— Конечно прав. Если Семёну Марковичу никто не соизволил рассказать про великий потоп, что случился в начале прошлого века, когда множество городов мира, чуть ли не по самые крыши водой смешанной с донным илом, морским песком и грязью затопило, то это совсем не означает, что никакого потопа вообще не было. А приписать к великому потопу прошлого века библейский Ноев ковчег, только несведущий человек может…
— Так. Хватит вам спорить и друг на друга напраслину наговаривать, — остановил я Ивана, а потом задал вопрос второму спорщику: — Семён Маркович, вот ты сейчас у самых вершин власти обретаешься, в самой Москве проживаешь, так скажи мне, пожалуйста, ежели сие конечно не секрет. Слухи, что нынче гуляют по рынкам и базарам, «о скором запрете всех артелей», имеют под собой основание или нет?
— Я понял тебя, Демид Ярославич. Мой ответ будет «нет». Такие слухи уже давно троцкисты распространяют, да сторонники Каменева с Зиновьевым, но ты не переживай, мы эту вражескую гнилую пропаганду скоро по всей стране выведем. Понимаю что ты всей душой за вашу охотничью артель переживаешь. Так вот, запомни, товарищ Сталин всегда поддерживал артельное движение в стране, и впредь будет поддерживать. Так что, от советской власти вам не стоит ждать каких-то неприятностей. Трудитесь спокойно и помните, что продукция вашей промысловой артели всегда будет востребована.
— Благодарю за добрые слова и пожелания, Семён Маркович. А сейчас я вас оставляю. Мне надобно над артельным отчётом немного потрудиться.
О чём дальше вели разговор Семён Маркович с Иван Иванычем мне неизвестно, так как я с заново заполненной чашкой горячего чая ушёл трудиться в комнату поселянского старосты.
* * *
На третий день после отъезда моих детей и внуков, Ванечка предложил мне вместе сходить на дальний урман поохотиться. Артельный отчёт у меня был закончен, поэтому я сразу согласился. Собрались мы быстро и на двух лошадях отправились на охоту. Лошадок мы взяли исключительно потому, чтобы они на обратном пути тащили волокуши с охотничьими трофеями. Помимо запасов мяса для нашего дома, нужна была добыча для деятельности нашей промысловой артели, так как подходил срок подготовки очередного продовольственного обоза для властей города и деловых товарищей Иван Иваныча.
Когда мы удалились от нашего поселения примерно на три версты, к нам присоединилась Урчана со своим кошачьим семейством. Рысям нравилось ходить с нами на охоту, ибо они знали, что голодными никогда не останутся. Вот такой дружной компанией мы направились по старой лесной дороге, вокруг большого болота, в мои охотничьи угодья возле сопок на дальнем урмане.
Район дальнего урмана. В Алтайском Белогорье.
Расположившись на давно облюбованной полянке, мы с Иваном сначала напоили, а потом стреножили наших лошадок, предоставив им возможность отведать свежей лесной травки, а сами разошлись в разные стороны расставлять охотничьи ловушки и ловчие петли.
Урчана как всегда отправилась со мной, а её подросшее потомство решило сопровождать Ванечку. Рысята уже давно подружились с моим младшим сыном, и теперь отправились с ним, в ожидании каких-нибудь интересных игр на свежем воздухе и свежей зайчатины.
Урчана убежала вперёд в поисках добычи, а я неспешным шагом пошёл вслед за ней. Удача мне улыбнулась на кем-то проторенной лесной тропинке, едва я отошёл от нашей полянки на три или четыре десятка шагов. Из разросшегося кустарника дикой смородины, на лесную тропинку выскочил хоть и молодой, но довольно упитанный кабанчик. Увидев меня он замер на несколько мгновений. Мой надёжный «Винчестер» как всегда не подвёл, хоть я и выстрелил на вскидку. Мне хватило всего одного патрона, чтобы навсегда утихомирить этого любителя желудей.
Когда я подошёл к лежащему на тропинке кабанчику и начал осматривать его, из кустарника выглянула довольная мордочка Урчаны. Это она нашла лесного любителя желудей и погнала его в мою сторону. Осмотрев тушку я заметил, что пуля угодила кабанчику прямо в левый глаз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дотащив нашу добычу до полянки, я сразу же принялся за её разделку, а довольная Урчана улеглась рядом наблюдая за всеми моими действиями. Едва я закончил с разделкой кабанчика, то сразу запалил два костерка. Один совсем маленький, чтобы была возможность вскипятить воду, а второй побольше, чтобы после, когда он прогорит, пожарить мясо на углях. Я так увлёкся делом, что даже не заметил, как на ягодной полянке появился мой Ванечка, в сопровождении молодых рысей. Увидев встревоженный взгляд сына, я сразу же спросил:
— Что случилось, Иван?
— Когда я расставлял ловушки, — ответил мне Ванечка, — то недалеко от сопок я заметил около двух десятков чужих людей, отец. Похоже, что они там чего-то или кого-то усердно ищут. А когда я услышал тихий отзвук выстрела твоего «Винчестера», то решил скрытно вернуться к нашей полянке. В зарослях молодого кустарника я совершенно случайно заметил ещё одного человека. Он весьма удачно спрятался в кустарнике, и очень внимательно следил за чужими людьми. Мне со стороны даже удалось разглядеть его лицо.
— И что тебя так встревожило?
— Меня встревожил взгляд того человека, что следил за чужими. В его взгляде было столько решимости, словно он готовился уничтожить всех чужаков находящихся возле сопок, хотя рядом с ним я никакого оружия не увидел. Я вот ещё что приметил, отец. Тот человек был сильно похож на пропавшего несколько лет назад деда Ярослава. Вот только, выглядел тот человек, что спрятался в кустарнике, намного моложе. Ярославу Всеволодовичу нынче бы девяносто пять лет исполнилось, а тот человек выглядел всего лет на тридцать-сорок.
Услышав последнее пояснение Ивана, я отправил его с большим котелком набрать воды из лесного родника, а сам, подбросив сушняка в оба костра, присел на старое бревно, принесённое на полянку прошлым летом, и ненадолго задумался. Насколько я знал, мои отец с дедом, а также Мирослав Кузьмич, только по ночам проходили через порталы. Назад, на базу наблюдения, они возвращались также в ночное время, чтобы никто посторонний их даже случайно заметить не мог. Если мой Ванечка действительно увидел своего очень сильно помолодевшего деда, то сразу же появляются три вопроса.
Первый вопрос. Почему мой отец днём находится недалеко от пещеры с порталом? Вопрос второй. Что за чужаки появились возле сопок дальнего урмана и чего они там вообще ищут? И наконец третий вопрос. Почему мой отец решил проследить за пришлыми чужаками, и даже готов их уничтожить, если верить словам Ивана?
От размышлений меня отвлёк Иван, принёсший полный котелок с водой и поместивший его над малым костром.
— Отец, мы будем выяснять, что за люди возле сопок появились?
— Пока мы ничего выяснять не будем, Ванечка. Не для того мы сюда прибыли. Сейчас мы с тобой займёмся наиболее важными делами. Я подготовлю мясо для жарки на углях, а ты, вон из тех кустиков достанешь деревянное корыто, — я показал рукой сыну на кусты дикой смородины, — и натаскаешь в него воды вторым котелком. Напоишь сначала наших лошадок, а потом семейство Урчаны. Затем обиходишь, и как следует вымоешь лошадей, чтобы лесные слепни их не кусали. Только не забудь родниковую воду с кипятком в деревянном корыте перемешать, перед тем как начнёшь поить животину и рысей. К тому времени, как ты всё сделаешь, я уже приготовлю для нас горячий обед.
Когда я закончил жарить мясо кабанчика и приготовил взвар в малом котелке, Иван успел закончить все порученные ему дела. Вся требуха и большая часть тушки кабана, оставшиеся после разделки добычи, была отдана нашим рысям. Они растащили свои доли по ближайшим кустам, и вскоре из них стали раздаваться довольные звуки рысьего чавканья. Для себя с сыном я оставил лишь самые лакомые и нежные кусочки. На два-три дня нам зажаренного вполне хватит, а там мы охотой ещё кого-нибудь добудем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Едва мы с сыном приступили к обеду, как мне пришло мысленное сообщение от Урчаны.
