Читаем без скачивания ПОДНЯТЬ ПЕРИСКОП! Часть 1 - Сергей Лысак

— Господа, а вы знаете… Пожалуй, мы сможем создать нечто похожее…

Все обернулись на голос. Михаил увидел, как молодой корабельный инженер с погонами младшего помощника судостроителя что-то увлеченно подсчитывал на листе бумаги. До этого он не вступал в дискуссию, а только слушал. Очевидно, у него было свое мнение о происходящем. Главный строитель удивился.

— Что вы имеете ввиду, Валерий Борисович?

— Да вот этот самый "Наутилус"… Михаил Рудольфович, если снять ваше требование о такой запредельной глубине погружения, то все остальное, в принципе, выполнимо… За исключением дизель-моторов, которых пока еще нет…

Словно ветерок прошел по кабинету. Все с интересом ожидали продолжения. Михаил подумал, что еще не все потеряно. Все же, Кулибины в России были всегда, как бы им не мешали…

— Что я хочу сказать… Такая глубина погружения мне кажется пока недостижимой. И дело не только в прочности корпуса. Я не уверен в герметичности заклепок на такой глубине. Сомневаюсь также, что мы сможем сделать достаточно эффективные уплотнения на гребных валах и баллерах рулей. Так, чтобы они хорошо держали воду, и в то же время не препятствовали свободному вращению. Все остальное, в принципе, выполнимо. Если будут обещанные моторы Нобеля. Электрических моторов постоянного тока такой мощности у нас нет, но в Германии, думаю, найти можно. Или сделать их по спецзаказу в двух экземплярах, хоть это и выйдет дороже. Всех, очевидно, смущают размеры субмарины. Но мне кажется, в этом что-то есть, господа…

— А какую глубину погружения вы можете гарантировать? — у Михаила замерло сердце.

— Ну, с учетом того, что у нас есть… Плюс мои задумки… Пятьдесят метров – точно. Может быть – шестьдесят. Надо будет провести эксперимент. Я тут уже набросал примерную схему уплотнения вала и испытательного стенда по проверке уплотнений валов на забортное давление…

— Согласен!!! Пятьдесят, значит пятьдесят!

— Валерий Борисович, Вам и карты в руки! Михаил Рудольфович, разрешите вам представить младшего помощника судостроителя Нестерова Валерия Борисовича, выпускника кораблестроительного факультета Морского инженерного училища. Он у нас хоть и недавно, но уже показал себя с самой лучшей стороны. Поэтому, он и будет заниматься вашим проектом!

Главный строитель с удовольствием потер руки. Скользкая ситуация разрешилась самым наилучшим образом.

Когда все бумажные формальности были соблюдены, Нестеров уединился с Михаилом в рабочем кабинете. Требовалось обсудить более полную деталировку рабочих чертежей и договориться об общем плане постройки. С первых же слов Михаил понял, что молодого кораблестроителя просто так не возьмешь.

— Михаил Рудольфович, я не в праве затевать этот разговор, так как вы наш заказчик. Но я места себе не могу найти. Откуда у вас этот проект? Я не могу поверить, что все это взято с потолка. Уж я то разбираюсь в технике. Никто никогда не создает проект на базе механизмов, которых еще нет. Ведь неизвестно, как они себя поведут. И по самим чертежам видно, что эта конструкция базируется на каком-то прототипе, созданном ранее. То есть, подобные проекты уже создавались и хорошо зарекомендовали себя. Иначе, они не получили бы дальнейшего развития. Здесь же ясно видно, что это не экспериментальная модель, а конструкция, проверенная временем.

— Но с чего вы это взяли, Валерий Борисович?

— Не могу этого объяснить… Очевидно, интуиция. А она меня редко обманывает. Таких конструкций еще не создавал никто. И еще меня смущает одна вещь…

— Какая?

— Некоторые узлы соединения набора корпуса. Их просто невозможно соединить заклепками в том виде, в каком они есть. И почему на чертежах надписи на немецком языке, да еще и таким странным шрифтом? А некоторые места явно замазаны? Обычно там, где пишутся даты?

Михаил был готов треснуть себя по лбу. Действительно, как он мог это упустить?! Ведь электросварка в судостроении еще не применяется! И что теперь делать? Рассказать всю правду? Нельзя. Часть правды? А чем обосновать? Кто же мог подумать, что этот "кулибин" такой глазастый…

— Что вам сказать, Валерий Борисович… Врать не хочу. Это будет нечестно по отношению к вам. Но и всей правды сейчас открыть не могу. Вы можете дать мне слово, что никому и ни при каких обстоятельствах не раскроете тайну этого проекта? А я даю вам слово, что через два года расскажу все. Но чтобы вы все равно сохранили это в тайне. А пока могу рассказать лишь некоторые вещи, чтобы рассеять ваши сомнения.

— Вы говорите загадками, Михаил Рудольфович… Хорошо, даю слово. Что все, что вы скажете, останется между нами.

— Договорились. Да, вы правы. Эта конструкция – не экспериментальная. Она базируется на предыдущих моделях, хорошо себя зарекомендовавших. Те узлы, принцип соединения которых вы не можете понять, соединены электросваркой. Поэтому, придется подумать, как соединить их заклепками…

— Электросваркой?! Вы шутите?! Ведь ее нигде не применяют!

— Пока что да. Но со временем она будет широко применяться в судостроении.

— Вы хотите сказать… Что этот проект не из нашего времени?!

— Валерий Борисович, поверьте, я и так рассказал слишком много.

— Кто же вы есть, Михаил Рудольфович? Не могу понять, почему, но я вам верю… Просто, невозможно на пустом месте придумать такое… Ведь я заметил еще несколько интересных вещей, которых еще не существует и о которых не стал говорить… Хорошо, ловлю вас на слове. Я расшибусь в лепешку, но помогу вам воссоздать в металле это чудо. А вы через два года расскажете мне все. Похоже, вы говорили правду, что эта субмарина может погружаться на двести тридцать метров. И это, несомненно, боевой подводный корабль. Ведь эти трубы – четыре в носовой части и две в кормовой, не что иное, как минные аппараты. Не пытайтесь разубедить меня в этом. И если масштаб чертежей выдержан правильно, то размеры мин значительно превышают те, что есть сейчас. Разве не так?

— Так.

— Но зачем вам строить военный корабль?

— Во первых потому, что проектов гражданских субмарин просто пока не существует. А во вторых, я, как и Вы, патриот России. Мой проект не заинтересовал чинуш от флота под "шпицем". Поэтому, я вынужден строить лодку на свои средства. Но в случае войны я безвозмездно передам ее русскому флоту. И ваш завод будет уже иметь опыт постройки таких кораблей и сможет развернуть их массовое строительство. А то, что эта субмарина – грозное оружие, можете поверить мне на слово.

— Верю. Но в проекте надо кое-что доработать. Переделать все соединения для возможности клепки.

— Если вам это поможет, могу предоставить более ранний проект субмарины похожего класса, но полностью клепаной. Электросварка тогда еще не применялась. Но мне хотелось бы построить именно эту.

— Михаил Рудольфович, вы волшебник? Или, провидец? Что еще у вас есть интересного? Может быть, у вас и проект межпланетного корабля имеется? А то, давайте лучше его построим и на Луну слетаем. А может и на другие планеты. Я к вам первый в команду попрошусь.

— Увы, такого нет. А по части команды… Валерий Борисович, а не согласились бы вы пойти на эту лодку старшим механиком?

— Механиком?! Но ведь я кораблестроитель, а не механик. Кто меня возьмет?

— Я.

— Вы шутите?

— Нет, говорю абсолютно серьезно. На этот корабль потребуется очень хороший и грамотный механик. А людей с таким опытом сейчас просто нет. На флоте безраздельно господствуют паровые машины тройного расширения с котлами на твердом топливе. Здесь же будет силовая установка совершенно нового типа. И кому, как не человеку, построившему этот корабль, знать его лучше всех.

— Хм–м… Честно скажу, заинтриговали… Но ведь я на военной службе.

— А вы на ней и останетесь. Просто, смените одно место службы на другое. Лодка официально научно-исследовательская и экспериментальная и военный флот очень интересует результат эксперимента. Только денег на него у Морского министерства, как всегда, нет. Но оно согласно укомплектовать лодку командой за мой счет. Предварительное согласие уже получено. Да и адмирала Макарова этот проект очень интересует.

— Ох, вы и змей-искуситель, Михаил Рудольфович… Согласен! Давайте свой "клепаный" проект. Посмотрим, как все лучше сделать. И не надо говорить мне, что собираетесь ходить на этой субмарине под арктическими льдами. На аккумуляторах вы далеко не уйдете.

— Но ведь можно разрушать льды минами и поднимать рубку над уровнем льда.

— И для этого устанавливать шесть минных аппаратов? Хватило бы одного-двух. Не знаю, что вы задумали, но раз сам Степан Осипович поддержал ваш проект, то значит, он того стоит…

Как бы то ни было, но дело сдвинулось с места. Михаилу пришлось перебраться в Кронштадт, чтобы быть поближе к заводу и не тратить время на переезды. Как и обещал, познакомил Нестерова с проектом старой крейсерской лодки кайзеровского флота. Кораблестроителя удивило, что почти все документы были в фотографиях, но это особых затруднений не вызвало. Чертежники в конструкторском бюро принялись за работу и вскоре весь комплект чертежей был готов, а все текстовые материалы переведены с немецкого языка на русский. Нестеров с подозрением поглядывал на Михаила, знакомясь с проектами двух лодок, но лишних вопросов пока не задавал. До тех пор, пока во время обсуждения устройства балластной системы, и работы горизонтальных рулей для удержания лодки на заданной глубине, все же не удержался.