чтобы оно покрыло моё тело – я смог.

И я сделал это, стоя на арене. Из‑под моих ног продолжали разбегаться золотые молнии, замедляющие водяных зверей. А концентрированный тонкий слой видоизменённого облака, всего лишь на десять сантиметров растянувшийся от моего полного стихийного доспеха, невообразимо усиливал мои атаки жи́вы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А точнее, ослаблял врага, попавшего в эти скромные десять сантиметров.

Удар! И водяной волк рассеялся.

Ещё удар! И от водяной лисицы не осталось и следа.

Сейчас я впервые сражаюсь с Мастером жи́вы один на один. В честном бою, когда оба противника готовы к поединку, когда оба сконцентрированы друг на друге. Когда посторонние атаки не отвлекают. Когда оба нацелены на победу и готовы сделать все ради неё.

И главное… когда с самого начала боя меня и Мастера разделяет расстояние, которое мне приходится преодолевать, полагаясь лишь на себя.

Ведь именно в ближнем бою моё преимущество.

* * *

– Что это за техника? – возбуждённо выпалила Яна. – Зачем он выпускает молнии из‑под ног?

– Никогда такого не видела, – призналась Алиса, наблюдая, как Аскольд шаг за шагом приближается к своему противнику, по пути уничтожая водяных зверей. – Но… впечатляет!

– Да‑а, выглядит мощно! – согласилась с ней сестра. – Это какая‑то персональная техника? Аскольд явно сам её создал!

«Выглядит мощно? – подумала Софья. – Это не выглядит… Это ощущается! Как такое возможно?»

– Впечатляет! – выдохнул юный боярин Никита Морозов. – Марина Сергеевна, скажите, а кто из родителей Аскольда владел золотой молнией?

– Из его родителей? – удивлённо повторила тётушка. – Никто. Они не были осветлёнными.

Алиса и Софья удивлённо переглянулись.

– Должно быть, кто‑то из дальних родственников? – Юлия Ромодановская озвучила то, что вертелось у всех на языке.

– Мой отец, дед Аскольда, был осветлённым, – кивнула женщина. – Но у него был другой… эм… тип. Огонь. Вроде бы по линии отца Аскольда и Бори тоже были осветлённые, но я не знаю с каким типом.

– Атрибутом, Марина Сергеевна, – мягко поправила её боярыня Морозова. – Это называется атрибут. Ох, посмотрите на арену!

Тем временем водяные деревья исчезли, превратившись в бесчисленное множество водяных зверей. И звери эти как по команде атаковали Аскольда.

– Шереметев пошёл ва‑банк, – процедила Софья.

Сжав кулачки, она, как и все остальные зрители, неотрывно смотрела на арену.

Водяные звери облепили Аскольда, полностью скрыв чемпиона «Алой Мудрости».

– Давай… давай же! – тихо рычал Борис.

– Выбирайся, Аск! – закричал Глеб.

В руках облачённого в полный стихийный доспех Шереметева появилось водяное копьё. Вода в нём угрожающе вращалась, а через секунду доспех на спине боярина исчез.

– Скоро всё кончится, – с уверенностью заявила Яна. Она понимала, что сил поддерживать полный доспех у Шереметева не осталось, и он всё поставил на финальную атаку.

Сорвавшись с места, боярин пробежал несколько метров и вонзил копьё в замерший на одном месте огромный клубок из водяных зверей.

Трибуны притихли.

– Нет… не может быть… – в полной тишине голос Марины Сидоровой прозвучал невероятно тоскливо.

– Хах, похоже, моя ставка выиграла! – радостно воскликнул один из дворян, сидевших неподалёку и открыто болевший за Шереметева.

– Это ещё не конец!

– Он победит!

– Давай же Аскольд!

– Ну же!!!

Голоса людей из группы поддержки чемпиона «Алой Мудрости» слились в единый гул.

Именно в этот момент из‑под шара почти что сросшихся друг с другом водяных зверей пробежала золотая молния. Сначала одна, потом вторая…И вот уже треть арены покрыта золотыми молниями.

Одна пронеслись по водяному копью и ударили в боярина Шереметева. Боярин отпустил копьё, хотел отступить…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Но разорвавшие водяной шар золотые руки устремились к нему и схватили за плечи.

А затем показалось сияющая золотом голова и торс.

Удар!

Притянув к себе Шереметева, Аскольд, что было мощи приложился лбом о морду льва – шлем боярина.