— Добавляйте Саргу, — колко глянул на магов Ольсен, — а он бросит Весе.
Княжна уже почти открыла рот, чтобы объяснить деду тщетность его опасений, она уже сама подумала о защите, вложив в фантомов приказ не допускать попыток нападения. И на саму себя, и на прочих собратьев, получивших таких же фантомов. И даже, хотя и посмеивалась тогда над собственной бдительностью, связала всех созданных фантомов неким подобием родственного чутья.
Но снова смолчала, решив на этот раз поверить собственной интуиции. Ведь среди этих магов есть те, кто считал действия Трофимуса правильными, и эти маги могут попытаться вернуть крепость и ее обитателей на ту развилку, с какой события покатились в неожиданную для них сторону.
Жители крепости начали подходить группами и поодиночке, и сначала чародеи подводили их к Тирою, задававшему каждому сородичу несколько обычных, вежливых вопросов. Затем все устраивались на принесенных магами стульях и скамьях и начинали с интересом изучать новичков, державшихся обособленной кучкой. Даже не догадываясь, что молча разглядывающая их серьёзная чародейка, сидящая между воинов, безостановочно работает, награждая каждого из них собственным лекарем и защитником. Необычное вторжение чужой силы заметили только самые сильные маги, но пристально следивший за порядком Саргенс тотчас успокоил их ободряющей улыбкой.
Наконец помощники главы совета, проверившие каждый дом, подали условный знак, означающий, что все до единого обитатели Южина собраны на поляне.
— Мы вас собрали, — шагнув вперед, Тирой строго оглядел разномастную толпу и веско заявил: — чтобы сообщить очень важные новости.
Жители крепости вмиг насторожились, нахмурились мужчины и подростки, поторопились подтянуть к себе и приструнить расшалившихся детей женщины, и на всех лицах застыло смятенное ожидание. Наверняка нечасто магистры баловали своих сородичей вот такими собраниями, с огорчением сообразила Веся. В клане Куницы Радмир устраивал подобные сходы не меньше двух раз в месяц, и народ обычно загодя знал, о чем пойдет речь. Да и собирались все охотно, ещё до последнего звона колокола на городской площади, возле главного храма, уже гуляли толпы народа, ожидая момента, когда распахнутся широкие двери.
Неплохо бы и нам завести такой порядок… когда построим себе дом, еле слышно вздохнула куница и решила позже поговорить об этом с Дестом. Она повернула к мужу голову, уже привычно ожидая встретить нежный взгляд зеленых глаз, и с легкой досадой обнаружила, что ястреб неотрывно смотрит куда-то в сторону жителей Южина. Веся заинтересованно проследила за взглядом любимого, и внезапно ее сердце больно кольнула незнакомая прежде обида — княжич глаз не сводил с одной из нарядных женщин, одетой по обычаю ястребиц.
Что и говорить, эта чародейка была видной женщиной, мгновенно отметила про себя Веся, рассматривавшая незнакомку так же внимательно, как Берест, но не столь откровенно.
Именно таких молодиц в первую очередь выбирали в жены самые завидные женихи клана куниц, аппетитно пышных, белокожих, с холеными руками и уверенно-величавыми лицами. Да и мужчины других кланов ничего не имели против румяных прелестниц, уж кому как не целительнице это знать.
— Откуда тут вон та женщина? — пользуясь тем, что внимание всех собравшихся было привлечено к рассказу Тироя о битве со степняками, тихо поинтересовался в этот момент Берест у стоящего рядом Саргенса, указывая ему взглядом на ястребицу.
— Это жена Трофимуса, — нехотя буркнул тот и неожиданно пристально глянул прямо в глаза Весе.
Куница тотчас отвела взгляд, делая вид, будто вовсе не интересуется их разговором, но обмануть чародея ей не удалось.
— Подвинься, — магистр внезапно решительно потеснил ястреба к жене, — посижу хоть пять минут.
Княжич беспрекословно отодвинулся и осведомился ещё тише, давно ли она тут?
— Почти три года, как он ее привез. — Взгляд чародея стал таким же задумчиво-заинтересованным, как у Береста, и Ольсен, сидевший на соседней скамейке, начал подозрительно на них коситься. — А почему ты спрашиваешь?
— Потом объясню, — отмахнулся княжич, и не подозревая, что своим нежеланием ничего объяснять поворачивает застрявший в сердце жены острый нож.
— Сейчас, — уперся Саргенс, — Тирой тут и без нас обойдется, не волнуйтесь. Идем. Эвеста, ты с нами.
Куница только зубы стиснула сильнее, идя рядом с задумавшимся о чем-то Дестом. Вот давно она подозревала, что учитель умеет подслушивать мысли… или чувства, а теперь и тени сомнений не осталось. Но одно дело — знать чужую тайну, а совсем другое — распоряжаться ею как собственной. И если Сарг попытается сейчас хоть словечком выдать ее Бересту, Веся терпеть не станет. Каждый человек имеет право на личные секреты… особенно если это касается его самых сокровенных чувств.
— Вот тут посидим, — вывел их чародей к скрытой в кустах жасмина уютной деревянной беседке с чисто выскобленным деревянным полом и накрытыми вязаными ковриками скамьями.
Наверняка женщины Южина любили посидеть тут в жару или укрыться от дождя. Да и влюбленной парочке такое местечко наверняка тоже по нраву пришлось бы… только не видела тут пока Веся никаких влюбленных пар.
— Рассказывай, — строго уставился на княжича чародей, — откуда знаешь Анфею и отчего она тебя так интересует?
— Встречал в Сером гнезде, — виновато покосившись на жену, хмуро вздохнул тот.
Очень уж не хотелось посвящать Весю во все прошлые приключения, но и уклониться от ответа уже не получится. Зря он вообще затеял этот разговор при ней, нужно было позже поговорить с Саргом наедине.
— Вот вы где, — раздвинув ветви, шагнул на тропку Ольсен. — Что случилось?
— Пока ничего, — рассердился Берест, — но если ты, дед, не перестанешь следить за мной, как за маленьким, то непременно случится.
— А кто тебе сказал, будто я за тобой слежу?! — с ядовитым изумлением вытаращился на него Ольсен. — Плюнь тому в глаз! Я за дочкой приглядываю!
— Какой ещё дочкой? — не понял вначале Берест, потом покосился на жену и с превосходством фыркнул: — Опоздал ты за ней следить! За своей женой я и сам досмотрю!
— Доглядел уже, оттого она и смотрит побитой собакой, — едко отрезал мельник и с неожиданной теплотой погладил Весю по плечу. — Не переживай так, дочка, ты ошибаешься. Я эту историю наизусть знаю, сейчас сам тебе объясню.
— Дед! — возмутилась теперь уже Веся. — Ну вот кто тебя просил…
— Матушка твоя, Кася, значит. Уже весь бок у меня синий, как шпыняла, — устроился рядом с куницей мельник, не обращая внимания на нахмурившего ястреба, — так, значит, слушай…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
