что есть за что. Но, знаешь, сегодня культисты, а завтра и еще кто-нибудь.
- Только если эти кто-нибудь будут скармливать живых людей мертвецам, - тихо уточнила Яна. - Вы ведь такие развлечения не практикуете?
- Нет, конечно, - сразу ответила Катя. - Хотя и не спасаем от мертвяков тех, кого не стоит спасать. Надеюсь, Алекса видит разницу.
- Думаю, да, - сказала Яна. - Эй, она вовсе не кровожадный маньяк. Но когда культисты даже детей на арену к мертвым швыряют, тут и у нормального человека рука потянется к оружию.
- Детей?!
- Ага. Они, когда Патриарх приехал, культисты начали гайки закручивать совсем сурово. Кто отказывался присягать культу, казнили целыми семьями. Всех скопом загоняли на арену и мертвецы их жрали.
- Да, есть от чего крышей поехать, - проворчала Катя.
- Ага, но Алекса не сумасшедшая, если ты об этом.
- Я не могу не отметить, что ты сказала "нормального человека", - заметила Катя.
- А, это я про себя, - отозвалась Яна. - Считай, что я просто неудачно выразилась. У Алексы ведь тоже семья была. Муж, две дочки. В первую же ночь она всех потеряла, когда из города драпали. А когда нашла... В общем, пришлось ей самой всех упокоить.
- Понятно, - кивнула Катя.
Такая история для первых дней конца света была, увы, более чем заурядная. Команда Кирилла слышала ее по лагерям беженцев в самых разных, но неизменно трагичных, интерпретациях. Кому-то пришлось упокоить своих, у кого-то не поднималась рука и он или она оставляли обратившихся близких, а кто-то сажал своих мертвецов под замок и надеялся, что рано или поздно к ним придет спасение. Если кто потом и приходил, то только хозяйки за новыми рабами.
- Ну, а потом Алекса вернулась в город и вступила в ополчение, - тем временем продолжала Яна. - Когда пришел культ, они поначалу не зверствовали, даже в друзья набивались, но потом приехал Патриарх и началась новая политика. У нас тут приют был, так ведь никого не пощадили. Алекса когда узнала, ее действительно малость перемкнуло. Она тогда целый патруль культистов вырезала в одиночку. Вот тебе и школьная училка! - Яна хмыкнула, и тотчас поправилась. - Но это касается только культа.
Кирилл внезапно остановился. Яна тотчас бесшумно метнулась в укрытие, утащив за собой замешкавшуюся Катю.
- Что там? - прошептала та, когда девушки оказались в тени полуразрушенной стены.
- Не знаю, - отозвалась Яна. - Но в нашем случае лучше высматривать ответ на твой вопрос из безопасного укрытия.
- И с безопасного расстояния, - тихо проворчала Катя. - Топор доставать?
- Не-а, - ответил Кирилл, присоединяясь к ним. - Это не мертвецы. Я слышал голоса. Похоже, детские.
- Значит, это не наши, - прошептала Яна. - Скорее всего, бродяги, но нам надо быть настороже. Они обычно не любят культ, но здесь всем так или иначе приходится с ним ладить. Могут и сдать.
- Ясно, будем осторожны, - ответил Кирилл.
Укрываясь за стеной, они подобрались поближе к красному дому. Та его часть, что раньше выходила на эту улицу, теперь на ней же и лежала грудой обломков. В этой груде копались двое мальчиков и девочка, все лет десяти на вид. Их одежда выглядела аккуратно - не рваная, без заплаток - но буквально всем своим видом взывала о стирке. С детьми была темноволосая женщина в длинном черном платье. Взгляд Кирилла тотчас сделал его полупрозрачным. Женщина оказалась симпатичной. С высоты второго этажа за ними приглядывал худой мужчина. В руках он держал самодельный лук, а на плече висел расшитый бисером колчан со стрелами.
Один из мальчиков с трудом сдвинул кусок бетонной плиты и радостный возглас возвестил о какой-то удачной находке.
- Точно бродяги, - прошептала Яна. - Культисты свои семьи поближе к центру держат, там безопаснее. А эти тут как живой щит от мертвецов.
- Тогда мой выход, - отозвалась Катя. - Переговоры, это по моей части.
Кирилл кивнул. Катя поднялась, вышла из укрытия и на ходу нараспев протянула:
- Здра-асте!
- В укрытие! - тотчас рявкнул лучник.
Женщина с детьми скрылись в доме. Лучник спрыгнул в пролом в полу.
- Спокойно, мы - почта, - произнесла Катя.
Когда она закончила фразу, в поле зрения уже никого не было.
- Да-а, первый раз вижу такую реакцию на твое появление, - заметил Кирилл.
- Даже как-то слегка обидно, - проворчала Катя. - Я что - монстр?
- Для них любой незнакомец - монстр, - сказала Яна.
- Ладно, монстрики мои, давайте найдем наших и уберемся отсюда, - сказал Кирилл. - Если что, мы почта, и ищем двух отставших членов команды. Ясно?
Яна молча кивнула.
- Ясно, - сказала Катя. - Наши заходили с торца, вон в ту дверь.
От той двери остался только дверной проем. По другую его сторону было так же светло, как и снаружи. Внутри уцелели лишь несущие стены да часть перекрытий между первым и вторым этажом. Кое-где между провалами были переброшены доски. В остальном же большая часть того, что раньше составляло внутренности дома, лежало грудами по первому этажу. Этого мусора оказалось так много, что он выдавил наружу одну из стен и вместе с ней вывалился на улицу.
Дом обшарили быстро. Ни Лены, ни Кристины они не нашли, зато под единственным уцелевшим лестничным пролетом Кирилл натолкнулся на вход в подвал. Вместо двери тут была ржавая решетка. На ней висел замок. Он выглядел почти новым. Кирилл протянул к нему руку.
- Не трожь, стрелять буду! - раздался из темноты подвала мужской голос.
- Спокойно, - сказал Кирилл. - Мы не культисты, мы почтовая команда.
- Нам не нужна почта, - отозвался мужской голос. - Уходите!
- Мы тут не задержимся, - пообещал Кирилл. - Но мы потеряли двух своих, и думаем, что они где-то здесь. Это две девушки. Одна...
- Здесь их нет, - перебил его голос. - Уходите!
- Вы их видели?
- Нет. Уходите.
- По-моему, он врёт, - шепнула Катя, подходя ближе.
Кирилл кивнул. Сам он придерживался того же мнения.
- Послушайте, - сказал Кирилл в темноту. - Мы просто хотим найти своих, и сразу уйдем. Мы вам не враги.
- Вы - враги культу, - отозвался мужской голос. - Этого довольно. Нам не нужны неприятности. Уходите.
