— Пока Люциус в небе, нам до него не добраться, — вздохнул Гарри. — Такой вариант мы не рассматривали. Как заставить его спуститься?
— Нужно, чтобы игра закончилась как раз тогда, когда пройдет действие многосущного зелья. Ты выйдешь на поле вручить трофей. Помни, даже потом Малфой может быть не похож на себя — скорее всего, он изменил и собственную внешность, раз до сих пор не был пойман. Впрочем, есть риск, что он нападет на тебя с метлы. Щит выдержит. Нужно узнать, кто ему помогает. Здесь целый отряд авроров, так что подозреваю, они уже кого-нибудь да вычислили. Наверняка Малфой планирует что-нибудь грандиозное, напоказ всем. Мы просто подождем и воспользуемся ситуацией. Его лицемерие тоже пойдет нам на пользу — не представляю, чтобы Люциус решился объявить себя новым Темным лордом, пока щеголяет с торчащими волосами и внушительным бюстом.
Гарри рассмеялся — задорно, как прежде. Северус потянулся к нему и поцеловал на виду у всех. Юноша ответил — жарко и жадно.
Отстранившись, зельевар увидел ухмыляющегося Хагрида и Ли Джордана, которого энергично пихал в бок какой-то ученик, сидящий рядом с комментатором.
— Ну и денек! Говорят, я только что пропустил интересное зрелище в учительском боксе — сегодня куда ни глянь, везде приключения, друзья мои, и мы еще вернемся к этому, если появятся свежие новости. Во времена моей учебы такого не случалось, скажу я вам! Но игра возобновилась, команды снова на поле — о, Меган Маккормак, защитник Гордецов, выходит играть в нападении. Надеюсь, она больше уважает правила, хотя все знают, какие пылкие женщины участвуют в этой игре! Хватит ли у Меган сил на всю эту суматоху? Вот сейчас и узнаем! И давайте поприветствуем нашу Джинни Уизли — самого юного ловца на сегодняшней игре, а уж скорости ей не занимать…
Люциус Малфой начинал злиться. Он не знал, в каком состоянии находится его сын, и подобраться достаточно близко, чтобы влить в Драко зелье, не смог. Травить мальчика он не собирался — зелье лишь парализовало бы Драко и позволило увидеть истинный облик того, кто его опоил. Люциус хотел убрать сына с дороги. Нарцисса оторвала бы мужу яйца, узнав, что он причинил вред ее наследнику, а она была весьма искушенной в боевых проклятиях волшебницей. Нет, Малфой лишь желал дать сыну понять, что сердит на него. Он был готов признать: встав на сторону Поттера, а не Волдеморта, Драко сделал правильный выбор, и упрекать за него невозможно. Родная кровь есть родная кровь, тут уж ничего не поделаешь.
Впрочем, увидев, что над телом сына рыдает грязнокровка, Люциус пришел в ярость. Неужели мальчишка пал так низко?
На то, чтобы воплотить свой план в жизнь, оставалось меньше пятидесяти минут. На трибуне Поттер был под надежной защитой; Малфой чувствовал магию чар, укрывающую и учеников, и учителей. Интересно, это общепринятая нынче практика, или сегодня ждали неприятностей? Трибуна для посетителей была отлично защищена. Мерлин знает, сколько раз за годы, проведенные Люциусом в совете попечителей, об этом велась речь.
Торопясь составить план действий, Малфой ожидал, что ради игры школа воспользуется услугами профессионального рефери, и с большой неохотой рассматривал вероятность выхода на поле в женском обличье. Нападать на Поттера в таком виде он не собирался. Плохо было и то, что Люциус уже много лет не сидел на метле. У него разболелась спина, поскольку приходилось постоянно откидываться назад, балансируя в теле с непропорционально большой грудью; на стертых древком ладонях появились мозоли. Между ног разлилась ноющая боль, не ушедшая даже тогда, когда через двадцать минут после начала игры Малфой окутал метлу смягчающими чарами.
Нет уж, теперь он подаст своим людям сигнал и нападет на Поттера, во время вручения кубка. Все взгляды будут обращены на мальчишку, и тот не сможет собраться для ответного удара. А потом, убив его, Люциус уничтожит и Северуса — прямо здесь, на траве, перед зрителями. Эта подколодная змеюка не только предала Волдеморта, но и успела, судя по увиденному несколько минут назад представлению, втереться в доверие к волхву. Малфой глазам не мог поверить, наблюдая за тем, что Дамблдор позволяет творить у себя под носом; впрочем, возможно, это была своеобразная награда за годы лжи и шпионажа. Лишенный достойного воспитания, мальчишка наверняка стал мягок и покорен в руках Северуса, как глина. Люциус помнил, какими умелыми были эти руки, а ведь Снейп наверняка не терял практики, упражняясь с тем пареньком, Алексом. Бросил ли его зельевар, будто дурную привычку, или успевает и там, и тут, с Поттером?
Малфой еще раз сделал круг над полем. После инцидента команды вели себя хорошо, не давая ему поводов для вмешательства, и Люциус мог как следует разглядеть трибуны с высоты.
Прошло еще полчаса. Неожиданно игроки заметались, а девчонка Уизли сорвалась с места и помчалась через поле.
Ей было не сравниться с летающим на профессиональной метле Гадженом, и через несколько секунд игра была окончена.
Гарри медленно поднялся на ноги. Оставалось еще двадцать минут.
— …и Гарри Поттер встает, чтобы спуститься на поле, где он вручит победителям весьма необычный трофей — мне сейчас сообщили, что он предоставлен Международной квиддичной ассоциацией… вы только послушайте, хогвартским игрокам презентуют по сезонному абонементу на игры любой, на их выбор, команды! Неплохой утешительный приз, а, ребята?
В тени, у подножия трибуны Гарри скользнул в объятия Северуса и крепко прижался к зельевару. То, что они, вероятно, обнимали друг друга в последний раз, осталось невысказанным — под тяжестью этой мысли и так было не распрямить плеч.
Подошедший Альбус остановился рядом.
— Я буду наблюдать за тобой и сделаю все, что смогу. Вперед, навстречу новому увлекательному приключению, мальчик мой, — тихо произнес старик, обнимая Гарри.
— К черту ваши напутствия! — прорычал Снейп, дергая юношу на себя, и впился в его губы. — Мы еще с нынешним приключением не закончили, — яростно прошептал зельевар.
Гарри кивнул и приник к груди Северуса, слушая биение его сердца и наслаждаясь исходящим от любовника жаром.
Кто-то кашлянул неподалеку, и Гарри, вздрогнув, следом за Снейпом покинул трибуну. Постояв у барьера, пока глаза привыкли к свету, Гарри вышел на поле. Северус отставал лишь на шаг. В одной руке юноша держал посох, в другой — самодельную палочку. Парадная темно-зеленая бархатная мантия матово поблескивала на солнце.
— Вот, наконец, и Гарри Поттер… в смысле волхв Поттер, а наши команды… Погодите минутку, мне говорят, что мадам Хуч отлучилась попудрить нос. Это наверняка не эвфемизм, половина хогвартских девочек занимается тем же, учитывая, сколько звезд собралось сегодня на поле. Приятно знать, что наша старушка еще полна жизни!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
