весь рост, Штаты прижал ее своим телом к постели. Россиянка едва не потеряла контроль над своими чувствами, когда его отвердевшая плоть уперлась ей в живот.
Платье и брюки лежали уже на полу, как и их нижнее белье. Она простонала, когда пальцы американца скользнули между бархатистыми складками ее лона и коснулись самого чувствительного местечка. Прогибаясь к нему на встречу, девушка оказалась в совершенно другом мире. Где только они вдвоем.
Она провела рукой по мускулистой груди, немного задержались внизу его живота и вскоре столкнулись с его сокровенным. Пальцы русоволосой смело сжались вокруг твердой плоти и скользнули вниз, к ее основанию. Это движение разгорячило ее не меньше, чем мужчину, и она повторила его еще раз, и еще.
— Holy shit…* — тихо выругался он, ощущая скорую разрядку.
— Я сделала что-то не так?
Но вместо ответа США лишь страстно поцеловал ее. Он весь горел, и жар его тела передался ей. В ее нежную кожу словно впились тысячи иголочек, от которых, словно круги по воде, расходились волны наслаждения.
Раздвигая ее бедра, Штаты отрывисто говорил какие-то слова на смеси итальянского и английского языков. Лишь по выражению его лица она могла угадать, о чем он пытается сказать ей. Россия тихо вскрикнула и вцепилась ему в волосы, когда его голова оказалась на уровне ее бедер. Язык американца вытворял что-то невообразимое. Ей оставалось лишь извиваться, получая новую порцию невероятных ощущений.
— Aš myliu tave.* — Нежно произнес он, изнемогая от желания овладеть ею.
— Откуда ты знаешь литовский? — поразилась ему русская.
— Твоя сестра как-то захотела поделиться со мной парочкой фраз.
Улыбнувшись своему мужу, она также тихо шептала ему признания в любви на всех языках, которые знала. Россиянка была полностью поглощена эмоциями, когда мужчина резко вошел в нее, когда почувствовала его твердую горячую плоть у себя внутри. Она инстинктивно подалась к нему, позволяя проникнуть глубже. С каждым разом его движения становились все быстрее и быстрее, унося их из этой мрачной реальности. Он не останавливался, наоборот, взвинчивал темп, гонимый собственной жаждой, пока сам не достиг пика. Девушка выгнулась ему навстречу, и США тотчас же ощутил, как запульсировала ее кровь, как она, постанывая, прижала свои бедра еще крепче к нему.
— Милая. Ты меня убьешь. — Внезапно заговорил он, когда вышел из ванной комнаты.
— Что случилось? — устало пробормотала Россия, когда ее муж забрался к ней под одеяло.
— В общем. Помнишь, я тебе говорил о некоторых договорах, которые не терпят отлагательств после нашего объединения?
— Да.
— Так вот. Мне… Короче, меня требуют на ковер.
— Что? — удивленно посмотрела она на него.
— Мне надо уехать к нескольким странам и там разобраться с документацией и поправками. Я не знаю точно, сколько это займет времени….
— Говори, США.
— Это минимум на три недели, если не больше.
Только все стало чуточку лучше, как очередная проблема выплыла из ниоткуда. Но русская не может останавливать его. Штаты все-таки страна, и их союз это первое, что стоит на пирамиде потребностей.
— Я буду скучать… — прошептала она, положив голову ему на плечо.
— И я, милая. Я бы все отдал, чтобы не уезжать.
— Но работа сейчас также важна….
— Да, my little bear.* Завтра утром я уже должен быть собран. И все равно, мне не хочется сейчас оставлять тебя. Особенно в таком состоянии…
— Но все уже хорошо, Саш. Я успокоилась.
Поцеловав его в щеку, россиянка натянула на себя одеяло и закрыла глаза.
— Ложись спать. Завтра будет трудный день. Надо много чего с утра сделать.
— Хорошо, Росси. — Притянул он ее к себе, чувствуя любимый запах сирени.
Это была ее маленькая победа, которой она могла гордиться. Американец не отказался от своего Дня рождения!
Так много времени прошло с его отъезда и вот уже третье июля. Девушка сильно соскучилась по нему, так хотелось вновь ощутить его дыхание, запах и тепло сильного тела. Вся работа легла на ее хрупкие плечи, но она хорошо справилась со своей задачей. Мужчина часто звонил ей, сообщал о каждом изменении и его передвижении. Казалось, Россия путешествует вместе с ним.
А завтра он вернется, и она не может удержать себя, чтобы не броситься ему на шею. Надо все подготовить к его приезду. Праздничный стол, подарки и… Возможно США истосковался по ее ласкам. Надо не забыть достать какое-нибудь приличное праздничное платье, чтобы пробудить в нем голод не только к еде.
— Россия, какое у нас будет меню? — поинтересовался Канада, заворачивая свой подарок в разноцветную обертку.
Какой же праздник без семьи? Русская позволила себе пригласить Великобританию, Францию и любимого младшего брата Штатов. С друзьями он сможет и позже отметить, а СССР пообещал отправить ему посылку с несколькими видами вин и меховой шапкой, которую россиянка сегодня должна забрать. Ее братья и сестры также не оставили без внимания День рождения американца, отправив свои подарки. Теперь оставалось только их украсить, что она и делала вместе с канадцем.
— Я решила слишком много не готовить. Пару салатов, немного ветчины и колбасы, овощей и рататуй по рецепту Иветты, жены мсье Ларуа. Ну, и конечно десерт.
— Chocolate cake?*
— Обязательно.
— Можно я тогда остатки крема съем?
Словно с ребенком разговаривать. Что США, что Канада — выросли телами, но не разумом. Все те же детские замашки.
— Конечно. Мог и не спрашивать. — Улыбнулась ему девушка, осторожно соединяя края праздничной бумаги степлером. — Кан, будь добр, подай мне мой бургер.
Окруженная этой кучей подарков, ленточек и бумаги, она не могла даже встать, пока кто-нибудь не освободит ее из заточения.
— Удивительно, как меняются у тебя вкусы. — Усмехнулся парень, глядя на то, как Россия с аппетитом откусила кусок булки. — Раньше ты бы это даже в рот не взяла. Все же пристрастия Мурики на тебя влияют.
— Он тут не при чем. Просто недавно гуляя по городу, я так проголодалась, что даже запах этого жирного и высококалорийного нечто мне показался вкусным. Считай, что я распробовала бургеры.
Вытерев руки о салфетку, она оглядела пол, пытаясь отыскать среди обрезков и коробок праздничные ленточки, но желаемого так и не обнаружила.
— Кан, ты не видел…
— Ленточки? — перебил ее тот. — Сам пытаюсь найти. Походу мы истратили их все. У тебя больше нет?
— Должны быть в спальне. Убери эти коробки, я схожу, посмотрю.
Подчинившись ее просьбе, он отодвинул гору подарков ее мужа в сторону, расчищая ей дорогу. Отряхнув с платья кусочки бумаги и ленточек с блестками, русская не теряя минуты, поспешила в комнату.
Как же она
