мягкий, закруглённый диван, обитый пушистым и шерстяным материалом, лицевая часть которого смотрела на вход в больницу, а спинка на фронтальный выход из-под навеса и закрывающая их по всему периметру, начиная за диваном, толстая стеклянная, прозрачная и идеально округлённая стена, от пола и до самого навеса. Вся копоть от костра, тут же оказывалась за пределами стеклянной стены, а тепло сохранялось, с постоянно обновляющимся свежим воздухом. На полу их ограждённой территории, появился пушистый ковёр красного цвета. Одежда на самой Лиле, словно трансформировалась в тёплые, домашние, белые, тянущиеся штаны, с топиком, поверх которого была тёплая, белая водолазка, с белыми носками и кроссовками. Её волосы сами аккуратно уложились, причесались и были взяты в сформировавшейся на них резинкой, в хвостик.
- Слушай, ты похож на джина из Аладина – восхищаясь им говорила она.
- Только в отличи от него, я не раб чужих желаний. Садись – сказал он присаживаясь.
Она тут же села рядом с ним, наваливаясь на него, желая что бы он её обнял. Он так и поступил. Рядом с диваном появился стеклянный столик, куда телепортировалась их пицца.
- Я тоже так хочу уметь – сказал она продолжая трапезу и попивая сок.
- Радуйся что ты так не умеешь – сказал Максим любуясь костром и наслаждаясь звуками дождя.
Доев пиццу и допив сок, она отложила коробку и стакан.
- Всё, я наелась и напилась – сказал она, вытерев рот и поцеловав его в щёку – Благодарю тебя – и снова прижалась к нему, согреваясь в его объятьях, прижимая к себе покрепче его тёплые руки – Не только за то, что накормил. Главное за то, что пришёл за мной.
- Знаешь, сложность состояла не столько в том, чтобы сюда попасть. А в том, чтобы пробиться к твоему телу.
- К телу? – не поняла она.
- Ты в коме – как само собой разумеющееся, сказал Максим.
- Я в коме? – нахмурившись переспросила она.
- Да, ты лежишь в такой стеклянной капсуле, на каком-то навороченном лежаке, в этой же больнице.
- А с тобой тогда что?
- Наверное без сознания валяюсь рядом с тобой. Просто обычно, когда я вхожу и выхожу из Кошмара, в реальном мире, не проходит даже мгновения. Наверное именно поэтому ты не могла видеть сюжетов моих Кошмаров. Они словно вне времени или что-то вроде этого.
- Подождииии … - отстраняясь от него, с улыбкой посмотрела она на Максима - … тебя наверное, мама с папой не пускали ко мне?
- Добавь ещё целую армию вооружённой охраны и ты получишь точное представление о том, через кого мне пришлось пробиваться.
- Серьёзно? – спросила, явно получавшая удовольствия от беседы, улыбающаяся Лиля.
- Ага. Познакомился я сначала с твоим папой, после того как доставил тебя в больницу, где и сказали, что ты в коме, и с твоей мамой, перед тем как сюда попал.
- И как они тебе? – чуть ли не смеясь спросила Лиля.
- Добрейшей души люди – очень выразительно сказал Максим, смотря в её уже смеющиеся глаза.
Лиля закатилась откровенным смехом, снова подаваясь в его объятия и продолжая смеяться.
- Отец твой сразу пожал мне руку, утверждая, что теперь он мой должник до конца дней своих.
Лиля, держась за живот, согнулась, буквально повалившись ему на колени от смеха.
- А твоя мама, чуть ли не расцеловала меня при всех, в благодарностях за то, что я пришёл за тобой. На немой вопрос о белом коне, пришлось объяснить, что увидев высоту здания и ступеньки, он повалился на пол, отказываясь идти, а в лифт он не помещался.
Её радости словно не было предела. Смех был такой звонки, такой радостный и такой искренний что Максим сам по неволе стал немного смеяться. Вдоволь насмеявшись она приняла сидячее положение и посмотрела на Максима.
- Нет а серьёзно, что они сказали? – спросила она не теряя радости в настроении.
- Ты же вроде экстрасенс, разве ты уже не знаешь этого?
- Нет. Оказавшись здесь, я поняла что здесь я обычный человек. Вообще ничего особого не могу. Здесь, эти возможности словно выключены.
- Ну тогда не буду портить тебе сюрприза. Вернёшься, сама всё узнаешь.
- Ну блин – слегка ударив его, игриво возмутилась она.
- Нет, нет. Как я могу о таких Божьих одуванчиках говорить что-то плохое.
- Похоже был полный трендец, раз ты так их описываешь.
- Ты преувеличиваешь – как бы разочарованно сказал Максим – Тебе надо думать о них лучше.
Лиля снова упала в его объятия, любуясь костром.
- Ты мой супер-герой, раз просто сумел ко мне пробиться – очень серьёзно сказал она.
- Почему ты на это сделала такой акцент?
- Не хорошо такое говорить о родных, но хочу что бы ты просто понимал, с какой семьёй ты имеешь дело. За моими родными, причём за каждым из них, числиться не один труп.
Настроение Максима упало.
- Я им не рассказывала что знаю и они не
