Читаем без скачивания Час убийства - Гарднер Лиза

– Тебе нечего здесь делать, – твердо возразила Кимберли.

– Меня пригласили.

– Я не звала тебя!

– Я не предполагал, что это ты.

– Черт возьми, тебе сообщили об этом трупе?

– Кимберли…

– У меня все превосходно!

– Ким…

– Я не нуждаюсь в помощи, особенно в твоей!

– К…

– Возвращайся домой. Уезжай! Если хоть чуточку любишь меня, пожалуйста, ради Бога, уезжай.

– Не могу.

– Почему не можешь?

Пирс Куинси тяжело вздохнул, но ничего не сказал. Только коснулся рукой исцарапанного лица дочери. Она вздрогнула, и его рука тут же упала вниз, словно ее обожгло.

– Нам нужно провести совещание, – повторил Куинси, поворачиваясь к двери. – Будьте добры, следуйте за мной.

Мак поднялся. Кимберли неохотно отодвинула назад свой стул. Оба последовали за ее отцом; рука Мака легко обвилась вокруг талии девушки.

– Кажется, мы попали в беду, – прошептал Мак. И Кимберли злобно ответила:

– Еще в какую.

Глава 13

Куинси привел их к кабинету в главном административном крыле. Табличка на двери гласила: «Куратор Марк Уотсон». Хозяин кабинета сидел, привалясь к столу, перед двумя гостями. В первом Мак узнал агента ВМСУР с места обнаружения тела. Второй была весьма привлекательная женщина лет около сорока с пышными длинными каштановыми волосами. В ее лице не было и намека на классическую красоту. Она явно не имела отношения к ФБР и не скрывала что крайне раздражена Уотсоном.

– Кимберли! – Женщина поднялась, едва девушка вошла в кабинет, и быстро обняла ее.

– Рейни! – Кимберли слабо улыбнулась женщине когда Уотсон выпрямился, снова насторожилась. Главную роль здесь, несомненно, играл куратор. Он поднял руки, требуя общего внимания.

Начал Уотсон с представлений: Рейни оказалась Лорейн Коннер, партнершей Куинси в нью-йоркском агентстве «Куинси энд Коннер инвестигейшнз»; сотрудник ВМСУР – особым агентом Томасом Кэпланом из отдела общеуголовных преступлений в Норфолке [4].

– Куинси и Коннер, объявил Уотсон, приглашены Военно-морской службой уголовных расследований для помощи в этом деле. Поскольку тело обнаружено на территории базы морской пехоты, рядом со спортплощадкой Академии ФБР, руководители решили, что присутствие независимых консультантов в их общих интересах. То есть оба прекрасно понимали, что будет означать, если преступником окажется кто-то из их людей и создастся впечатление, будто пытались покрывать его. Сущая находка для политиков.

Мак сел возле двери, уже закрытой, чтобы в коридоре ничего не было слышно. Заметив, что Кэплан стоит рядом с Уотсоном, Куинси сел рядом с Рейни Коннер. Кимберли же отдалилась от отца насколько могла. Она стояла в дальнем углу, сложив руки на груди и воинственно вздернув подбородок.

Таким образом, сразу определились все союзы. Или отсутствие их. Можно было приступать к делу.

Марк Уотсон обратился к Кимберли:

– Начинающий агент Куинси, насколько я понимаю, вы виделись сегодня с особым агентом Кэпланом.

– Да, сэр.

– Я думал, утром мы пришли к взаимопониманию. Это дело расследует ВМСУР. Вы держитесь в стороне.

– Я обещала сотрудничать с ВМСУР и нашла возглавляемый расследование агента, чтобы дать показания. Он собирался присутствовать при вскрытии, и мне стало интересно. Попросила разрешения присоединиться к нему. Он любезна разрешил. – Кимберли чопорно улыбнулась. – Спасибо, особый агент Кэплан.

Уотсон взглянул на Кэплана, и бывший морской пехотинец пожал широкими плечами.

– Она представилась. Попросила разрешения. Ну, я и разрешил ей присутствовать.

– Я не лгала, – тут же заговорила Кимберли. – И не скрывала своих интересов. Вот только не попала ножом в змею. За это прошу прощения.

– Понятно, – сказал Уотсон. – А до того, когда, откровенно нарушив мой приказ, пытались проникнуть на место преступления, вы тоже думали о срочности расследования ВМСУР?

– Я искала особого агента Кэплана…

– Не считайте меня дураком.

– Мне было любопытно, – отозвалась Кимберли, – но ничего не вышло. Охранники, выполняя свой долг, прогнали меня.

– Понятно. А что после того, как вы беспокоили морских пехотинцев в лесу, начинающий агент Куинси? Что скажете о часе, проведенном в разговорах с особым агентом Маккормаком? Ведь вас недвусмысленно предупредили не говорить о своей находке ни с кем в академии. Как это объясните?

Кимберли оцепенела. Бросила неуверенный взгляд на Мака, подавлявшего желание выругаться. Конечно, их встреча в «Перекрестке» была на виду у всех. Глупо, глупо, глупо.

На сей раз Уотсон не стал ждать ответа Кимберли. Он был в ударе – или, может, видел, как напрягся сидевший напротив Куинси.

– Представьте себе мое удивление, – продолжал Уотсон, – когда я узнал, что моя подопечная не вернулась, как я того требовал, к себе в комнату, а отправилась в лесу; потом ее видели оживленно беседующей со слушателем Национальной академии, который, оказывается, работал над делом, имеющим поразительное сходство с убийством, случившимся сегодня утром. Кимберли, вы делились сведениями с особым агентом Маккормаком?

– Нет, я получала сведения от него.

– Право, это весьма интересно. Особенно в связи с тем что он десять минут назад стал у особого агента Кэплана главным подозреваемым.

– О Господи! – вспылил Мак. – Я всеми силами стараюсь помочь в расследовании дела, которое представляет собой начало долгого, жуткого кошмара. Вы хоть представляете, с чем столкнулись?

– Где вы были вчера вечером? – резко перебил его особый агент Кэплан.

– Сперва в баре «Карлоса Колли», в Стаффорде. Потом вернулся в Квонтико и случайно столкнулся на стрельбище с начинающим агентом Куинси. Не имеет значения…

Кэплан быстро перевел взгляд на Кимберли.

– В какое время вы видели его на стрельбище?

– Часов в одиннадцать. Я не смотрела на часы…

– Видели, чтобы он шел к общежитию?

– Нет.

– Куда он направился?

– Не знаю. Я пошла к общежитию. И не обращала на него внимания!

– Стало быть, – обратился Кэплан к Маку, – никто не знает, где вы были после половины двенадцатого прошлой ночью.

– Не считаете ли вы поразительным совпадением, – заговорил Уотсон, – что здесь происходит убийство, очень во многом сходное с вашими прошлыми делами, когда вы находитесь в академии?

– Это не совпадение, – ответил Мак. – Убийство было спланировано.

– Что?

Уотсон умолк и бросил взгляд на Кэплана. Тот явно недоумевал. Очевидно, им обоим очень нравилась версия «полицейский из Джорджии – убийца». Почему бы нет? Haшел труп в восемь утра, закончить дело до шести вечера. Это настоящая сенсация. Идиоты!

– Может быть, – спокойно вмешался Куинси, – стоит человеку высказаться. Разумеется, – сухо добавил он, – это всего-навсего совет независимого консультанта.

– Конечно, – поддержала его сидевшая рядом Рейни. – В конце концов, это для пользы дела.

– Благодарю, – церемонно отозвался Мак и бросил благодарный взгляд на Куинси и Рейни, при этом старательно избегая глаз Кимберли. Что она испытывает сейчас? Чувствует себя обиженной, сбитой с толку, преданной? Ничего подобного он не хотел, однако теперь ничего не мог с этим поделать.

– Подтверждение всему, что я скажу, можете получить у моего куратора, главного специального агента Ли Грогена из управления полиции штата в Атланте. Да, начиная с девяносто восьмого года у нас произошел ряд убийств, похожих на то с которым вы сегодня столкнулись. После третьего случая мы создали сводную опергруппу для ведения расследования. К сожалению, после седьмого убийства человек, которого мы искали, так называемый Экокиллер, попросту исчез. Опергруппа стала работать по множеству направлений. Три года спустя мы оказались на мели. Однако полгода назад обстановка снова накалилась. В корреспонденции оказалось одно письмо. В нем лежала газетная вырезка, письмо редактору, такое же, как те, что убийца отправлял в «Атланта джорнэл конститьюшн». Только это было отправлено в «Виргинией пайлот». А потом я начал получать телефонные звонки…