окклюменция сильнее легилименции противника. Так что Питер по моему приказу начал упирать на выгоды службы Лорду. — У меня не было их денег и связей их родителей, не было за плечами статуса аристократа. То, что им давалось легко, было для меня на грани возможностей. У Люпина не было ничего из этого, но он был хорошим учеником, старостой школы, любимчиком Дамблдора, который решился обучать в школе оборотня. А я – вечно на вторых ролях, в тени. Хватит с меня вторых ролей. Я по горло сыт моторным отсеком, в то время как кто-то стоит на мостике. Теперь моя жизнь, отныне и навсегда. И когда Тёмный Лорд предложил мне всё изменить, то я принял его предложение.
— И тебе было совсем не жалко Лили, Джеймса и Гарри? – спросила она.
Вообще-то, было. Но своя шкура ближе к телу...
— На всё воля Тёмного Лорда. А Лили была просто грязнокровкой! — ответил он.
Питер не был фанатом чистоты крови, но люди часто говорят то, что от них хотят услышать. Особенно если уже получали за слово «магглорождённая» болевые заклятия... А ведь у Лили ярко выраженная аллергия на слово «грязнокровка».
— Может на тебя просто Империус наложили? – спросила Елена.
— Нет. С тех пор, как я присоединился к Лорду, мои дела пошли в гору. У меня есть деньги, у меня есть слава, а женщины любят героев.
— Деньги это понятно. А слава откуда? – поинтересовалась Лили.
На лице Питера мелькнуло секундное непонимание.
— Госпожа, все думают, что Хранителем Фиделиуса был Сириус Блэк. Чтобы секрет не открылся, я убил его. И за это получил Орден Мерлина Третьей степени.
Очень вредно не читать газеты. Ах да, тебе же их не дают...
— Ты убил Сириуса? Мало тебе было Джеймса? – спросила она.
— Тёмный Лорд сделал для меня больше, чем так называемые друзья! Все его враги умрут! – старательно воскликнул Питер, пародируя фанатизм, надеясь на скорые дивиденды. — Поттеры были лишь предвестником моего возвышения! Потом я убил Блэка, теперь Люпина! И это было не просто выгодно, мне это понравилось!
Как сказал бы профессиональный театральный критик: «Вы переигрываете!». Но профессиональных критиков тут не было.
Я чувствовал два сознания. Питер волновался, то ли он сказал.
Лили пыталась себя убедить, что Питера запугали или он под Империусом. Ей очень хотелось сказать, что она Лили, но клятва не позволяла. В конце концов она приняла полумеры – просто сняла маску. Лицо выражало крайнюю степень омерзения.
— Питер, я хочу посмотреть в твои глаза, — сказала она.
Хвост думал. Главное — это лояльность. А чем она будет обеспечена, преданностью, страхом или жадностью, не так уж и важно.
Питер видно решил, что настал черед беспалочковой невербальной легилименции и преданно смотрел на неё не моргая, чтобы не мешать процессу легилименции. Только беспалочковой невербальной легилименцией Лили не владеет, как и палочковой вербальной.
— Питер, — зазвучал мой голос в его голове. — Елена удовлетворена твоей верностью. Теперь проверка боевых навыков. Не сдерживайся, она будет поддаваться.
— Лили, — говорил я уже для Лили, — ты облажалась. Он понял, что чистокровная ученица Лорда-маньячка не может так себя вести. Защищайся от него!
Словно подтверждая мои слова, Питер выхватил палочку и атаковал:
— Окаменей! Бомбардо! Редукто! – начал Питер.
— Протего! Окаменей! – ответила Лили.
Инстинкты, вбитые Снейпом в подкорку сработали, помимо своей обычной защиты, ставить Протего, а дальше бить Окаменей.
Разрасталась дуэль, и пусть она превосходила Хогвартскую программу, но ничего сверхъестественного не было.
— Как он догадался? И что делать? – спросила Лили.
— Проще сказать, что ты так сделала. Пожалуй, не стала ему кланяться. В остальном всё не так! Ты могучий маг, от тебя ожидают увидеть, что все вокруг тебя – грязь. Если ты так себя не ведёшь – это подозрительно. А уж пожалеть Лили или оборотня вообще немыслимо!
Лили продемонстрировала свою Водяную Плеть, хотя ни разу не попала.
Нет, совсем уж неумехой она не была, просто Питер был под ударной дозой допинга и был намного быстрее. Самое интересное – никакой опасности ей не угрожало. Бомбарда? Так щиты не пробьёт! А если вдруг пробьёт, на ней куча защитных амулетов. Если вдруг и это не сработает – так я на неё незаметно наложил сильную универсальную защиту, которая сработает, если всё остальное будет пробито.
— Что делать? Если ты меня попросишь, я его убью, – сказал я. И непросто сказал, я знал, что такое предложение она не примет.
— А если стереть память? – спросила она, кидая в Питера пяток Оглушающих Заклинаний. Тот увернулся. Хорошие Зелья варит Снейп... Нет, увернуться от уже выпущенного заклинания сложно (разные заклинания летят с разной скоростью, а Водяная Плеть не рекордсмен). А вот увидеть, куда направлена палочка, и увернуться, как только противник начнёт говорить – вполне реально, особенно если ты под зельем реакции и заклинанием Ускорения. Лили наконец-то наложила на себя Чары Ускорения и стала иногда попадать Оглушающими Чарами и Пробоями Защиты. Пока защита Питера держалась... Ей бы ещё Замедление на Питера наложить, но она этим видимо не владеет...
— По твоей беспечности он узнал то, что не должен был узнать. Стереть память – ненадежно, тогда информацию всегда можно достать, пусть и полностью разрушив тело. Теперь его придётся убить.
— Я не хочу убивать... Даже его... — ответила она.
— Ты хочешь, чтобы я убил?
— А тюрьма? – спросила она.
— Ненадёжно, — ответил я, не сказав нет.
— Я не могу с ним справиться. Вы поможете мне?
Не всё столь однозначно. Казалось, Питер лучше. Но он до этого дрался с оборотнями и пришёл уже подуставшим. А его зелья не дают новых сил – они лишь мобилизуют резервы организма, прежде всего скорость и реакцию — именно то, что нужно против оборотней. Ещё минута-другая такого боя, и его можно будет взять голыми руками. В прямом смысле – просто подобрать с земли. А использовать непростительные он опасается – это же ведь «учебный бой» и если вдруг что, то за ученицу Лорда умирать будешь долго. А Лили ещё даже свою защиту не исчерпала, и вряд ли исчерпает до конца боя...
— Лили, он выигрывает: он выпил слишком хорошие зелья-усилители. – сказал я. — Быстро переломи ход боя. Приложи его Круциатусом, а потом добей. Или сразу Авадой
