Читаем без скачивания Дом шепотов - Серж Брюссоло

Двух парней, пригнанных Антонией, звали Тош и Ван Дик. Это были два красивых молодых человека слегка за тридцать, мускулистые, с насмешливыми глазами. Они были одеты во все черное и листали затрепанные экземпляры «Дороги» Джека Керуака. Тош был блондином, Ван Дик – брюнетом. Сара решила, что это серфингисты, лишь недавно принявшие «философию» и играющие роль поэтов, мучающихся от абстиненции.

– Мне очень жаль, – прошептала Антония, оттаскивая Сару в сторону. – Но мне кажется, что двое других просто наделали в штаны. Уже поползли слухи. В городе заключают пари.

– Пари? На нас?

– Да, на наши шансы выжить. Сейчас пока большая часть игроков полагает, что мы не вернемся из этой экспедиции.

Сара не дала себе труда ответить и приказала парням сесть за руль второго и третьего грузовиков, они с Антонией возглавили колонну. Две машины были наполнены водой и провизией, в третьей находились инструменты, запас батареек, ацетиленовые таблетки, а также различные клеи и прочие вещества, собранные Антонией, – она использовала их в реставрационных работах. Все без исключения взрывоопасно. В последнюю минуту Сара прихватила еще помповое ружье и коробку с пятьюдесятью патронами. «От койотов» – так она объяснила.

Колонна двинулась в путь, проехала Лос-Анджелес и направилась в сторону пустыни. Сидевшая рядом с Сарой Антония попыталась произнести веселый панегирик парням.

– Они правда клевые, вот увидишь, – повторяла она. – И отличные любовники. Советую тебе этим воспользоваться, я не ревнива, мы с ними просто друзья, вот и все. Я заставила их пообещать, что они не будут часто курить травку на раскопках. Знаешь, выбор у нас невелик. По поводу этой работы уже ходят ужасные слухи. Никто точно не знает, о чем идет речь, но все повторяют, что эта тухлятина опасна, и это еще не все. Есть еще кое-что.

– Что еще?

– Мы будем не первыми. Адриан Уэст уже отрядил туда три команды, и ни одна не вернулась. Все они испарились, будто их поглотила пустыня. Никто больше никогда ничего о них не слышал.

Сара не могла скрыть удивления.

– Ты ведь об этом не знала? – настаивала Антония. – Говорят, что Уэст повторяет попытку каждый год. В этот раз выбор пал на тебя. Мы новые гладиаторы и сейчас выходим на арену.

Весь остаток пути Сара молчала, изо всех сил сжимая руль. Конечно, она презирала слухи, расползавшиеся из мирка битников, для которых наркотики превращали обычный инцидент в международный заговор, но ей не нравилось, что Уэст надул ее.

«Так что же, мы четвертая команда, которую посылают на бойню? – подумала она. – Не слишком веселая перспектива!»

Словно наяву девушки почувствовали, что они покидают нормальный мир и попадают на фантастическую территорию, странную зону вне времени и пространства, где присутствие человеческих существ не приветствуется. Сара постоянно сверялась с компасом, чтобы удостовериться, что они не сбились с пути. Наконец среди дюн показался склад горнодобывающей компании, и она с облегчением вздохнула.

Когда они вылезли из грузовиков, парни попробовали шутить, что звучало так фальшиво, будто они пытались заполнить шумом это слишком пустое и слишком огромное пространство.

Не обращая на них внимания, Сара сняла замок и попросила сдвинуть дверь, закрывавшую вход на склад. Вид шести спящих в глубине контейнеров быстро привел их в чувство.

– Эй! – выдохнул Тош. – Это еще что такое? Атомные бомбы?

– Ядерные подводные лодки? – добавил Ван Дик.

Несмотря на все их шуточки, Сара чувствовала, что ребята находятся под впечатлением и даже немного побаиваются. Сама она испытывала те же ощущения – она уже успела забыть, какой устрашающий вид у этих покрытых пылью цилиндров.

«Можно подумать, что это какое-то старое забытое оружие, – подумала она. – Шесть механических монстров, которые только и ждут ошибки с нашей стороны, чтобы ожить».

В течение следующего часа они загоняли грузовики в ангар, а потом разбивали лагерь. Приходилось думать о том, что с наступлением ночи температура падает с головокружительной скоростью. Сара заставила натянуть две палатки – мужскую и женскую, отчего Тош и Ван Дик опять стали ухмыляться.

– Лучше давайте устроим смешанные пары, – предложил Тош. – Это лучший способ бороться с холодом.

Антония глупо хихикнула. Сара почувствовала раздражение. Что эта дура себе думает? Может, она действительно считает, что приехала сюда трахаться?

Ей пришлось повысить голос и даже перейти на крик, призывая всех к порядку.

– Хватит! Успокойся, – прошептала Антония. – Если ты будешь продолжать строить из себя маленького фюрера, ребята свалят и мы с тобой останемся одни, как две идиотки. Они нам нужны, ты сама это прекрасно знаешь.

Сара подчинилась. В глубине души она признавала, что присутствие молодых мужчин с голыми торсами возбуждает ее. Она не занималась любовью уже шесть месяцев, и фрустрация испортила ее характер, она стала более агрессивной.

Ей показалось, что ребята это заметили, и это открытие только усилило неловкость.

Они вытащили все инструменты и принялись за ревизию подъемных механизмов, сложенных в глубине ангара. Сара сначала думала, что все эти тягачи и подъемные краны доставил сюда Мэлоун, но теперь она не была так в этом уверена. Возможно, все это оборудование принадлежало командам, которые были тут до них? Рассмотрев их поближе, она убедилась, что машины менее старые, чем показалось.

В течение двух часов ангар наполняли слаженные удары молотков и крепкие ругательства. Сара заметила, что все стараются повернуться спиной к контейнерам, словно один их вид вызывал в каждом необъяснимое отвращение.

Начали испытывать технику. Тош и Ван Дик оказались знатоками механики и отлично управлялись со строительными машинами. Сара расслабилась. По крайней мере от этих двух идиотов будет хоть какая-нибудь польза!

Когда стемнело, она настояла, чтобы ангар закрыли от койотов, которых наверняка привлечет запах еды. Раздвижную дверь заперли на висячий замок. Антония разложила садовую мебель и склонилась над плиткой, чтобы приготовить сосиски и чечевицу в томате – совсем как в вестернах. Керосиновая лампа освещала лишь небольшую часть склада, оставляя в темноте ужасающую груду контейнеров. Парни изгалялись в шутках, как могли, но Сара их не слушала. Уже некоторое время она спрашивала себя, не допустила ли она ошибку, заперев входную дверь. Если из цилиндров что-то вылезет, они окажутся пленниками в стенах из жести и…

Она встряхнулась. С ума она сошла, что ли? Ничего не вылезет из контейнеров – разве что обломки и цементная пыль. Ей необходимо взять себя в руки!

Антония смеялась с Тошем и Ван Диком. Такого смеха Сара у нее никогда не слышала. Смех самки, закидывающей голову назад. Парни не переставали ее поглаживать, перемигиваясь между собой. Было в их поведении что-то неприятное, и очень скоро Саре, все это надоело. Она сидела в сторонке, не влезая в разговор, пока остальные передавали друг другу банки с пивом, а потом и косячки. На свет керосиновой лампы стала слетаться мошкара.

– Я знаю одну историю про Рекса Фейниса, – почесываясь, заявил Тош. – Мне мать рассказывала, она работала медсестрой в частной клинике в Беверли-Хиллз.

Сара сжалась. Ну вот, эти два клоуна сейчас решили возродить детскую традицию страшилок вокруг костра! Только этого еще не хватало…

– Этот Рекс, – начал парень, – был прикольным мужиком. Что-то вроде великого прислужника смерти. Похоже, он организовывал самоубийства людей, которые хотели умереть, но не решались перейти от слов к делу.

– Что за глупости ты несешь! – захихикала Антония.

– Вовсе не глупости, – проворчал внезапно посерьезневший Тош. – Моя мать никогда не выдумывала. Рекс создал что-то вроде службы для депрессивных звезд. С ним связывались, и он принимался за дело. Ну как бы устраивал весь спектакль. Конечно, ему за это отваливали много бабла. Затем он обдумывал с девкой или мужиком, что им больше подойдет: принять яд, порезать вены, повеситься… У всех были свои идеи на этот счет. Все они хотели чего-то театрального, чтобы поразить журналистов. Рекс говорил им: «Вы наверняка хотите совершить самоубийство, чтобы отомстить кому-то. Поэтому надо сделать что-нибудь ужасное, отчего его совесть замучает и что будет преследовать его до конца жизни!» И он был прав: ведь если ты стреляешься, то только для того, чтобы насолить девчонке, которая тебя бросила, продюсеру, который тебя выгнал, или критику, который разнес тебя в пух и прах. Звезды, решившие покончить с собой, приходили к нему. Он появлялся вечером, на который была назначена церемония, давал своим жертвам что-то выпить, чтобы они слегка одурели, а потом готовил их. Девиц усаживал в ванную, перед тем как вскрыть им вены, затем разбрасывал вокруг лепестки роз и зажигал ароматические свечи по всему дому. Мужиков держал за руку, пока они не нажимали на курок, чтобы пустить себе пулю в лоб. К тем, кто хотел выброситься из окна, но не мог набраться смелости, он вламывался среди ночи, полусонными выдергивал из кровати и выбрасывал с балкона. Он был вроде как палачом, но палачом, чьи жертвы были сами согласны, сечете? Он много лет занимался этим видом спорта, нажил немало бабла, прикончив стольких звезд. Похоже, Мэрилин Монро тоже обратилась к нему, когда ей надоело, что с ней обращаются как с дерьмом.