Читаем без скачивания Обратный отсчет - Кен Фоллетт

— Я бы полетел в девять, но мне не хочется околачиваться в Вашингтоне. Может, лучше взять машину и доехать до какого-нибудь другого аэропорта. Первый самолет в восемь часов делает посадку в Ньюпорт-Ньюс. Я успею туда добраться?

— До Ньюпорт-Ньюс? Туда часа четыре езды, — сказала Вилли. — Ты будешь там за час до самолета.

— Больше чем за час, — поправил Берн, — если возьмешь мою машину. У нее скорость до ста восьмидесяти.

— Ты даешь мне свой «линкольн»?

— Нам уже доводилось спасать друг другу жизнь. А машина — всего лишь груда железа. Есть проблема посерьезнее.

— Какая?

— По пути сюда я заметил за собой хвост.

03.00.

Энтони Кэрролл сидел за рулем «кадиллака», не сводя глаз с закусочной. Судя по всему, ее облюбовали полицейские — на стоянке рядом с красным «тандербердом» Вилли и белым «линкольном» Берна стояли две патрульные машины. Хорвиц, дежуривший у дома Берна Ротстена, последовал за ним, когда тот отправился куда-то среди ночи. Сейчас Хорвиц показался в дверях закусочной, держа в одной руке большой бумажный стакан с кофе, а в другой — шоколадный батончик. Подойдя к машине Энтони, он наклонился к окошку:

— Лукас внутри. Теперь он в черном пальто и черной шляпе. С ним Ротстен и эта дамочка.

— Я подожду Люка здесь. Потом поеду за ним.

— Ясно.

Хорвиц укатил на своем мотоцикле.

Дверь закусочной снова открылась. Сначала на улицу вышла Вилли. Затем появился мужчина в черном пальто и черной шляпе — Люк. Они направились к красному «тандерберду». Наконец показался еще один мужчина, одетый в пальто военного покроя. Он сел за руль «линкольна». Обе машины тронулись почти одновременно, красная впереди, белая сзади. Выждав несколько секунд, Энтони поехал следом.

На пересечении с 14-й улицей они остановились у светофора. Когда загорелся зеленый, «тандерберд» неожиданно рванул вперед, а «линкольн» не двинулся с места. Выругавшись, Энтони обогнул его и ринулся вдогонку за машиной Вилли.

На полной скорости Вилли петляла по центру города, резко сворачивая то вправо, то влево, не обращая внимания на красный свет. Энтони старался не отставать, но его «кадиллак» уступал в маневренности юркому «тандерберду», и разрыв между ними постепенно увеличивался.

Исход гонки решила случайность. Из колодца ливневой канализации бил фонтан, и вся проезжая часть была залита водой. На мокром асфальте машина Вилли вышла из-под контроля. «Тандерберд» развернуло, и, описав длинную дугу, он замер, встав поперек улицы. Энтони остановился, перегородив Вилли дорогу своим «кадиллаком». Теперь ей было не уйти.

Подбежав к «тандерберду» с той стороны, где сидел мужчина, Энтони выхватил из-за пазухи пистолет и крикнул:

— Вылезай!

Дверца открылась, и человек в черном пальто и черной шляпе медленно вышел из машины. Едва взглянув на него, Энтони понял, что его провели. Это был не Люк.

— Идиот! Ты сам не знаешь, что ты наделал! — орал он, кипя от злости.

— Не знаю? Так объясни мне. Что я такого наделал? — спокойно сказал Берн, приводя Энтони в еще большую ярость.

Ничего не ответив, Энтони пошел прочь, на ходу засовывая пистолет во внутренний карман пальто.

04.30.

— Ты любишь Люка? — спросил Берн.

Они сидели в машине возле его дома. Вилли отказалась от приглашения зайти, ей не терпелось поскорее вернуться к себе, к Лэрри и Бекки-Ма.

— Люблю? Не знаю, — уклончиво ответила она.

— Все в порядке. Я давно понял, что тебе надо было выходить за Люка. Меня ты тоже любила, но не так, как его.

Это правда, подумала Вилли. К Берну она испытывала ровное, спокойное чувство. А с Люком ее охватывала страсть, перед которой она была бессильна.

— Люк женат, — сказала Вилли. — И он из тех, кто хранит верность.

Берн засмеялся:

— Полагаю, ты права. — Он поцеловал ее в щеку и вылез из машины. — Если он тебе завтра позвонит, дай мне знать.

— Хорошо.

Берн вошел в подъезд, и Вилли завела двигатель.

Переехав через Потомак по мосту Мемориал-бридж, она обогнула Арлингтонское кладбище и по тихим пригородным улочкам добралась наконец до дома. На подъездную дорожку она въехала задним ходом. Это уже стало у нее привычкой, потому что по утрам она вечно спешила и каждая минута была на счету. Войдя в дом, Вилли первым делом поднялась наверх проведать сына.

Увидев пустую кровать, она закричала.

— Лэрри! — громко позвала она. — Лэрри, где ты?

Вилли обошла все комнаты. Затем посмотрела в гараже и на заднем дворе. Возвратившись в дом, снова проверила все комнаты, распахивая шкафы, заглядывая под кровати. Она не пропустила ни одного места, где мог бы спрятаться семилетний ребенок, но Лэрри нигде не было. Ее мать вышла из своей спальни.

— Что случилось? — спросила она дрогнувшим голосом.

— Где Лэрри? — крикнула Вилли.

— Я думала, он в постели.

Стараясь не поддаваться панике, Вилли вернулась в комнату сына и внимательно ее осмотрела. Следов борьбы вроде незаметно. Пижама с медвежатами аккуратно сложена, зато школьная одежда исчезла. Судя по всему, он ушел из дома с кем-то знакомым, с кем-то, кому он доверяет.

Энтони.

Сначала при этой мысли она почувствовала облегчение: Энтони не обидит ее мальчика. Но потом засомневалась. Никто не знает, на что он сейчас способен. Необходимо как можно скорее забрать у него Лэрри.

Надо позвонить Энтони. Вилли бегом спустилась по лестнице. Но не успела она дойти до телефона, как раздался звонок. Она схватила трубку:

— Слушаю!

— Это Энтони.

— Как ты мог?! — крикнула Вилли.

— Мне нужно узнать, где находится Люк, — хладнокровно ответил он. — Это очень важно.

— Он уехал… — начала было Вилли, но вовремя остановилась. — Где Лэрри?

— Мальчик со мной. С ним все в порядке. Не волнуйся. Скажи мне то, что я хочу знать, и все будет хорошо.

— Я скажу тебе, где Люк, только когда увижу моего сына.

— Ты мне не доверяешь?

— Мне не до шуток.

Энтони вздохнул:

— Ладно. Жди меня в семь у Мемориала Джефферсона.

Вилли взглянула на часы. Стрелки показывали начало седьмого.

— Я буду там. — Она повесила трубку.

— В чем дело? — спросила Бекки-Ма. — Что происходит?

Вилли попыталась скрыть тревогу от матери:

— Лэрри у Энтони. Сейчас я за ним съезжу.

Она поднялась в свою комнату. Встав на стул, сняла с гардероба небольшой чемоданчик. Положив его на кровать, открыла. Среди прочих вещей в нем лежал кольт 45-го калибра.

Во время войны им всем выдали такие пистолеты. Она хранила свой как сувенир, но при этом не забывала его чистить и смазывать. В отдельной коробочке лежали патроны. Вилли зарядила пистолет и дослала патрон в патронник.

После этого она выбежала из дома и села в машину.

06.30.

Когда Люк заехал на стоянку у здания аэропорта в Ньюпорт-Ньюс, было еще темно. Он не спал уже более суток и страшно устал, но мысли роились у него в голове и не давали покоя. Он любит Вилли. Теперь, когда их разделяли три сотни километров, Люк мог себе в этом признаться. А Элспет? Почему он на ней женился? Вилли отказалась ответить ему на этот вопрос. Он посмотрел на часы. До вылета оставалось больше часа. Люк вышел из машины и направился к телефону-автомату.

Элспет сняла трубку почти сразу — похоже, она уже встала и он не разбудил ее своим звонком. Несмотря на это, ему вдруг стало неловко.

— Доброе утро, Элспет.

— Как я рада тебя слышать! С тобой все в порядке?

— Да, сейчас все нормально. Как выяснилось, Энтони применил ко мне электрошок и напичкал какими-то лекарствами, чтобы я потерял память.

— О боже! Зачем он это сделал?

— Говорит, я советский шпион.

— Но это просто абсурд. Откуда ты звонишь?

Люк колебался. Ее телефон вполне могли прослушивать.

— Думаю, мне лучше не выдавать свое местонахождение. Не исключено, что нас сейчас кто-то слышит.

— Понимаю. Что ты собираешься делать дальше?

— Мне необходимо узнать, что Энтони хотел стереть из моей памяти.

— Но как ты это узнаешь?

— Я бы предпочел не обсуждать это по телефону.

— Ну что ж. Очень жаль, что ты не можешь мне сказать.

— На самом деле я позвонил, чтобы кое о чем тебя спросить. Почему у нас нет детей?

— С тех пор как мы поженились, мы много раз предпринимали попытки. В прошлом году ты обследовался на предмет бесплодия, и врач не нашел никаких отклонений. Несколько недель назад я ходила к гинекологу в Атланте. Мне сделали анализы. Теперь мы ждем результатов.

— Ты мне не расскажешь, как мы поженились?

— Мы много лет не виделись, а потом снова встретились, в пятьдесят четвертом году в Вашингтоне. Я все еще оставалась в ЦРУ, а ты работал в ракетной лаборатории в Пасадине. Ты прилетел на свадьбу Пегги. На ужине нас посадили рядом. Мы разговаривали так, словно не было этих долгих тринадцати лет. Потом мы поехали ко мне, и я тебя соблазнила. Использовала древнюю как мир хитрость.