Глава 88
Несколько дней путешествия, которые ожидали команду Баронов, скучными не выходили даже в теории. Абсолютно каждый, даже братья и Пандора были заняты делами, которые надумали себе еще с небесного острова. Кто-то начал делать разные конструкции из ракуш, кто-то сосредоточился на растениях, а кто-то на тренировках. Хатиман же вынужден был взять одновременно четыре немного разных занятий, которыми занимался он все же в разные периоды пути.
Изначально пришлось заняться созданием и оттачиванием нового, магнитного стиля.
Как и с режимом парения, под действием препарата создать сам стиль было делом одного дня, в течении которого пришлось лишь ставить опыты и повышать знания, ведь ни книг, ни еще какого-либо источника информации о магнитах не было. Даже Либал помочь не мог. Зато в конце концов появились возможности манипулировать магнитными полями.
Правда после этого опытов стало еще больше. Приходилось узнавать, как влиять на сами магниты, железо или другие предметы. Как притягивать и отталкивать, как все эффекты усиливать, и в конце концов, как это направление тренировать. И в тот же день, в который удалось научиться самому магнитному стилю, тогда же удалось узнать и все тонкости, из-за чего в конце концов Хатиман мог сказать одну истину. Это было сильнее, чем стиль света.
Даже сами основы, самые первые способности могли показать действительно полезные возможности, и в конце концов потенциально он был куда эффективнее, а главное – разнообразнее. Собственно, после создания стиля, Хати и взялся за увеличение этого самого разнообразия, и усевшись на палубе, стал ждать шторм.
Громоотвод уже был построен, и поставлен на безопасное место, чтобы случайно ничего не сгорело. И долго смены погоды в открытом море ждать не пришлось. На небе появились тучи, начался сильный ветер и образовались крупные волны, и в конце концов начали мелькать молнии. Построенный же громоотвод достаточно быстро приманил одну бешенную дугу электричества. А потом и еще одну.
А пока Бароны вздрагивали от громких звуков и ярких вспышек на корабле, Хатиман просто весь шторм простоял около громоотвода, следя за тем, как вели себя магнитные поля. Именно на их основе и необходимо было создать новое направление. Благо много времени, чтобы осознать, как все сделать, не потребовалось. После небесного острова уже имея некоторые мысли о молниях, навык приобрелся еще быстрее, чем сам магнитным стиль.
И хоть и слабо, но Хати смог создать разряды прямо из своих рук. Сила этих самых разрядов напрямую должна была исходить из силы магнитного стиля, из-за чего развивать их отдельно даже было нельзя, что в глазах Хатимана и было самой необходимой вещью. Попросту не выгодно распыляться на много разных направлений, важно было выбирать самые перспективные, а главное те, которые могли работать и с другими его навыками.
Правда даже так, Хатиман вынужден был заниматься не только стилем магнетизма, а еще и несколькими полезными направлениями. Одно из них – биологическое оружие, над которым за пару дней Оскар смог провести пару не долгосрочных экспериментов.
И Хатиман, который услышал лишь о паре неординарных результатах, захотел провести опыты уже на себе.
Словно не думая об возможных действительно серьезных последствиях, или же о том, что эксперементуемые животные выходили после эксперимента полумертвые, он без малейших мыслей о последствиях применил разрабатываемый препарат на себе.
В самой его сути, как он успел узнать из пары слов Оскара, лежало усиление того адреналина, который вырабатывался организмом. Ну и конечно под препаратом он начинал вырабатываться автоматически. Только вот выработка была экстремальной, что в глазах Оскара было самой большой проблемой. Но не в глазах Хатимана.
Как следствие, почувствовал он после применения препарата такой прилив сил, который не ощущал даже при нахождении на грани смерти, а главное он был в сотню раз сильнее того, что выработать мог он лично своим стилем. Тем не менее, применил препарат он только для того, чтобы взять эту способность под контроль. Правда в целях Хатимана не было желания научиться у этого самого препарата, как самому вырабатывать более сильный адреналин.
Это могло быть разве что сторонним подарком, от которого отказываться он не стал. Попросту в главную очередь он хотел, чтобы тело мутировало. А чтобы мутация была более безопасной…нужно было сначала научиться подавлять адреналин.
- Тх… - Сидя на коврике и держа сильно подрагивающие руки на коленях, Хати медленно выдохнул, и приоткрыл свои сильно сжатые веки. Тело действительно ощутило последствия. Только не от самого адреналина, а от эксперимента, который был проведен на теле. Впрочем, парня это даже не заботило, и он уставился вновь на доктора, - Есть еще?
- …П-прости, что? – Только через пару секунд смог задать он вопрос в ответ, преисполненный безграничным шоком, - Ты от первого сейчас полумертвым будешь, какой еще!? Или он вызывает настолько сильное привыкание, что ты уже начал с ума сходить?
- Мне казалось ты был бы рад провести такой опыт, - Невыразительно проговорил Хати, пока его тело стало на глазах приходить в норму. Зрачки становились обычными, руки перестали подрагивать, что не скрылось от глаз Оскара, который пытался внимательно за всем следить. Это же вновь привело его в ступор, - Послушай, ты видимо такой же невнимательный, как и слепой человек, но причинять вред себе без необходимости, я бы не стал.
- …Ты вколол препарат, который только разрабатывается.
- Чтобы научиться избавляться от его эффекта, - Хати показал своим взглядом улыбку, - Я готов пойти на многие вещи, чтобы приобрести хоть и кратковременный, но очень высокий стимул. Если бы я был на грани смерти, я бы захотел стать лучше, чтобы спастись, - От чрезвычайно спокойного, и в какой-то степени даже немного безумного голоса, Оскар широко раскрыл глаза, - Ведь знаешь, ставя такие опыты, можно даже случайно узнать какая в людях скрытая способность. Я не безрассудный, просто знаю, что смогу заставить себя справиться с проблемой.
- …Ты псих.
- Дай мне уже его, - Раздраженно выставив руку, Хати лишь покачал ладонью, и все же заставил доктора задвигаться. Правда в тот же момент, как в его руку легло несколько шприцов, и Хати уже приставил один к руке, как…он же снова уставился на Оскара, - Я думаю нужно создать общий препарат. Тот, который вы влиял на выработку совершенно всех гармонов.
- Чт…а нахер тебе это нужно!? – Оскар вновь пришел в искренний шок, - Я могу понять адреналин, но не все гормоны же, психопат. Ты знаешь, что не все из них могут быть полезны? Знаешь, что будет с твоим телом, если они все разом начнут вырабатываться? Ты говоришь, что не делаешь плохо для себя, но я буквально слышу слова, перевод который означает – я хочу себя жестко захуярить! Боже, ты…
- Если препарат будет работать так, как я думаю, это лишь сделает меня лучше. Как я говорил, я смогу все подавить. Главное сделай, и не неси больше эту ересь, – Окинув Оскара тяжелым взглядом, Хати все же вколол препарат, и закрыл глаза. Правда мысль одна из головы так и не ушла. Мысль о мутации, которая как он надеялся, все же последует после активного применения препарата.
