сквозь время, но… Честно говоря, я предпочёл бы, чтобы этот дар к тебе не возвращался.
– О чём ты говоришь, Тамран! Ведь…
– Да, я знаю, нам так легче воевать, – с лёгкой досадой перебил Тамран. – Но мы же не намерены воевать всю жизнь.
Какое-то время они молчали, блаженно растянувшись на тёплом камне. Туман клубился над водой, словно пар. Когда Тамран заговорил снова, голос его звучал нерешительно.
– Ариэна, я давно хотел тебя спросить… Ты только не думай, я не из тех, кто смотрит на жену, как на самку, которая должна дать приплод… Родись у нас ребёнок, я бы, наверное, жутко ревновал тебя к нему. Ты же знаешь, какой я эгоист. Ни с кем не хочу тебя делить. И всё же я хотел спросить… Пророческий дар действительно обрекает избранницу на бесплодие?
– Не знаю. Среди аранх пророческим даром обладают только бесплодные особи, а у людей всё сложнее. Каэна говорила, что колдунье гораздо труднее забеременеть, чем женщине, не обладающей магической силой. И чем больше колдунья использует силу, тем меньше у неё возможности родить ребёнка. Если же избранница всё-таки становится матерью, её магическая сила уменьшается. И особенно это сказывается на способности предвидеть. Именно поэтому многие аранхины-пророчицы предпочитали безбрачие. Некоторые, конечно, заводили любовников, но делали всё возможное, чтобы не понести. А если это всё же случалось, спешили избавиться от плода.
Ариэна думала, что Тамран сейчас спросит, как бы в такой ситуации поступила она, но он заговорил о чём-то другом.
Больше она иллюзий не делала, только изредка забавы ради лепила из тумана фигуры, быстро тающие в воздухе. Это было безопасно и не требовало никаких усилий. Обследуя Ди-Милон, они с Тамраном нашли множество чудесных уголков. Больше всего им понравилась маленькая тихая заводь с коралловым рифом. Арилл на Среднем Острове рос вдоль всего берега. В этой заводи его заросли перемежались с зарослями коралла, отличаясь от них только цветом. Арилл всегда был белым, с лёгким голубовато-зелёным отливом. Кораллы же, радуя глаз множеством ярких и нежных красок, напоминали подводный цветник. Сейчас это был цветник с подсветкой – выделяя туман, арилл всегда немного светился. Сидя на выступающих над водой валунах, Ариэна и Tамpaн могли подолгу любоваться игрой красок в прозрачной, пронизанной струями тумана, а иногда и солнечными лучами воде. Каждый раз, когда в игру вступало солнце, коралловый риф превращался в сказочное царство, и Ариэна невольно завидовала юрким золотистым рыбкам, которые чувствовали себя в этом царстве хозяевами. Ариэна с Тамраном иногда ныряли среди рифов, но они были здесь не хозяевами, а гостями. Причём незваными. Им постоянно приходилось быть начеку, чтобы не столкнуться с медузой акинтией, похожей на большой плавающий цветок. Её нежно-лиловые «лепестки» оставляли на теле волдыри, которые проходили не раньше, чем через два часа и здорово чесались. Унять этот зуд помогал лист при6режного растения тапиллус. Его, хорошенько разжевав, прикладывали к ожогу. Хвала Найяре, тапиллус на Ди-Милоне рос по всему берегу.
На Лесном Ариэна и Тамран бывали редко. Этот островок очень напоминал Див-Аранху, и они не нашли здесь ничего необычного, кроме разве что одной маленькой пещерки среди густого сосняка. Её пол и стены покрывал удивительно мягкий серебристый мох, прохладный даже в сильную жару. Однажды они отдыхали там после охоты, оставив подстреленного Тамраном куна возле самого входа. 3анявшись любовью, они не заметили, как какой-то лесной хищник, скорее всего варлок, стащил добычу. Серебристый мох приятно холодил их разгорячённые тела, они пьянели от аромата хвои… И от счастья. Потом они уснули и проспали до вечера. А домой вернулись, когда взошла Гиамара и на самом высоком холме Среднего Острова засиял призрачный замок.
Иногда они бывали на Скалистом. В подвалах замка сохранились кое-какие запасы – копчёное мясо, вино, соленья, мука и даже сушёные фрукты. Большую часть продуктов Ариэна и Тамран переправили в посёлок. Слуг в замке не было.
– Да сбежали они, – сказал Тэкус. – После того, как пираты отбыли на материк, в гавани оставалось одно маленькое судно. Оно исчезло в тот день, когда мы тебя нашли, Ариэна. Лихана и её дружки догадались, что тебя нашёл кто-то из посёлка. Сначала, наверное, хотели отпереться, если что… Дескать не знаем, как её угораздило. Они же считали тебя мёртвой. А потом поразмыслили и решили удрать. Они же знали, что на Среднем тебя любят, а их могут заподозрить в чём угодно. Покровителей у них тут больше не было, все на материк подались…
Пустой и мрачный Скалистый замок выглядел совершенно заброшенным, но Ариэна поймала себя на том, что ей здесь гораздо уютней, чем в Круглой Башне. Здесь она не чувствовала себя пленницей. Наконец-то появилась возможность изучить этот замок как следует. Однажды, засидевшись допоздна в библиотеке, Ариэна с Тамраном решили не возвращаться в дом на холме. Они легли спать в покоях Ариэны, на огромной кровати, которая так и стояла наполовину заправленная с того злополучного утра. Ариэна сдёрнула запылившиеся покрывало и простыни и постелила чистое 6ельё – оно хранилось в большом сундуке возле шкафа с одеждой.
В эту ночь ей приснилось, что они с Тамраном охотились на Лесном и потеряли друг друга. Ариэна решила подождать его возле их любимой пещерки среди сосен – они договорились в случае чего встретиться там, но на месте пещеры почему-то оказалась древняя гробница, над входом которой можно было разглядеть рельефное изображение восьмиконечной звезды. Герб династии Симерада… В этом склепе покоился прах её последнего представителя. Заметив в глубине гробницы свет, Ариэна осторожно вошла под низкие сумрачные своды. Источником света был огонь, горящий на алтаре. На том самом, возле которого стояли царь Ассеан и аранхина Тимена. Пламя трепетало, бросая оранжевые отблески на пыльные плиты пола. Настоящее пламя на настоящем алтаре… Древнее святилище, изображённое на стене, теперь было продолжением гробницы. Стена исчезла. Картина стала реальностью, и её персонажи ожили. Ассеан первый заметил Ариэну и улыбнулся ей. Это была улыбка победителя – приветливая, благосклонная и.... торжествующая. В этом торжестве чувствовалось что-то зловещее. Ариэна отчётливо видела нить, которую опускала в огонь возлюбленная Ассеaнa. Да это 6ыла не нить, а целая верёвка… Или нить Маттар?! Вот она вспыхнула огнём и превратилась в молнию. Вернее, в огненную змею, и эта змея с шипением устремилась к Ариэне. Дверь гро6ницы оказалась запертой снаружи, у Ариэны не было ни нити Дамеи, ни арилла, и она чувствовала, что попала в ловушку.
