Читаем без скачивания Somniator - Богдан Тамко

Мы по-прежнему сидели друг напротив друга.

– Вот это меня всегда и бесило, – процедил я сквозь зубы, – доводило прямо до белого каления. То, что вы можете так зачаровывать нас, а мы вас нет. Посади в башню заключенную и поставь к ней мужчину надзирателем – не факт, что, применив свое тело и обаяние, она не выкарабкается оттуда – как и было, например, во времена братьев Орловых. Я хотел бы, чтобы мужчины имели такую же власть над женщинами.

– Ха! Ишь, о чем размечтался, – довольно рассмеялась моя собеседница.

Я выдержал паузу.

– Зато у нас есть еще более сильное преимущество.

Удивленный взгляд, направленный в мою сторону, выражал ожидание.

– Мы привязываем вас не телом, а образом, который складываем о себе. Это иногда намного труднее сделать, но если удалось… вас и палкой не отгонишь. И уродуй нас, и предавай вас, изменяй, бей, оскорбляй – образ, вселившийся в ваше сердце, прочно держит вас в тисках. До последнего. Пока что-то из ряда вон выходящее, разум или иной более сильный образ, не заставит вас одуматься. А до тех пор даже самое убогое тело будет манящим, потому что оно любимое.

Незнакомка решила отмолчаться. Она позвала официанта и попросила два отдельных счета. Сначала я подумал, что девушка хочет уйти от меня, но факт разделения оплаты сразу смутил меня. Ведь если бы она хотела уйти, то попросила бы чек только для себя. Я с интересом начал наблюдать за этой картиной. Когда принесли счет, незнакомка достала деньги, вложила их в книжечку и тут же отдала ее в руки официанту.

– Рассчитывайся, – уверенным тоном сказала мне дама, – и пойдем отсюда.

Я удивился.

– Ты мне приказываешь, что ли? – нарочито возмущенным тоном спросил я.

– Я советую тебе, как будет лучше, что всегда для тебя и буду делать. Разве я прогадала в тот раз?

Меня заинтриговала сложившаяся ситуация, поэтому я послушно рассчитался. Мы вышли.

– Тебе нравится мною манипулировать? – спросил я, когда мы вышли на тротуар. – Твой якобы сломанный каблук, позы, жесты, слова. Так хочешь быть властительницей мужчин? Или, может, ты во мне увидела желаемого раба? Со мной это не выйдет.

Незнакомка уверенным шагом зацокала по асфальту.

– Это ты только хочешь думать, что с тобой ничего не выйдет. Но дело в другом. Владеть тобой мне не нужно, с этим при желании у меня не возникнет проблем.

Меня уже начинало трясти от ее самоуверенности.

– Да ну? – спросил я и, резко развернувшись, перешел на другую сторону улицы, в направлении дома. Гордая незнакомка не поступила, как сделала бы это Энжи, и не побежала за мной вслед. Ведь мы оба знали, что рано или поздно пересечемся в нашем кафе.

Я не появлялся там нарочно несколько дней – хотел, чтобы она помучилась и получила удар по своему самолюбию. Уверенность женщины в ее абсолютной власти надо мной вызывает у меня только неконтролируемый гнев и ненависть, даже если она права в своих убеждениях. Однако все это время я бесконечно думал о незнакомке. Почему она настолько грациозна и хороша собой? Почему она так точно соответствует идеалам красоты? Моим идеалам. Все в ней было способно свести меня с ума, разве что глаза ее не были зелеными, как у Кристины. И при всех этих вопросах незнакомка то ли правда запала на меня, то ли выбрала жертвой. Вне зависимости от того, какой из вариантов являлся верным, мне уделяла внимание женщина, которую мой язык повернулся бы назвать эталоном женской красоты. После того, что в моей жизни происходило, до сих пор, с девушками которых я решался наречь так же, данное обстоятельство повергло меня в шок.

Около недели спустя я решился открыть двери любимого заведения. Не смотря на посетителей, я показным расслабленным шагом продвинулся к любимой зоне с диванчиками и уселся в ожидании официантов, пытаясь сохранить непринужденный вид, как будто в очередной раз решил посидеть здесь и попить кофе – на самом деле же судорожно бегал глазами по всем гостям, одновременно желая и страшно боясь увидеть свою знакомую незнакомку. Вскоре ко мне подошел официант, и я заказал себе латте. Сегодня мне хотелось выпить что-нибудь нежное. А через минут пятнадцать я успокоился – нигде в зале девушки не было. И только в этот момент я понял, что сильно удручен подобным фактом.

Почему ее нет? Она просто занята своими делами или причина кроется во мне? Может, мне не стоило уходить? Вдруг ее самоуверенность настолько велика, что она больше не желает встреч со мной и будет нарочно избегать этого места?

Пока я предавался размышлениям, мой официант, обслуживавший другой столик, выронил чашку прямо перед лицом у клиента. Осколки рассыпались по столешнице, а кофе быстрой струей начал стекать на пол, слава Богу, не мужчине на штаны. Клиент попался мерзкий. Его крики заставляли озираться людей по всему заведению, хотя бедный парнишка итак судорожно вытирал салфетками жидкость со стола, а подбежавшая уборщица собирала осколки в готовности натирать пол. Среди слов о кривых руках и тупости официанта я услышал фразу: «Надеюсь, ты, раззява, не рассчитываешь на чаевые?»

Сам же я в это время думал, сколько вычтут из зарплаты юноши за разбитую утварь и сам напиток. Через минут десять, когда скандалист был ублажен новой порцией из его заказа, официант принес мне мой латте. Прежде, чем он успел начать передо мной оправдываться за ожидание, я опередил его:

– Придурок, не правда ли? Дружище, я сам работаю в банке и прекрасно понимаю, что такое сфера обслуживания. А поэтому жиробасу, который думает, что весь мир вокруг обязан преклоняться перед ним, а такие, как мы, являемся его прислужниками, обязательно однажды в жизни крупно не повезет за те короткие минуты, что он отчитывал тебя, будучи уверенным, что имеет на это право.

Я посмотрел в его красные от усталости и недосыпания глаза и увидел в них благодарность. Мы могли понять друг друга без слов, потому что сам я выглядел не лучше.

Молодость… Она похожа на исчерпаемый природный ресурс, запасы которого невероятно велики. И мы сначала пускаем его без раздумья на самые низкокачественные способы производства «энергии» с коэффициентом полезного действия, близящимся к нулю. Но пока запасы молодости настолько огромны, что мы даже не способны осознать всей величины их количества, качество расхода этого материала нас мало интересует. Лишь со временем мы поднимаем цену на свое главное сырье. Однако сначала это происходит только в мыслях и идеях, пока запасы этого полезного ископаемого человеческой жизни не начнут намекать на свою ограниченность. И еще долгое время мы продолжаем бездумно расходовать свои силы всего лишь по привычке и глупому неверию Фомы о том, что старость и бессилие когда-нибудь настигнут и нас. «Я поверю в то, что молодость ушла от меня только тогда, когда смогу вложить свои персты в ее бренное тело, изрешеченное отдельными выстрелами моей особо безрассудной жизни».

И вот этот миг начинает приближаться. Баррель свежих сил растет в цене с катастрофической скоростью, сопоставимой с кризисной или военной. Но на этом этапе процесс уже необратим. Тщетные попытки восстановить запасы былого, как казалось раньше, бессмертия, уже не способны привести ни к чему. И тогда наступает смирение. Фоме уже не нужно вкладывать пальцы в раны, он итак видит перед собой истерзанный им же труп былой неуязвимости. Чувство вины и разочарование идут следом, а цена жизни заслуженно доходит до стоимости антиквариата. Раньше мысли о смерти молодым и красивым внушали лишь вдохновение, но отныне каждая крошка антикварного золота достойна любования. И мы сидим перед последним, разбитым, вылизанным добела ящиком от угля, запасы которого иссякли навечно, на крышке надпись «Молодость», а на дне лежит крохотный черный камень, прожженный и бесполезный, остаток, терзающий память. Голову и сердце разрывает простой вопрос: «А все это стоило того?» И лишь один ответ способен пролить бальзам на душу старухи перед разбитым корытом. Но дать его способен далеко не каждый.

Мы с официантом находились лишь в начале этого пути, поэтому брошенная мною реплика о возмездии только и вызвала у нас обоих улыбку. Я потянул кофе и стал ждать возможного прихода девушки. Но в этот вечер так никто и не появился. Я ушел, удрученный, оставив на столе щедрые чаевые, равные стоимости самого заказа.

В кафе я стал приходить каждый день на пару часов в разное время суток, чтобы вероятность увидеть девушку была выше. Я же не знал, когда она бывала здесь. Лето уходило, а незнакомка так и не появлялась. Этот факт жутко огорчал меня, и однажды я задумался, не влюбился ли я вновь. После копошения в своих чувствах мне удалось понять, что нет. Но было что-то манящее в этой женщине, некий набор факторов, противоречащий моим взглядам и убеждениям. Говорят, противоположности притягиваются, вот меня и тянуло к ней восполнить пустоты моей сущности.