Если бы не осмысленная суета вокруг поезда, Костя бы подумал, что его экипаж взял под контроль кукловод. Уж больно характерным было лицо солдата, которое Костя смог рассмотреть с близкого расстояния. Ведь несмотря на относительно небольшое время, проведенное в Зоне, Костя успел насмотреться на зомби. Но кукловоды никогда не занимались охраной, ремонтом или модернизацией чего-либо. Несмотря на мощные ментальные способности, разумная деятельность этих тварей стремилась к нулю. Максимум, на что они было способны, заставить подконтрольных существ собрать ветки и листья для оборудования мягкого гнезда. Да и не могли кукловоды держать под контролем такое количество людей одновременно.
Солдат тем временем продолжал подниматься на ноги, и взгляд Кости упал на лежащий совсем рядом с рельсами автомат. Риск, конечно, был велик, но желание иметь оружие возобладало. И Костя, высунувшись из-за колеса, схватил автомат, а потом быстро нырнул обратно, с ужасом ожидая криков, а то и выстрелов. Но снаружи ничего не происходило, и, переведя дыхание, он рискнул выглянуть наружу. Солдат, которого он лишил оружия, продолжал свой неспешный путь в сторону леса, даже не заметив, что в руках у него больше ничего нет.
Костя перевел дух, отстегнул магазин, убедился, что в нем есть патроны, понюхал ствол. Судя по всему, из автомата не стреляли. Теперь можно было даже прорываться в лес – вряд ли странный кукловод погонит своих зомби в погоню. А если бы и погнал – догоняльщики из зомби хуже, чем никакие.
А потом в голову ему пришла и вовсе странная мысль. Зомби-наблюдатели могли поднять тревогу, если бы заметили приближение противника откуда-то снаружи оцепления. Если же Костя с автоматом в руках будет неторопливо бродить вдоль вагонов, вряд ли кто-то обратит на него внимание. Оставался риск встречи лицом к лицу с кукловодом, но и здесь у Кости было преимущество внезапности. А три десятка новеньких блестящих патронов в магазине, после почти суток блуждания практически безоружным по лесу, придали ему такой уверенности, словно у него вдруг появилась невидимая непробиваемая защита.
Еще немного поколебавшись, Костя вылез из-под вагона, мысленно обещая себе, что как только увидит удобное место отхода, спокойно и неторопливо уйдет в лес. Увидев заодно все, что происходит рядом с эшелоном, и разобравшись, чем занимаются зомби на платформах с военной техникой.
Несколько секунд он стоял неподвижно, опасаясь, что его рассуждения окажутся неверны, и сейчас кто-то из зомби поднимет тревогу, но все, кого он видел, продолжали заниматься своими делами и не обращали на нового охранника ни малейшего внимания. Тогда сталкер положил автомат на руки так, чтобы можно было в случае угрозы сразу открыть огонь, и медленно зашагал к голове поезда, стараясь имитировать неуклюжую походку зомби. Насколько это имело значение, он не знал, равно как не имел представления о том, как анализируют происходящее вокруг существа, захваченные кукловодом, но решил, что в его ситуации лучше будет вообще ничем не выделяться.
На него действительно никто не обращал внимания. Даже когда рядом один за другим прошли два человека, и Костя напрягся в ожидании разоблачения, не произошло ровным счетом ничего. Миф о том, что зомби моментально чувствуют чужака и обращают на него внимание кукловода, рассыпался в пыль прямо на глазах. Тем не менее Костя продолжал осторожничать и шел только вдоль вагонов, стараясь не отходить слишком далеко в сторону, чтобы в любой момент успеть нырнуть под поезд и убежать в лес с другой стороны от состава.
Вскоре он все тем же неторопливым шагом добрел до платформы и остановился озадаченный. Два человека уже стащили с техники и теперь неловкими движениями пытались свернуть непослушный брезент. На платформе Костя ожидал увидеть бронетранспортер, танк или гусеничный тягач, но вместо этого обнаружил там две бронированные машины, отдаленно напоминающие танк, но похожие на грозную технику не больше, чем облезлый дворовый котенок походит на льва. Кургузая пушчонка, нелепые обводы и не очень-то качественно сделанные катки и гусеницы наводили на мысли скорее о подготовке к масштабной ролевой игре, нежели о настоящем военном эшелоне.
Целый поезд ролевиков? Мысль выглядела настолько абсурдной, что любой горячечный бред по сравнению с ней мог считаться абсолютно достоверной информацией.
Погрузившись в размышления, Костя почти забыл о том, где находится, и продолжал потихоньку двигаться вперед. На следующей платформе он снова увидел точно такие же танкетки, что даже для самых богатых ролевиков было, пожалуй, слишком круто. На третьей же платформе стоял самый настоящий танк. В отличие от танкеток выглядел он абсолютно новым и свежепокрашенным, а его контур показался Косте знакомым. Продолжая медленно брести вперед, сталкер раз за разом пытался вспомнить, где видел эти угловатые формы, но лишь добравшись до конца очередного товарного вагона вдруг вспомнил. Такие танки он видел много раз в детстве. В кино.
Поезд съемочной группы? На фоне прочих мыслей эта казалась уже не такой абсурдной. Нестыковки все еще были, но если принять во внимание все, что творилось с Зоной в последние месяцы, и допустить перемещения больших объектов во времени и пространстве…
Внезапно Костя осознал, что кто-то смотрит на него сбоку. Оттуда, где между вагонами образовалось небольшое пространство, плохо просматриваемое снаружи. Пристальный взгляд был настолько угрожающим, что Костя не посмел поднять автомат, а лишь медленно, чтобы резким движением не спровоцировать нападение, повернул голову.
Прямо ему в лицо смотрел пистолет. А хозяин пистолета показался Косте смутно знакомым. Лысый, лицо сморщенное, бельмо на глазу. Взгляд сам собой скользнул вниз. На руке человека не хватало пальцев.
Хантер!
Костя не думал, что, находясь в окружении зомби и рискуя в любой момент встретить кукловода, может испугаться еще сильнее. Но оказалось, что обнаружить в таком месте врага, которому явно не терпится свести счеты, еще страшнее. Внутри все похолодело, а сердце, казалось, даже перестало стучать в груди. Опер сухо сглотнул.
Хантер смотрел на него ненавидящими глазами и лицо его, искаженное в жуткой гримасе, обещало нечто настолько ужасное, рядом с чем даже смерть казалась легким выходом из положения.
– Боишься? – злобно прошипел он.
Костя мелко закивал, не в силах вымолвить ни слова. А Хантер вдруг шагнул вперед, схватил его за ворот куртки и рывком втянул в пространство между вагонами.
– Значит, не зомби, – с облегчением в голосе сказал он, и вдруг, уронив голову Косте на плечо, затрясся в беззвучных рыданиях.
Если бы все зомби вокруг принялись танцевать танец маленьких лебедей, Опер и то удивился бы меньше.
Он стоял, уставившись в стену вагона, и понимал, что окончательно и бесповоротно сходит с ума. Хантер, жестокий бандит, устроивший годом ранее нападение на бронепоезд с учеными, а всего сутки назад собиравшийся убить и Топора, и самого Костю, плакал как ребенок, совершенно не стесняясь и, кажется, даже уже ничего не боясь.
– Хантер, – сказал Костя наконец, пытаясь зацепиться за реальность, – откуда ты здесь взялся?
– Тихо! – отрываясь от плеча, зашипел на него бандит. Лицо его было мокрым от слез, но теперь его хотя бы не искажала та жуткая гримас злобы, которую Костя увидел несколько секунд назад.
– Если они услышат, это конец, – сказал Хантер, испуганно вжимая шею в плечи.
– Давай под вагон, – решительно сказал Костя. – Они туда не заглядывают, а если и заглядывают, то не видят ничего и не слышат.
Хантер послушно полез за ним и, следуя примеру Кости, уселся спиной к колесу вагона.
– Ты смотри за мою спину, – сказал Костя, устраиваясь с комфортом напротив, – а я буду смотреть за твою. Если кто пойдет – подаем знак и молчим. Людей тут, как понимаю, все равно нет. Одни зомби.
– Бежать надо, – сказал Хантер. – Только сперва убить одного гада. Все из-за него.
– Можешь рассказать по порядку? – потребовал Костя. – Заняться нам все равно нечем пока, а так хоть обстановка будет ясна.
– Кто бы мне сказал сутки назад, что буду в жилетку плакаться липовому оператору – ни за что бы не поверил, – сердито буркнул Хантер.
– Я не липовый, а самый настоящий оператор, – сообщил Костя. – И если бы не ты, никогда бы не оказался ни здесь, ни в твоем лагере.
– Что за фигня?! – вскинулся Хантер, вглядываясь в лицо Кости. – У меня с памятью порядок. Не было тебя среди моих пленников никогда.
– Не было, – согласился Костя. – Но вся моя жизнь из-за тебя кувырком пошла. Может, и расскажу когда-нибудь, но та история не настолько интересна, как твоя. Еще вчера днем ты командовал целой бандой. Что случилось?
