— Конечно, я отправлюсь с вами. Конечно, вы меня защитите.
Он нуждался в поддержке, поэтому Рагнар кивнул ему. Возможно, он не зря беспокоился, ведь этот огромный подземный мир кишел разными опасностями. Может быть, Рагнар не прав в своей чрезмерной самоуверенности. В конце концов, головорезы Братства Света разыскивают их. Волк пожал плечами. Все, что он мог, — приготовиться к худшему. А Космический Десантник всегда готов ко всему.
Глава восемнадцатая
Вернулся брат Малбуриус. Рагнар почуял его беспокойство. Ноздри Хаэгра также уловили этот запах. Гигант уже начал приходить в себя. Священник осмотрел своего недавнего пациента.
— Поразительно, — пробормотал он, — ты уже на ногах.
— От великого героя Фенриса не следует ожидать меньшего, — бахвалился Хаэгр. — Ты принес что-нибудь поесть?
— Что случилось, брат Малбуриус? — спросил Рагнар. — Кажется, ты взволнован.
— Кое-кто исчез из поселка. Может, в этом и нет ничего странного. Они могли отправиться на охоту за пауками.
— А если нет…
— Именно те, кто пропал, — Бэрк, Смите, Тобин и другие — особенно внимательно прислушивались к учению Братства.
— Думаешь, они отправились к зилотам?
— Скажем, я не исключаю такой возможности.
— С тобой ничего не случится, если ты останешься здесь?
— Если они начнут убивать священников, это не улучшит репутацию членов Братства как борцов за благочестивость, не так ли?
Его голос звучал ровно, но Рагнар чувствовал, что он не так уверен, как хотел казаться. Тем не менее этот отважный человек был полон решимости остаться со своей паствой.
— Вам бы лучше отправляться. Путь предстоит неблизкий.
— Ты не хочешь пойти с нами?
— Здесь моя работа, моя паства. Я должен нести им слово Императора.
— Тогда пусть Император бережет тебя, — кивнул Рагнар.
— И тебя тоже, Космический Волк.
— А что насчет еды? — не унимался Хаэгр. — Тут можно подохнуть с голоду.
— Не думаю, что тебе уже можно есть. — Мал-буриус с улыбкой посмотрел на пациента.
— Итак, пытка продолжается, — констатировал Хаэгр.
Священник извлек из мешка караваи хлеба и жареную тушу какого-то таинственного животного, которое сильно смахивало на гигантскую крысу. Хаэгру было все равно. Он с наслаждением вонзил зубы в мясо.
— Приберегите кое-что для путешествия, — заметил Малбуриус. — Это все, что мне удалось собрать.
Рагнар кивнул и принялся проверять свое оружие. Перед тем как ступить на враждебную территорию, не вредно убедиться, что оно в надлежащем состоянии. Хаэгр продолжал есть, а Линус Серпико в смятении наблюдал за этим процессом.
— Как думаешь, что случилось с Торином? Рагнар щелкнул затвором болтера.
— Возможно, он нашел где-то зеркало и любуется собой, — ответил Хаэгр. — Его тщеславие просто непомерно.
По его запаху Рагнар понял, что Хаэгр беспокоится за друга, но не показывает этого.
— Не то что твое, — усмехнулся молодой Волк.
— Моя гордость собственной доблестью совершенно оправдана, — изрек он, громоподобно рыгнул и, не дождавшись ответа, продолжил поглощение пищи.
— Пора отправляться в путь, — сказал Рагнар.
* * *
В узких пустынных тоннелях слышались лишь тихие шорохи. Рагнар знал, что люди наблюдают за ними, пытаясь оставаться незамеченными. Ни в звуках, ни в запахах не было ничего настораживающего. Людей просто беспокоило присутствие чужаков, и Рагнар понимал почему. Они были бедны, голодны и беззащитны. Два огромных Космических Волка, должно быть, очень пугали их. Они с Хаэгром казались им легендарными демонами Ереси Хоруса. Эта странная мысль отозвалась болью в сердце.
— Посмотри-ка на этих крыс, что прячутся по своим норам, — насмехался Хаэгр со своей обычной деликатностью. — Не тревожьтесь, мы не причиним вам зла!
«Твое поведение определенно не улучшит их впечатление о нас», — подумал Рагнар. Почувствовав его осуждение, Хаэгр утихомирился и довольствовался теперь многословными рассуждениями о том, что он сделает, если повстречает фанатиков из Братства Света. В описании разнообразных увечий он проявил недюжинное воображение. Линуса Серпико при этом, похоже, стало подташнивать. И чем хуже он выглядел, тем сильнее расходился Хаэгр. Гигантский Волк явно наслаждался, видя, что внушает ужас маленькому человечку.
Несмотря на похвальбы своего боевого брата, Рагнар все еще беспокоился за него. Прошло всего несколько часов после операции, и гигант был далек от лучшей боевой формы. Он шел медленно, хотя длина его шага позволяла ему не отставать от Линуса Серпико.
Рагнар обдумывал положение. Они находились глубоко под землей, воздух был сырым и пах плесенью. Где-то вдали древние системы кондиционирования еще работали, но атмосфера все равно оставляла желать лучшего.
Повсюду виднелись старинные, ушедшие в почву здания и фрагменты настенных росписей. Когда-то все это было открыто ветрам и солнцу. Вероятно, тогда на Земле еще существовали моря открытой воды, а не ядовитой слякоти. На одной из фресок изображалось парусное судно, которое могло бы бороздить водные просторы Фенриса. Трудно представить, что такое существовало здесь когда-то. Все вокруг дышало невероятной древностью. Рагнар задался вопросом, сколько же ног ступало по этим камням до него, понемногу изнашивая их поверхность. Так много, что и не счесть. Сама история давила на него так же, как и тонны земли над головой. Он чувствовал себя в этом замкнутом пространстве, словно в ловушке, — и не впервые в жизни.
Его беспокойство передалось Хаэгру. Гигант поднял голову и стал осматриваться. По мере их продвижения тоннели сужались, а атмосфера становилась все более гнетущей. В некоторых местах потолок подпирали куски стальных балок и пласкритового лома. Лишь изредка они натыкались на груды камней — следы старых обвалов. То, что их было так мало, свидетельствовало о мастерстве древних строителей. Ни один архитектор на Земле не строил сооружений, не способных выдержать надстройку. Зачем они так делали? — вот в чем состоял вопрос. Почему все эти уровни наращивались веками? Что заставляло людей возводить здания поверх еще пригодных для использования домов, дворцов и магазинов? Рагнар выругался. Любопытство — его беда; так же как голод — несчастье Хаэгра. Он спросил, что думает по этому поводу Линус Серпико. Человечек взглянул на него так, как воробей глядит на ястреба.
— Я не знаю. Скорее всего, это либо из-за перенаселения, либо из-за экономического давления. Рассказывают, что нижние сооружения все еще были заселены, когда строились новые.
— Из-за экономического давления? — переспросил Рагнар. Он понимал, что означает проблема перенаселения. Ему приходилось видеть миры Импе-риума, где миллиарды людей переполняли огромные города-ульи, но понять концепцию экономического давления ему было гораздо труднее.
— Земля здесь очень дорогая, — сказал не без гордости Линус. — Самая дорогая в Галактике. Каждый квадратный метр поименован и кому-то передан — Дому Навигаторов, знатному человеку, религиозному ордену. Продажи редки. Арендная плата очень высока. Когда нельзя строить рядом, строишь вверх. Новые слои добавляются постоянно.
Рагнар разбирался в экономике достаточно, чтобы понять одно:
— Наверняка это снижает стоимость земли внизу.
— Ничего подобного. Это значит, что они просто взимают больше денег за новое пространство наверху. В конце концов, спустя тысячелетия ведения такой политики, все выглядит так, как тут у нас. Реестры арендаторов, должно быть, просто потрясающие. Некоторым из них более десяти тысяч лет.
— Зато здесь внизу жилье бесплатное.
— Нет, мы платим арендную плату, — поправил его Линус. — Немного, по сегодняшним меркам, но мы платим в соответствии с согласованными тарифами. Сборщики все еще приходят и вносят наши платежи в книги. Интересная работа для клерка — удается повидать часть мира.
— Не самую привлекательную, — вставил Хаэгр. — Судя по этому месту.
— Вероятно, — согласился Линус. — Но ведь ты жил на поверхности.
В его устах это прозвучало так, словно он говорил о какой-то далекой и роскошной планете, а не о той, что находилась у него над головой. Еще одно тяжелое впечатление оставило след в душе Рагна-ра: бессчетные поколения жили и умирали здесь, не видя ни солнца, ни неба. Он начинал понимать, каким оказался счастливчиком, родившись на Фенрисе, несмотря на все его опасности.
— Скоро ты увидишь поверхность, — заверил его Рагнар.
— Конечно, — откликнулся Линус. В его голосе звучала надежда и удивление собственной безрассудной смелостью.
Теперь они двигались в зыбком сумраке. Наплечные фонари Волков автоматически вспыхивали, когда они оказывались в полной темноте. Рагнар не стал отключать их совсем. Ему хотелось, чтобы оставался хоть какой-то свет. А при приближении опасности он все равно успеет погасить лампы.
