— Тебе нравятся такие, как я? — с надеждой спросил рыцарь.
— Да. Но, к сожалению, не все люди похожи на тебя. Поэтому мне и пришлось воевать.
— Да? — спросил Хорхе, с трудом сдерживая счастливую улыбку. Потом, осознав ответ, осторожно уточнил: — И с кем же сражалась твоя армия?
— Мы долго боролись с монстрами Саламандра и даже сумели добраться до его подземных узилищ и освободить пленников. Но потом в битву вмешался сам Огневик, — девушка задумалась, вспоминая.
— И что же? Вам удалось его одолеть? — спросил встревоженный рыцарь.
— Мы были на грани поражения, — честно призналась обманка. — Но тут произошло странное: внезапно рядом с торжествующим Саламандром появилась его огненная копия. Они начали сражаться друг с другом, а затем слились в единое целое и исчезли на глазах у обеих армий.
— Саламандр погиб? — нетерпеливо уточнил Хорхе, невольно вспоминая недавний сон и последний разговор с Владыкой юга: «Никто не знает, что способна сотворить с человеком вернувшаяся душа. Подумай об этом, когда будешь делать выбор!».
— Не знаю. Все мы видели, что произошло, но никто не смог бы объяснить, какая судьба постигла нашего главного врага.
Он просто исчез, ушел.
После его ухода чудовища разбежались, и мы освободили пленников. Но кое-кто из преданных Саламандру рабов вовсе не обрадовался освобождению. Знаешь, волшебник Марк долго преследовал меня, — она запнулась, и Хорхе нахмурился, чувствуя свою вину.
— Преследовал?! Негодяй! — с досадой сказал Ленивый рыцарь. — Мне это как-то даже не пришло в голову.
— Да, ты такой, — слабо улыбнулась девушка. — Тебе не приходит в голову самое очевидное. Но, думаю, Марк преследовал меня не из любви, а желая отомстить за погибшего хозяина.
— И я опять не смог прийти тебе на помощь, — в отчаянии сказал Хорхе.
— Ты дал мне свободу и силу, чтобы бороться, а не для того, чтобы ждать чьей-то помощи, — возразила Ререна. — Мне очень помог твой волшебный меч. Ну и конечно Илька. Она сражалась как львица.
Девушка вынула из ножен волшебный меч. Лезвие блеснуло, и тут, что-то заметив за спиной рыцаря, обманка вскрикнула и изготовилась к схватке. Хорхе обернулся. На поляне стоял волшебник Марк. Вокруг него клубился синим дымом защитный магический кокон.
— Я наконец-то догнал тебя, — сухим жестким голосом, похожим на голос Саламандра, сказал маг. — И теперь тебе больше не сбежать. И этот твой дурачок, — он кивнул в сторону рыцаря, — ничего не сумеет сделать.
Марк прищелкнул пальцами, и со всех сторон на поляну полезли монстры. Они набрасывались на Ререну, которая отчаянно отбивалась заговоренным мечом, и как будто не замечали стоящего рядом с девушкой Хорхе. При гибели каждого чудовища меч бледнел и как будто уменьшался в размерах.
Безоружный Ленивый рыцарь с голыми руками попытался броситься на волшебника, но кокон ограждал того непроницаемым барьером. Внезапно внимание рыцаря привлек яркий свет. Белое эльфийское перо на шлеме, от удара свалившемся на траву, засветилось, отпугивая чудовищ. Хорхе схватил перо и только тут заметил летящий со стороны волшебника нож, лезвие которого истекало чернотой. Уклониться? Позади Ререна. Перехватить оружие он не успевал, да и прикосновение к черноте мрака казалось немыслимым. В отчаянной попытке хоть как-то защититься рыцарь резко выставил перед собой белое перышко. Поступок был совершенно нелепым и бессмысленным, но неожиданно сработал. Соприкоснувшись с исходящим от пера сиянием белизны, кинжал вспыхнул и исчез. «А значит, и бог есть! — вспомнился звонкий голосок Сюарель. — Нужно только хорошо поискать!».
Невольно улыбнувшись, Хорхе поднял перо над головой и сразу же услышал утихающий вой монстров и облегченный вздох Ререны. Случилось чудо! Пушистое перышко недоэльфа превратилось в белый сияющий меч.
Ленивый рыцарь бросился к растерявшемуся от неожиданности волшебнику и, уничтожив кокон несколькими ударами меча, пронзил оружием тело врага. Вспыхнув огнем, Марк рухнул на землю. Рыцарь застыл в изумлении, глядя как умирающий маг, извиваясь в агонии, начинает стремительно изменяться, принимая различные личины в попытках избежать гибели. Красного ракообразного монстра сменило появление пустынного льва, гигантский червь превратился в ядовитую змею. В одной из личин Хорхе узнал самого Огневика. Не в силах наблюдать за этой пыткой смертью, Ленивый рыцарь выдернул Белый меч, и тело мага, принявшего обычный вид, вновь вспыхнуло и превратилось в кучку черного пепла. Хорхе показалось, что в последнее мгновение на лице волшебника появилось странное умиротворенное выражение.
Рыцарь обернулся. Обезображенная поляна опустела. Траву и цветы покрывали зловонные лужи, испускающие черный пар. Обманка стояла рядом. В руке ее больше не было меча.
— Когда ты поднял Белый меч, — объяснила девушка, — оставшиеся в живых монстры растаяли и исчезли, а от погибших осталось вот это, — она показала на лужи и поморщилась, отворачиваясь от вонючего дыма.
— Мы сразились с волшебником? — это казалось невероятным, и хотелось отчаянно помотать головой, чтобы вернуться к реальности. — И победили!
— Да, победили, — Ререна устало оперлась на протянутую руку рыцаря.
— И ты совсем не испугалась? — опустив Белый меч, Хорхе внезапно перестал ощущать тяжесть оружия и почувствовал, что вновь держит на ладони эльфийский подарок. Он осторожно прикрепил перо к шлему, как знак белого рыцаря.
— Нет. Я знала, что ты меня спасешь, — спокойно ответила девушка. — Волшебника Марка больше нет. И твоего старого волшебного меча тоже, — с сожалением добавила она. — Он спас меня, но сгорел в магической битве.
Воцарилось недолгое молчание, которое нарушил вопрос рыцаря:
— И тебе его ничуточки не жаль?
— Меча? Конечно, жаль. Он не раз выручал меня в битвах. И… — на лице Ререны неожиданно мелькнула смутная улыбка, — был очень дорог мне как твой прощальный подарок.
— Я спрашивал о Марке, — объяснил Хорхе. — Когда-то ты считала его добрым волшебником. Я даже ревновал тебя к нему немного сначала.
— Когда-то он и был таким, — печально ответила девушка. — Но только человек, который вернулся из подземелий Саламандра, не имел ничего общего с добрым волшебником Марком. Я рада, что его уже нет. И ты можешь больше не ревновать.
— А где Илька? — зачем-то поинтересовался Хорхе, поймав тонкие пальцы и прижавшись к ним щекой, но все еще не решаясь заговорить о главном.
— Ушла к своему медведю, — немного растерянно ответила Ререна. — Сказала, что он добрый, и ее любит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
