«Весть по себе мы оставили». Теперь Пини могла действовать по своему разумению.
Мысль воспользоваться подъемником Пини отбросила сразу. Он сейчас в положении «вверх», вот прямо перед нею чуть раскачивается чугунная чушка противовеса. Поднять его можно только снизу. «А будь я внизу, то на кой черт мне эта штука», – резонно заключила Пини. Кроме того, люди, установившие здесь незамысловатое устройство, должны были сперва как-то сюда подняться. Есть, значит, место на берегу, пригодное для подъема и спуска на своих двоих. Такие соображения пришли на ум Пини, и она больше не раздумывала.
Отшагала километра два, прежде чем увидела в сумерках пологий откос – давнюю, плотно слежавшуюся, поросшую кустарником осыпь. Целый час Пини ждала восхода Обо, слушая пение цикад, и доносящиеся изредка из чащи позади протяжные крики слепоглазок. Наконец, проявилась на восточной стороне иззубренная кромка леса. Обо неторопливо всплывала в небо, разгоняя ночной мрак и высвечивая желтым бока облаков. Каждый куст, камень, травинка отбрасывали длинную тень.
Пини поднялась, хрустнув суставами, постояла, осматриваясь. Одна. И только глядит внимательно круглый глаз ближней луны. Пини двинулась вперед и вниз, осторожно раздвигая руками кусты. Шла с опаской, пробуя прочность опоры под ногами, перешагивая через густо темнеющие меж камнями трещины. Она походила на крадущегося в ночи зверя. Ни разу не оступилась, не сделала ни одного неверного шага. И все это время она помнила о Наоми, не отделяя ее судьбу от своей.
Постепенно у нее возникло ощущение, что она узнала о Наоми новое. Но, как ни старалась, не могла уяснить, что же именно так не вяжется со всем тем, что ей уже известно о подруге. Возможно, думать мешала все возрастающая сложность пути. Уже в самом конце спуск стал крайне опасным. Крупные, в беспорядке лежащие валуны, черные ямы провалов. Днем Пини без труда одолела бы весь этот камнелом. Но сейчас… Хрустнет хрупкая кость, когда нога соскользнет с опоры, застряв между гранитными плитами или же Пини сорвется в одну из таких страшных в свете Обо каменных ловушек. Она останется жива. Какое-то время. Здесь никто не придет на помощь и долго, возможно, никогда не станет известно, где нашла Пини свою смерть.
Пини остановилась и долго отдыхала. До тех пор, пока Обо не поднялась настолько, что тень от нависающего сзади берега отступила. По тусклому серебру полночного океана плыли к берегу длинные полосы волн. С веселостью отчаяния Пини перемахнула через двухметровую, страшную на вид расщелину. Затем спрыгнула на плоский валун полутора метрами ниже. Еще один прыжок и она упала коленями на прибрежную мелкую гальку. Волна с шипением откатилась от ее ног, чтобы через несколько секунд поцеловать их снова.
Пини сполоснула соленой водой горящее лицо. Есть не хотелось, но она заставила себя проглотить оставшиеся от неудавшегося пикника бутерброды. Встала, уверенная в себе, сильная. Короткая кожаная юбка туго обтягивала ее бедра, сапоги облегали крепкие ноги, матово светились в свете Обо белая безрукавка и светлые, собранные сзади в пучок волосы. На правом бедре игломет – шесть парализующих зарядов. И зашагала вдоль кромки воды обратно, где за темной грядой скал прятался «Громовержец».
Когда до скал осталось не больше десяти минут ходьбы, Пини остановилась. Яркая как ночной фонарь Обо уже проделала треть пути по небосклону, Пини поразилась, что прошло уже так много времени. Усталости не было. Быстро разделась, оставшись в одних плавках, пояс с иглометом надела прямо на голое тело. Одежду прятать не стала – черт с ней. Тихо вошла в воду. Чем хорош игломет: оружие действует, даже, когда в механизм попала вода…
Левый, обращенный к берегу борт «Громовержца» с так и не поднятым трапом, зловеще светился в лучах Обо. С этой стороны Пини не стала подбираться к кораблю. Дура что ли? По широкой дуге обогнула нос корабля, кто бы увидел ее голову над ночной водой… Тихо скользнула к правому борту. Коснулась металлического корпуса, даже легко стукнула кулаком, броня глушила звук удара. Где-то здесь якорная цепь, если этот монстр построен хоть с некоторым соблюдением правил кораблестроения. Запрокинула голову. Громада корабля закрывала Обо и Пини увидела ночное небо, густо засеянное звездами. «Две сестры» вершили свой путь вокруг невидимой точки северного полюса. «Я и Наоми. Всегда близки, всегда вместе».
Рука Пини коснулась огромного звена якорной цепи. Пини несколько раз глубоко вздохнула, подтянулась обеими руками и, через десяток секунд была на палубе «Громовержца». Распласталась в тени одного из орудий, замерла. Тишина. Похоже, на палубе, кроме нее, вообще никого нет. Сердце Пини сильно забилось.
Экипаж железного чудища на редкость беспечен! Возможно, им ударило в голову сознание собственного могущества от обладания чудесной машиной. Пини уже представила себе, как проберется внутрь, отыщет Наоми. Может, придется израсходовать часть зарядов. Яд в стрелках ее игломета оглушает сразу, но не смертелен. Два часа беспамятства и очнувшись, жертва не сможет вспомнить, что с ней произошло.
На палубу упал слабый отблеск света, как от приоткрытой двери. Пини, подобравшись, следила за появившимся человеком. Узкие брюки, снежно-белая сорочка, жилетка со множеством карманов. Неизвестный щелкнул зажигалкой – орлиный нос, глубоко посаженые глаза, выдвинутый вперед подбородок. Впалые щеки изборождены морщинами. Прилизанные, черные как смоль волосы уже поседели по краям. На жилетке выделяется красным пятном вышитый цветок орхи – знак сословия врачей. Судовой доктор.
Он раскурил сигарету в длинном мундштуке, с видимым удовольствием затянулся. Постоял немного, швырнул окурок за борт и негромко рассмеялся своим мыслям:
– Это пойдет ему на пользу…
Пини слышала его совершенно отчетливо. Выждала, когда он повернулся к ней спиной, возвращаясь туда, откуда вышел. Метнулась следом. Он вздрогнул, почувствовав на своей шее дуло игломета.
– Тихо! – прошипела Пини. – Мне нужна Наоми. Где она?
– С ней все в порядке, – он резко отклонил голову в сторону и попытался выбить у Пини игломет из рук. Пини присела и, когда незнакомец повернулся, выстрел пришелся ему в грудь. Ругаясь в мыслях страшными словами, Пини подхватила обмякшее тело и затащила под чехол одного из странных палубных орудий. Лучше спустить за борт… Но она не была готова к хладнокровному убийству. Тем более, человека, который лично перед ней ни в чем не провинился. И, к тому же, чьим призванием было сохранять жизнь другим.
Вернулась настороженная, потянула на себя полуприкрытую дверь и столкнулась лицом к лицу еще с одним из экипажа «Громовержца». Этот был ниже ее ростом, с худым, желчным лицом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
