Когда Эгерт выложил мне свою версию событий под пиво и креветки, я сперва чуть не захлебнулась, потом долго откашливалась, потом никак не могла проржаться. Глянув на него, снова давилась хохотом, и так в круг не меньше шести раз. Потом меня все же попустило.
- Знамя? Я? - хохотнула я в ответ. - Скорее носовой платок, чтобы сильнее не сказать. Меня же разменяли все, кто дотянулся. Ну ладно, хорошо, с тобой у нас получилось по крайней мере обоюдно, так что я не в претензии, как, надеюсь, и ты.
- Ты хочешь сказать, что я тебя использовал? - Эгерт снял очки и принялся протирать их салфеткой.
- Как и я тебя, - сказала я, с удовольствием глотнула пива и, отставив бокал, потянулась за креветкой. - Я ведь только что сказала, мы квиты. Эгерт, мы же оба знаем, у этой игры такие правила. Ничего личного, все нормально. И вообще... Ты хотел писать о князе, и вдруг такое заявление.
Эгерт положил очки на стол.
- Прежде всего, я хотел писать правду. И продолжаю хотеть. Говоря о Димитри да Гридахе, нельзя сказать "появился вдруг" или "пришел из-за звезд, как все остальные".
- Да, правда, - согласилась я. - Он пришел не как остальные, а по просьбе императора отправился разгребать непонятную опасность.
- Вот-вот, - кивнул Эгерт, взял очки со стола и снова принялся их протирать. - А за опасность принял тебя.
- Я старалась, - хмыкнула я, чистя креветку.
- Я знаю, - сказал он серьезно. - У тебя были причины.
За грудиной не то чтобы заболело, но потяжелело и стало холоднее.
- Давай без пафоса, а? - предложила я. - Взрослые ведь люди.
- Давай, - согласился он и вернул очки на их обычное место. - Ты говоришь, что тебя разменяли все, кто дотянулся, включая меня. Можешь перечислить очередность и характер разменов?
Я пожала плечами и потянула с блюда еще одну креветку.
- По-хорошему, надо начинать с родителей, но они, пожалуй, единственные не получили с этого никаких выгод, кроме обеспеченных мной же. Ну тогда... получается, что первым, кто меня разменял, было созвездие Саэхен.
- Что? - спросил Эгерт и все-таки уронил очки.
- Ты же не думаешь, - усмехнулась я, - что сааланский специалитет мне дали после суда в качестве компенсации за доставленные неудобства?
Конечно, он думал именно так. И не знал ничего ни про отношения сайхов и саалан, ни про роль сайхов во всей истории, завертевшейся вокруг края. Пока я объяснила ему хотя бы основное, мы выпили по полтора литра пива на нос, прикончили всех креветок, заказали цыпленка на сковородке и обглодали его дочиста, перешли на штрудель с чаем и допивали второй чайник, когда Эгерт решительно сказал, что на сегодня ему хватит сведений.
Когда я вернулась - немножко под мухой, сытая и благостная, - Вив спросила меня по-саалански запросто, не от любовника ли я такая довольная.
- А что? - напряглась я.
Она улыбнулась:
- Если я угадала, скажи ему спасибо. Приятно видеть тебя такой.
- А, - хмыкнула я. - Опять меня сватаете. Понятно.
- Алиса, - вздохнула сестра по обетам. - Это, в конце концов, ненормально. Я понимаю, ты сильно любила...
- Почему любила? - удивилась я. - Люблю.
Вив вздохнула, развела руками, покачала укоризненно головой - мол, медицина империи тут бессильна, - и отстала от меня. До следующего раза, видимо. Но в отличие от нее, я знала, что следующий раз будет не скоро. Да и выпить с Эгертом в следующий раз мне светит не раньше зимы, а еще только апрель. Мы на днях должны были начать новую часть проекта.
Лето в Озерном крае очередной раз оказалось совершенно бешеным, но для разнообразия в хорошем смысле. За фейерверком новостных поводов культурно-глянцевого свойства цели наместника были почти не видны. Нормальному аналитику. Но находясь в шаге от центра, не заметить, куда разворачиваются события - исподволь, незаметно и необратимо, - можно было разве что совершенно не зная князя. Дейвин да Айгит успел неплохо узнать своего сюзерена за семь десятков сааланских лет. Поэтому примерно тогда, когда весь город начинал глядеть в сторону домов отдыха, съемных коттеджей, пляжей и загородных парков, он появился в офисе своего мотоклуба и без обиняков объявил:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Князь Димитри уйдет из края не позже чем через год.
- Куда? - поинтересовался Перец.
- Обратно за звезды. На Ддайг.
- О как, - отреагировал Валькирыч. - А ты?
- А я останусь тут, - улыбнулся Дейвин. - И жену привезу.
- А тут жениться не будешь? - спросила Марго. - А то князь твой аж двоих пытается увезти.
- А зачем мне тут еще жениться? - удивился граф. - У меня таких сложностей, как у него, нет.
- Это что же за сложности, из-за которых мужику нужны аж три действующих жены? - Марго была настроена прояснить для себя сложный вопрос, не слишком заморачиваясь на этикетные мелочи.
Дейвин смирился с судьбой и начал объяснять.
- Князю нужен сын. И не просто сын, а одаренный, иначе судьба Заморских земель так и будет зависеть от него одного, а это не дело. Умирают даже внелетние маги, а ддайг не примут другого вице-императора, если он не будет одной крови с князем. Ребенок Инги, подруги князя - единственный рожденный от него мальчик, сумевший выжить. Этому ребенку предстоит наследовать Заморские земли, других прямых наследников для Ддайг у князя нет. Во всех браках у него рождались только дочери и только смертные, а в Заморских землях нужен одаренный мальчик с кровью князя. При этом Дар у нас значит не меньше, чем у вас тут власть, точнее, без Дара у нас не бывает власти.
- Внебрачные дети у вас не наследуют? - спросил Белый.
- Георгий, у нас не бывает внебрачных детей, - терпеливо вздохнул граф. - Бывает ребенок двоих родителей и ребенок одного родителя. Людям, не успевшим заключить брак или составить брачный договор вовремя, на восстановление материнства или отцовства после родов наш закон дает девяносто суток. А кто не успел - тот опоздал. Можно попытаться снова, и даже в той же паре, но этот ребенок уже принадлежит только одному родителю - тому, кто заявил интерес до зачатия. По закону же считается, что если мужчина не заявлял интерес заранее, а женщина не уведомляла его, то заинтересована в зачатии ребенка только она, а мужчина был настолько проходной фигурой, что мать имеет право даже не сообщать ребенку, от кого он был зачат. Сын мистрис Сааринен, таким образом, будь он хоть пять раз рожден от Димитри, никакого отношения к князю не имеет. Поэтому брак с Ингой князю очень нужен. На основании заключенного брака и генетической экспертизы можно попробовать установить отцовство по суду. Шансы у князя есть, и не маленькие. Не меньше этот брак нужен Фанд. У нее на Ддайг серьезное торговое дело, из-за которого они с князем и заключали брак. Что же до Эльвиры Клюевой, в браке Димитри с ней Фанд заинтересована даже больше, чем сам князь, ведь именно она занимается вопросами развлечений и светского досуга в Заморских землях империи. И естественно для супруги вице-императора иметь постоянный деловой договор с верным человеком, а не обновлять контракты раз за разом, гадая, получится ли на этот раз. Мои обстоятельства гораздо проще. Мне совершенно все равно, будет ли мой ребенок смертным или внелетним магом, дочь это будет или сын. Главное - у нас с Рерис вообще будут дети. Живые и здоровые. Медицина этого мира такое вполне позволяет даже для нас, двух внелетних магов, я уточнял. Может показаться, что наша удача меньше, чем удача князя, но это не так.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Асана да Сиалан поэтому здесь выходила замуж? Ради живых детей? - быстро уточнил Белый.
- Не только, но... В общем, да. Там много всего, но это, пожалуй, главное.
Отвечая, Дейвин был задумчив почти до рассеянности.
- А что еще было? - прилетел вопрос от Глюка.
