Читаем без скачивания Лубянская ласточка - Борис Громов

«У меня тоже будет замок. Мой собственный. В Нормандии! – решила Натали. – Он будет недалеко от Парижа. Так, чтобы в любой момент я могла сесть в „мерседес“ – и через полтора часа на месте. Стены замка плотно обвивают виноградная лоза и плющ, придавая ему романтический вид. Разумеется, современный комфорт: крытый бассейн с солярием, пожалуй, теннисный корт и, конечно, конюшня…»

– Я свободен, – объявил Легаре, когда они пили кофе в своем любимом кафе на Монмартре. – Желаете стать мадам Легаре?

– Желаю. – Натали осторожно поставила крошечную чашечку на столик, острым язычком слизнула крошки пирожного с кончиков пальцев и улыбнулась Пьеру.

Она была как-то по-особому хороша в этот момент. Свободная оранжевая блузка, словно пропитанная солнцем Парижа, оттеняла глубину изумрудных глаз, коротенькая юбочка, тоже оранжевая, соблазнительно обтягивала упругую попку. Трусики Натали считала совсем не обязательной деталью туалета. Ученые доказали: у любого человека, который несколько минут смотрит на оранжевый цвет, появляется зверский аппетит, учащаются пульс и дыхание, поднимается кровяное давление. Ну у мужчин это вызывает еще и другой эффект… Возможно, коварная Натали именно по этой причине выбирала туалеты оранжевых оттенков, окончательно изменив палево-бежевому.

Наука оказалась права во всем, кроме одного момента: аппетит у Легаре начисто пропал, едва он увидел, как Натали облизывает смуглые пальчики. У него перехватило дыхание от внезапного острого желания (и не мальчик ведь…).

– Пьер!

– Да, дорогая, – хрипло отозвался Легаре.

– Будущая мадам Легаре хочет кататься на речном трамвайчике по Сене, а вечером – ужинать в «Ритце».

Они бродили в Булонском лесу, провели замечательный вечер в ресторане, а потом поднялись на Эйфелеву башню. Натали подошла к бортику площадки – внизу сиял тысячей огней наполненный духом вечной жизни ночной Париж. Ей не было нужды произносить: «А теперь кто победит – я или ты?»

Город лежал распростертый у ног Натали – оставалось лишь выбирать из того, что он услужливо приносил ей в дар. Теперь пришла пора заняться сколачиванием собственного капитала. Мадам Натали – гражданка Франции и истинная парижанка. Где та девчонка с Арбата, стремительно вырвавшаяся на волю и ошалевшая от этого? Нет и в помине… Натали и Франция, Натали и Париж понравились друг другу с первого взгляда и признались в вечной любви…

Время шло, и мадам Легаре стало «тесновато» во Франции – душа стремилась увидеть иные города и страны. Пьер это чувствовал.

Однажды, собираясь навестить отделение своей фирмы в Праге, он предложил Натали составить ему компанию.

– Удивительный, сказочный город, ты получишь массу удовольствия, дорогая.

Натали не возражала. Остановились они в «Савойе», изысканном отеле, уютно вписавшемся в Малу Страну – самый барочный квартал Праги, где улицы и переулочки располагают к бесцельным прогулкам.

Сначала Натали решила побродить по музеям. Ближе всего оказался дворец Шетрнберга, где среди работ Гойи, Эль Греко и Ван Дейка она увидела приличную коллекцию православных икон. Купив каталог, она решила, что культурную программу выполнила. Ей стало скучно – Прага это не Париж!

За день до возвращения домой Пьер и Натали прогуливались по Карлову мосту. Легаре, который любил Прагу и вполне мог бы зарабатывать, обслуживая туристов, водил Натали от скульптуры к скульптуре.

– Святой Ян Непомуцкий, покровитель утопающих. Видишь, как блестит фигурка на пьедестале? Она отполирована тысячей рук – кто дотронется, у того исполнятся все желания. Кстати, это единственная подлинная бронзовая статуя на мосту. Почти все эти фигуры – копии. Считается, что на открытом воздухе мрамор крошится, а бронза – зеленеет.

В чем, в чем, а в подобных вещах Натали разбиралась великолепно.

– Вот тебе мраморный святой Филипп Бениций, – занудно вещал Пьер. – Далее – святой Августин.

Святой Августин… Имя из полузабытого детства, запретные игры с сестрой… Августин на Карловом мосту отличался от терзаемого искушением робкого святого со старинной гравюры. Пылающий непримиримой ненавистью к еретикам, здешний Августин неистово попирал ногами еретические книги.

…В детстве тайным развлечением сестричек Бережковских была игра «в святого Августина». Книги – в доме имелась скромная, но прекрасно подобранная библиотека – Софья Григорьевна от девочек не прятала, но одна вещь постоянно находилась под замком. Вероятно, она принадлежала еще Науму Иосифовичу – их таинственно пропавшему отцу. В те дни, когда мать после школы отправлялась на уроки (а значит, будет дома к вечеру), Наташа доставала из комода ключ и отпирала заветный ящик письменного стола. На диван водружался огромный альбом репродукций старинных немецких гравюр. Каждый плотный, слегка пожелтевший лист отделяла от другого тончайшая папиросная бумага, и девочки старались как можно бережнее обращаться с запретной книгой. Открывалась заветная страница – «Искушение святого Августина». Кто такой Августин и что значит «искушение», Наташа и Изольда не знали, однако их завораживали обнаженные тела мужчин и женщин, переплетающиеся в замысловатых позах. От картинки исходила какая-то гипнотическая бесовская сила, которая мгновенно захватывала девочек, и через несколько минут в комнате начиналась самая настоящая вакханалия. Они прыгали и извивались, исполняя неведомый танец, а потом набрасывались друг на друга, подражая изображениям на картинке. Женщиной всегда оказывалась Изольда, хотя и пугалась неистовой, часто агрессивной страсти, с которой Наташа тискала ее тело. Старшая же получала от происходящего явное наслаждение и не скрывала удовлетворения, когда устрашенная безудержными ласками-терзаниями младшая просила пощады.

Сестры взрослели, и игры сами собой прекратились, о них сестры и не вспоминали. Но однажды в крошечной кабинке-раздевалке на пляже в Татарове Натали обнаженной грудью коснулась мокрой спины своей подруги Люды или, как ее называли в компании, Люсьены.

– Прости, но здесь так тесно, – извинилась Наташа.

– Зато ведь приятно? – Люсьена откровенно смеялась. Она повернулась и беззастенчиво рассматривала подругу. – Так ты еще не пробовала?.. Не горюй, Наташка, все у тебя впереди. Я это вижу!

…Натали остановилась и потрогала негодующую ступню Августина.

– Тебя так волнует блаженный Августин?– с усмешкой спросил Легаре.

– Да нет, ничего особенного. Как я соскучилась по Парижу, Пьер!..

В парижском клубе «Stade Francais», куда Натали иногда ходила поиграть в теннис, на этот раз ее внимание привлек молодой мужчина, стоявший у свободного корта и время от времени поглядывавший на часы. Натали обратила внимание на его спортивную фигуру и мужественное лицо. На нем читалась досада. Пропустить подобный образец совершенного самца – не в ее правилах. Предлог был очевиден – мужчину подводил партнер, с которым он договорился сыграть этим утром. Однако партнер в клуб не явился и, по всей вероятности, теннисная партия сегодня не состоится.

– Если ваш напарник или напарница не придет, я готова выручить вас. Я тоже сегодня осталась без партнера, мсье… – с улыбкой обратилась Натали к незнакомцу. Эта была одна из ее отработанных фирменных улыбок, в которых было не меньше загадочности, но значительно больше женственности, нежели у Джоконды. На мужчин они действовали безотказно.

– Беллон, Жульен Беллон. Буду очень рад. Вы действительно меня выручите, мадемуазель…

– Мадам Легаре, Натали Легаре. Только предупреждаю, что я не слишком хорошо играю в теннис. Хожу сюда иногда по выходным для поддержания формы.

– Так же, как и я. Поэтому мы на равных.

Играть Натали с Жульеном было легко. То ли он действительно был с ней одного уровня, то ли просто подыгрывал. После шести практически равных сетов, довольные и разгоряченные, они направились в раздевалку, чтобы принять душ, предварительно договорившись встретиться в баре спортивного комплекса.

– Жульен, ты часто сюда ходишь? – Они даже не заметили, как перешли на «ты». – Я, к сожалению, довольно редко.

– Я тоже. Вступил в клуб совсем недавно, по рекомендации одно своего знакомого. Я всю жизнь занимался ватерполо, но сейчас это сложно – работа не позволяет постоянно играть в команде. Мне часто приходится ездить в командировки.

– Как интересно! А куда ты ездишь?

– В самые различные точки земного шара. На мыс Атолл у берегов Австралии, например. Моя работа связана с испытаниями в космосе.

– Как романтично! Вы меня окончательно заинтриговали, Жульен… Вы летчик?

– Нет, я – ученый-исследователь. Работаю в компании Томсон, занимаюсь различными электронными системами и исследованиями в области применения лазеров в космосе. Все довольно прозаично, но интересно с научной точки зрения – хотя и аморально, если смотреть под углом общечеловеческих ценностей, – добавил он почему-то с грустью.