Я стояла и думала об этом всем, глядя на него как завороженная, пока мои спутники не окликнули меня и не потащили дальше.
За короткое время Софья Марковна успела приобрести необыкновенной красоты блокнот- с мягчайшим кожаным переплетом, длинными тесемками и толстыми серыми шероховатыми страничками, с засушеными между ними нежными розовыми цветами. Блокнот этот,- объяснила мне Бельская, - предназначен для записи важных и интересных мыслей и наблюдений, но его не нужно носить с собой. Если его правильно активировать, то подуманные владельцем мысли, словесные зарисовки и даже целые сюжеты появляются в блокноте сами по себе, где бы он не находился. Я очень заинтересовалась и тоже захотела купить такой блокнот. Софья Марковна показала мне лавку писчих принадлежностей и я выбрала такой же для себя, только немного меньше и мне, к счастью, его довольно легко продали, но она отметила, что ей он обошелся гораздо дешевле, почти задаром и прямо светилась от счастья, обнаружив, что польза от ее обладания этим блокнотом- столь велика для миров Голденгейта.
А Тим купил - и мы все последовали его примеру - кошелек из светлой бархатной ткани, в котором должны появляться демонеты, снятые по желанию со счета в Демобанке, а новые заработанные - автоматически на счет через этот кошелек попадать.
- Это сэкономит вам уйму драгоценного времени, - пообещал продавец кошельков, - а время в нашем городе- ценится дороже всего. На ярмарке вы сможете найти кошельки изготовленные другими масумами, но у меня- самый выгодный договор с Демобанком, - и в цену кошелька включена плата за сам демокаунт, его активация и несколько первых переводов в обе стороны. А уж такого мягкого и приятного на ощупь бархата- вы не найдете нигде!
Посудных лавок было несколько. Меня, конечно, заинтересовала кухонная утварь- здесь было все: от блестящих сковородок и чугунных котелков до сложных проборов- фуэнторов, определяющих фуэн еды. Я подошла ближе, и здесь, именно здесь мне заулыбались лавочники, предлагая свои товары наперебой. Наверно их приборы-дефиниры сообщили им, что я- фуэнсен. Расхваливая свой товар, они употребляли в разговоре неизвестные мне термины, а признаться в своем невежестве мне было неудобно, и я растерянно улыбалась, одобрительно кивала и отвечала, что непременно загляну попозже. Мне очень нравились их кастрюли, сковородки и поварешки - но что толку,- в дом, где я сейчас живу нельзя заносить новые хозяйственные предметы без того, чтобы не вынести старые. Тим заверл меня, что кошелек и блокнот дом не выбросит, так как это- мои личные приобретения, а не хозяйственные.
Я задержалась у одной из лавок с деревянными изделиями, любуясь красивыми резными досточками и деревянными ложками с расписными ручками, а лавочник рахваливая одому из покупателей свой товар, вдруг обратился ко мне:
- Госпожа фуэнсен, ну хоть вы потвердите, что я прав, - лучше досточек чем из реальной акации для резки мягкого белого сыра типа Ун-де- рейл, - просто не существует! Ну хоть вы скажите! Вы бы какую для себя выбрали?
Я оглядела досточки на прилавке и честно спросила себя - на какой из них мне хотелось бы резать мягкий белый сыр и указала на одну небольшую, круглую.
- Что я говорил!- возликовал лавочник, - из реальной акации, ну конечно же! Я же знаю что говорю!
А покупатель - это был мужчина в широком плаще, очень высокого роста, -обернулся и так пристально посмотрел на меня, что мне стало не по себе от взгляда его - оценивающего и изучающего. Я повернулась, чтобы уйти, и услышала как он пробормотал мне вслед: «… Фуэнсен? Кукла-фуэнсен? … И такая красивая… теплая… « Я поспешила скрыться в толпе, чувстуя спиной его сверлящий взгляд.
Когда мы перешли в ряды, где располагались лавки с одеждой и обувью, многие продавцы заулыбались мне еще лучезарнее. А некоторые особо элегантные покупательницы в этих рядах, почему-то смотрели на меня сочувственно, но я решила не обращать на них внимания, хоть некоторый дискомфорт от этого все же ощутила.
Седой лавочник-сапожник сразу кликнул своего помощника- юношу похожего на сказочного Иванушку в кафтане. И не успела я опомниться как он, усадив меня в высокое кресло, стал на одно колено и принялся снимать с меня мерку. Другой помощник- мужчина постарше, с бородой, стал показывать мне образцы мягчайшей цветной кожи и замши. А сам мастер принялся рисовать в услужливо поданном учеником альбоме- туфли и сапожки, которые по его мнению, мне просто необходимы. Я извинилась, сказала, что мне неловко заставлять моих спутников ждать, потому что тропуар у нас сегодня- один на всех. Масум-сапожник кивнул и сказал, что мерки у него уже есть, и он изготовит для меня обувь, которую я смогу примерить завтра же в его мастерской на Рыночной площади. Еще он все время повторял слово «эстро»- а старший ученик, заметив, что я не поняла, растолковал мне, что я внушила сапожных дел мастеру вдохновение и желание сшить именно для меня мягкие сапожки и элегантные туфельки, лучше которых я не найду ни в одном из миров Голденгейта.
Это звучало заманчиво, я обрадовалась и уже хотела было пообещать зайти в мастерскую завтра, но спохватилась, напомнив себе об истинной цели моего здесь нахождения. Сказала, что приду обязательно как только смогу. Я же не знаю сколько времени займут экзамены и что меня там ожидает.
Кстати, сейчас самое время узнать где лучше остановиться на ночлег. Модератор предупреждал ведь, что Южные Ворота будут закрыты, а перед экзаменами необходимо хорошо отдохнуть и выспаться.
Не успела я отойти от сапожной лавки, как одна из проходивших мимо лоточниц вдруг накинула на меня плетеную шаль, а другая поднесла необыкновенно ясное зеркало в коралловой оправе. Но это было небольшое зеркало, в котором я видела только свою шею и плечи. Большие ясные зеркала, в которых я увидела себя во весь рост, попались мне позднее, уже после того, как я попросила рыженькую, похожую на стюрдессу помощницу модератора в будочке «Справки», посоветовать мне недорогую гостиницу, желательно недалеко от школы фуэнсенов. Девушка безапелляционно заявила, что это невозможно, потому что школа фуэнсенов находится в очень престижном и дорогом районе города, а вас,- она окинула меня сочувствующим взглядом, не пустят в таком виде ни в один приличный отель.
Я опешила. Оглядела себя. Ну да, я не столь элегантна сколь другие дамы, на мне - обычное, светло-зеленое летнее платье, которое мне, кстати, очень идет, и белые, довольно стильные сандалии. Сначала я подумала, что это такой рекламный трюк, вынуждающий меня непременно купить одежду в одной из лавок, но девушка все же соизволила объяснить:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
