висящие повсюду, разбрасывали приглушенный красный свет, из-за чего сами стены казались красными. Большую часть пространства занимали красные бархатные диванчики и кушетки, превращая место в огромную лаунж-зону, где можно отлично отдохнуть и поразвлечься.
Столы здесь тоже были — застеленные алыми парчовыми скатертями, большие и крепкие, на каких организовывают шведские столы при отелях и ресторанах. Однако вместо тарелок с едой на них в обильных количествах стояли бутылки с алкоголем, хрустальные бокалы и прозрачные вазочки, где вперемежку со спелыми красными яблоками сверкали разноцветные квадратики презервативов. Каждой деталью интерьер больше напоминал бордель или клуб где-нибудь в Квартале красных фонарей, чем студенческую вечеринку.
— Ты же здесь в первый раз, — Марко прихлебнул из своего бокала с мутной жижей. — Тогда пей больше, а то сил на всех не хватит!..
Заглушая все разговоры, по залу летала музыка, одновременно расслабляющая и заводящая — идеальная для приват-кабинки стрип-бара или массажного салона, где под такую же мелодию можно получить минет. Довершая картину, по полу неспешно клубился красный дым, делая пространство почти потусторонним, словно само это место было иллюзией или сном, в котором можно себе позволить что угодно. Все вокруг: цвет, звуки, мебель — было организовано так, чтобы навевать мысли только об одном. Даже покрытые скатертями столы казались похожими на расправленные постели. Такое ощущение, что кто-то специально позаботился, чтобы сподвигнуть гостей здесь потрахаться. Уродливая «А» на руке назойливо зачесалась, будто это было волшебным словом, думая о котором, я получал жуткий зуд.
— Каждый раз после этого бала член еще неделю болит! — Марко снова прихлебнул из своего бокала. — Девчонки здесь вообще ненасытные! Но, поверь, оно того стоит…
Зуд на запястье уже становился невыносимым. Стараясь не расчесывать кожу, я огляделся по сторонам. Девчонки в нарядных платьях были повсюду, как яркие конфетки щедро рассыпанные по залу, которыми мог угоститься любой желающий. Попивая из бокалов, они бродили среди столов и диванчиков, заманчиво улыбаясь, стреляя глазками, ища, с кем бы весело провести этот вечер, и тоже время от времени потирая запястья. Красноту этого бала еще больше подчеркивали красные «А» почти на всех руках.
— В первый раз я тоже такую фигню получил, — Марко показал пальцем на мою метку. — Гарантированный пропуск сюда! Однако на следующий год можешь не париться. Мы, фамильяры, можем приходить и так, — он небрежно взболтал мутную жижу в своем бокале. — Да и не только мы, но и те, кто хотят здесь потрахаться, тоже пройдут без проблем…
Вся эта информация была бы очень интересной, если бы не четыре важных разговора, ради которых я сюда пришел. Однако, сколько я ни всматривался в гуляющих по залу гостей, ни одной из своих девчонок так и не увидел. Я вытянул из кармана смартфон, собираясь позвонить. Кого набрать первой?.. Вопрос вспыхнул в голове и тут же затух, потеряв актуальность. Сеть в этом странном месте не ловила.
— Здесь, кстати, полно фамильяров, — Марко рядом болтал без остановки. — Самый смак, говорят, переспать с фамильяром Лилит! Но они самые разборчивые, сами выбирают… Даже мои навыки, — он с грустью подпер щеку ладонью, — не помогают…
Убрав смартфон, я задумчиво перевел глаза на него. Полно фамильяров, значит?
— А Алгон здесь?
Уж про нее-то он должен знать.
— Ал? — Марко пожал плечами. — Да вроде собиралась, — он огляделся. — Может, еще на другом слое…
— Слое? — переспросил я.
— Ну да, это все райские штучки. Типа праведники и грешники тусят отдельно. К твоему сведению, — он перешел на заговорщический шепот, — это место ближе к аду, чем к земле. Параллельное измерение. Считай, подпространство. И в нашей реальности его, как бы… не существует. Вот такие дела!
Марко сделал большой глоток и, поморщившись, закусил яблоком, которое лежало в корзинке на стойке.
— Хотя я предпочитаю об этом не думать. Ну параллельное, так параллельное. Мне лично это параллельно! Просто еще одно место, где можно клево потрахаться…
Потрахаться… Потрахаться… Потрахаться… Музыка будто заставляла это слово эхом звучать в голове, и в унисон на руке противно зудела метка, то ли наказывая за эти мысли, то ли поощряя им последовать. Красный дым, блуждая по залу, окутывал опоры стойки и ножки стульев, так что пола не было видно — казалось, весь бар построен на облаках, обещая неземное наслаждение всем, кто поддастся соблазну. Если все так, как он говорит, то моих девчонок здесь и не будет. В этой приглушенной красноте, которая, мягко оплетая, будто затягивала в порок, им и не было места.
— И как попасть на другой слой? — спросил я.
— Да просто выходишь через дверь, — Марко кивнул в сторону выхода, — и попадаешь. Только зачем?
Вместо ответа я спустился с барного стула, и ноги тут же утонули в вязком окрашенном дыме.
— Ну пока.
— Пока! — хмыкнув, Марко отсалютовал мне бокалом.
Идя к выходу, я поймал пару игривых, дразнящих взглядов, направленных на меня, и в ответ машинально пробежался глазами по стройным ножкам, обнаженным плечам и откровенным декольте платьев, будто надетых специально, чтобы их кто-то снял в ближайшем туалете. И ведь этим кто-то вполне мог быть я… Вторя мыслям, метка на запястье зазудела еще сильнее. Стараясь об этом не думать, я торопливо подошел к двери, схватился за ручку и нажал на нее. Меня тут же обдало холодом и тревогой, словно это была не дверь, а шлюз в открытый космос, который я ненароком распахнул — и теперь передо мной вместо освещенного коридора, который я ожидал увидеть, была только черная пустота, без начала и конца, способная поглотить меня без остатка.
Музыка мягко постукивала в спину, будто предлагая не глупить, остановиться и развернуться — примкнуть к веселой болтовне, смеху и звону бокалов. Вперед было жутко даже смотреть. Однако, выдохнув, я все же шагнул через порог — и меня мгновенно сжала чернота, оглушая, ослепляя, лишая опоры. Пола под ногами не оказалось. Я словно шагнул к звездам без скафандра, и меня понесло в невесомости все дальше от спасительного света. Дыхание перехватило — вокруг был настоящий вакуум, и воздух со страшной силой вытягивало из легких. Зажмурившись, я стиснул зубы, пытаясь удержать остатки кислорода внутри. А потом, когда уже начало казаться, что легкие вывернутся наизнанку, рядом снова раздался голос Марко Поло:
— Не, это не так работает…
Открыв глаза, я глубоко и резко вдохнул, зачерпывая ртом воздух. Я снова очутился на барном стуле, будто и не покидал его. Все те же девушки бродили по залу, все та же музыка забивалась в голову, и все тот же дым тянулся по полу.
