— Конечно, попрощаюсь. И ты тоже. Пожелай им счастливого пути и пообещай, что сделаешь меня счастливой.
— Обязательно, — хмуро ответил он и отвернулся.
Она разыскала мать и разбудила отца. Гости даже не собирались расходиться. Похоже, Стефани уезжала первой.
— Побыли бы еще немного, — грустно сказала Мелани, обнимая дочь. — Ох, когда же мы с тобой снова увидимся?
— Ну-ну, не навеки же мы прощаемся, — проворчал Тони. — Скоро у дочки свадьба, там и встретимся.
— Папа! — с укором произнесла Стефани. — Дерек пока не сделал мне предложение.
— Но наверняка сделает в ближайшее время, — сказал Тони, повысив голос, так как они как раз приближались к Дереку.
— У меня есть идея! — воскликнула Мелани. — Почему бы вам не отпраздновать свадьбу на Фиджи? Это будет незабываемо!
— Я подумаю, мама, — сдержанно пообещала Стефани.
Мелани кинулась на шею Дереку и стиснула его в крепких объятиях, что означало, что она окончательно смирилась с выбором дочери.
— Береги мою девочку, дорогой!
— Всенепременно, — твердо произнес Дерек.
Тони пожал ему руку.
— Ты хороший парень. И плавки, что подарила тебе моя дочь, просто улет!
— Папа! Где ты нахватался таких слов? — возмутилась Стефани.
— Ты посмотри, она меня воспитывает! — расхохотался Тони.
— Ваш рейс рано утром? — спросил Дерек.
— Да, в шесть часов! А гости начнут расходиться, по моим прогнозам, часа в три ночи, — сообщила Мелани. — Вот никак не могу решить, стоит ли ложиться спать.
— Не нужно было устраивать вечеринку накануне отъезда, — проворчала Стефани.
— А мне так захотелось! — упрямо заявила Мелани. — Все, идите уже. Я страшно не люблю долгие прощания! Того и гляди расплачусь.
Стефани еще раз обняла родителей, взяла Дерека под руку и вышла за ворота. Журналисты уже разъехались — можно вздохнуть свободно.
— Я отдам тебе деньги, как только сядем в машину, — сказала Стефани.
— Да, конечно.
Они застыли друг против друга, не зная, что сказать. Стефани не могла выдавить из себя ни слова благодарности, хотя понимала, что нужно сказать спасибо.
— Ты молодец, — наконец произнесла она. Дерек криво улыбнулся и отвел взгляд.
— Да, я талантливый.
— Если когда-нибудь тебе понадобится моя помощь…
— Сомневаюсь, — отрицательно мотнул он головой. — Да и не стоит говорить подобные слова человеку, который едва сводит концы с концами. Потом можешь пожалеть.
— Ох, да перестань ты! — рассвирепела она. — Я вовсе не считаю тебя отбросом общества, как ты, должно быть, думаешь.
— Спасибо на добром слове, — усмехнулся он и махнул рукой подъезжающему такси. — Садись. Не будем терять времени, уже очень поздно.
Через полчаса Стефани была дома. Она долго расчесывала волосы перед зеркалом и заставляла себя улыбаться. Теперь уже никогда не придется думать о том, как объяснить родителям, почему у нее не складывается личная жизнь.
8
— Повернись, Джуд! Или как там тебя… Еще. И еще разок! О боги, ну кто так ходит? Ты путаешься в собственных ногах! Ведь ты же модель, а не девочка с улицы! Зачем так вилять бедрами? Это вульгарно! Откинь назад волосы. И улыбайся. Да не скалься, как людоедка, а мило улыбнись! Все, прочь отсюда, я больше не могу… Роуз, зови сюда следующую.
Стефани вытерла вспотевший лоб и устало вздохнула. За три часа ни одной приличной модели. Не умеют ни двигаться, ни улыбаться. А ведь все они далеко не новички — большинство из них больше года работают в модельном бизнесе. А это приличный срок для данной профессии. Но зато хоть ясно, почему они не достигли большего, чем редкие приглашения на съемки в рекламе йогуртов. Бездарность на бездарности!
— Вот эта вроде бы ничего, — сказала Роуз вяло. Она жутко устала и проголодалась, но знала, что Стефани ни за что не успокоится, пока не просмотрит всех, кто пришел на кастинг.
Стефани взглянула на стоявшую перед ней брюнетку: совсем молоденькая, наверняка не больше семнадцати. Хотя это уже солидный возраст для начинающей модели.
— Черты лица неправильные, — сказала Стефани, ничуть не заботясь о чувствах модели. — И посмотри на ее уши. Слишком большие. Если она научится ими махать — то взлетит. А руки? Непропорционально длинные! И это называется «вроде ничего»? Ничего хорошего, я бы сказала!
Брюнетка вдруг всхлипнула, и по ее щекам покатились крупные слезы. Миг — и она выбежала из зала, закрыв лицо руками.
— Ну разве можно с такими нервами идти в модельный бизнес? — покачала головой Роуз. — Следующая!
Стефани заглянула в список. Если верить ему, то очередная модель — на этот раз блондинка — была двести сорок второй.
— Повернись и пройдись, — скомандовала Роуз и зевнула.
— Вот эта действительно хоть на что-то способна. — Стефани, прищурившись, разглядывала блондинку. — Сколько тебе лет?
— Двадцать один.
— О! Ну что за несчастье! В двадцать один пора уже заканчивать карьеру модели.
— Но я умею работать! И у меня отличный послужной список.
— Что ж тебя не научили не спорить с работодателем? — усмехнулась Стефани. — Пройдись еще раз.
— Сколько еще осталось? — спросила Роуз, с тоской глядя на часы.
— Тридцать одна.
— Может, сделаем небольшой перерыв и перекусим?
— Мы и так спешим, словно вот-вот начнется пожар! — возмутилась Стефани. — За три часа — двести человек. Неслыханное дело.
— Там и смотреть-то было не на кого.
— И я сомневаюсь, что среди оставшихся тридцати спряталась настоящая жемчужина.
— Все может быть.
— Извини, но мы ищем другой типаж, — сказала Стефани, обращаясь к модели. — Следующая!
Однако вместо очередной несчастной худышки вошел Кларенс. Он модельной походкой прошелся по подиуму, профессионально улыбнулся и спрыгнул вниз.
— Берем! — захлопала в ладоши Роуз. — Вы просто находка!
— Привет. — Стефани приподнялась, чтобы запечатлеть на его щеке поцелуй. — Что ты здесь делаешь?
— Решил посмотреть, как ты работаешь. — Он подтянул к себе свободный стул и уселся на него. — Надеюсь, не помешаю?
— Ну что ты, — улыбнулась Стефани. — Возможно, даже поможешь.
— Как идут дела?
— Плохо. Я уже потеряла надежду найти хоть кого-то стоящего.
— Будем надеяться на лучшее, — оптимистично произнес Кларенс. — Зовите еще одну.
Им повезло, когда в списке остались всего два человека. В зал вошла высокая худенькая модель с пышными каштановыми волосами. Она была хороша во всех смыслах этого слова.
— Наконец-то! — с облегчением выдохнула Стефани. — Посмотрите-ка на нее. Такая худышка, а бюст третьего размера. Имплантаты?
